— Гор, ты смотри, я теперь официально в списках экипажа. И уже практически гражданин Арвара.
— Ты о чём?
— О том. Наблюдать меня наблюдай, но внутрь не лезь.
— Вик, да у меня и в мыслях не было. Лезь уж в капсулу, проверю твоё состояние после боевого выхода.
Ага, в мыслях у него не было, так я и поверил. Единственная надежда, что все его действия фиксируются искином медсектора и проверить их потом не составит труда. А капитан мужик суровый, не простит — я ведь теперь свой, а своих резать, как подопытную лягушку, нельзя.
Разделся и залез в аграфскую медкапсулу. Крышка закрывается, крышка открывается. Посмотрел по часам на сетке — больше часа пролежал. Это что же он столько времени проверял? Да, горбатого только могила исправит.
— Ну, что?
— Всё в норме. Организм в отличном состоянии. Сетка полностью восстановилась, нейросвязями весь мозг уже опутала. ИИ 206 единиц. К твоему базовому 30 единиц добавила. Отличная сеть. Ты уже инженерный минимум перешагнул. Ну, это я тебе уже говорил прошлый раз. Но вот что не понятно: прошлый раз у тебя Пси уровень был D4, а теперь D6. Как так-то? Уровень Пси я у тебя замерял пять дней назад и тогда он был D4. Что делал эти пять дней?
— Да что и всегда: спал, ел, тренировался. Сегодня вот в боевом выходе участвовал.
— И как? Сложности были?
— Да никаких сложностей. Пробежались по коридорам до реакторного отсека, простояли там часов шесть и вернулись обратно. Всё.
— А как ты себя чувствовал?
— Нормально. Ну, волновался немного — всё-таки первый боевой выход. А что искин говорит?
— А чёрт знает, что он говорит. Я с ним ещё полностью не разобрался. У нас ведь все медкапсулы один медицинский искин обслуживает, а у аграфов в каждой капсуле свой искин. 11 поколения. Не запаролен и мне подчиняется, но я с таким никогда не работал, всех его свойств и функций не знаю. Вернёмся на базу, куплю базу знаний по аграфским медкапсулам последних поколений, тогда и разберусь полностью. А пока только так, методом тыка.
— Так может тебе вообще с аграфскими капсулами пока не связываться?
— Нет, лечат они отлично. Но вот в моих исследованиях не очень помогают. Ничего, с этим я разберусь. Потом. Так, теперь давай с тобой. О том, что уровень Пси подрос, молчи. Вообще о Пси молчи.
— Я и молчу.
— Вот и правильно. А то тебя сразу в лабораторию засунут, а оттуда уже не выйдешь. Ладно, иди, а я подумаю.
Да, эта чёртова Пси начинает раздражать. Толку от неё ноль, а проблем выше головы. В лабораторию попаду, на атомы разберут. Не попаду, так то же самое Гор проделает, с него станется. Хотя, у него возможностей поменьше, так что он больше головой работает, чем инструментами. Так что буду держаться Гора, он безопасней. И от корабля лучше далеко не отходить. Хотя, мне и отходить-то некуда. Кроме койки в кубрике у меня ничего нет. Да и койка моя только условно.
А потом было сразу три боевых выхода, промежутками в три дня. Два выхода такие же как и первый — скучные и безопасные. Опять грузовики прихватили. И опять ничего ценного. Один раз захватили грузовики, везущие сырьё для пищевых картриджей, а второй раз вообще обогащённую руду. Да и сами грузовики старенькие, с них даже снять нечего. А нам ведь от захваченного товара доли идут, так что парни были очень злые. Поэтому сдавшийся экипаж как следует отпинали, но никого не убили, хотя я видел, руки у многих чесались. Но против приказа не попрёшь. Но в этот раз отпустили не всех, одного пленного оставили. Не из экипажа, пассажиром летел. Оказался инженером 2-й категории, как раз летел на металлургический комбинат, что-то там налаживать. Определили в рабы. Ценный специалист, на базе за хорошие деньги продадут. Ходил на него смотреть — интересно же. Рабов я никогда не видел. Нормальный мужик. И устроился не плохо — живёт в отдельной каюте, а не в клетке. Питается в нашей столовой. Правда один по кораблю не передвигается, всегда с сопровождающим. Ну и ошейник на шее. Мне его охранять не пришлось, его другому отделению поручили, а то интересно бы с ним поговорить: об этой войне, об аратанцах, о рабстве. Я то обо всём знаю только с одной стороны. Хотя, какая теперь разница. Вернёмся на базу и там мне поставят метку о гражданстве на нейросеть и поменять что-то будет уже невозможно. Да мне, в общем-то, всё равно.
А вот в третий боевой выход пришлось серьёзно повоевать. Произошло это уже во фронтире, когда мы уходили в сторону дикого космоса, чтобы по дуге уйти к своим. В двух прыжках от дикого космоса лоб в лоб столкнулись с двумя аграфами. Грузовиком среднего класса и легким крейсером. Крейсер 9-го поколения, а грузовик аж 10-го. Наш капитан среагировал быстрее. Три наших корабля навалились на аграфский крейсер, а к грузовику послал абордажные команды со всех наших кораблей. Так быстро я никогда не собирался, даже на тренировках. Через три минуты после включения ревуна боевой тревоги мы уже сидели в боте и он вылетал с лётной палубы. Ещё через пять минут пристыковались к аграфскому грузовику. Выбили технический люк взрывными зарядами и ворвались на судно. Наша задача, как всегда, захват реакторного отсека. Впереди наши боевые дроиды с погонщиками, мы вчетвером прикрываем техника, который идёт с нами. Он нужен, чтобы штатно заглушить реакторы, а то вдруг кому из аграфов придёт в голову мысль взорвать судно. Терять-то им нечего, живыми арварцы аграфов не оставляют. К реакторной мчались бегом. А спешка к добру не приводит. Нарвались в одном из коридоров, уже на подходе к месту, на замаскированную потолочную пушку. Её наши дроиды сразу снесли, но она успела дать очередь. Моему соседу по кубрику оторвало ногу. Останавливаться не стали, помчались дальше. Раненому поможет штатная аптечка скафандра. Выживет — хорошо, нет так нет, значит не повезло.
Вход в реакторную защищал всего один противоабордажный дроид. Очень крутой, 12-го поколения, но наших-то четыре! Так что не долго он сопротивлялся. Нашим дроидам тоже досталось, но от аграфского осталась только кучка оплавленного металла. Вырезали дверь в отсек и техник приступил к работе. Успел. Оба реактора, здоровых 3-х метровых цилиндра, отключил от энергошин. Не сразу, сначала поколдовал с пультом у каждого реактора, а потом отключил. Не сам. Вернее, с пультами колдовал сам, а вот болты и гайки крутил технический дроид, на котором он сюда и прикатил. Это мы всё ножками, а он как барин, верхом на дроиде. Чёрт, тоже хочу в техники.
Простояли у реакторной с час, потом пришло сообщение, что судно полностью в наших руках. Гис послал меня и ещё одного нашего подобрать раненого и отнести его в наш медсектор. Отнесли. Вместе с оторванной ногой. Раздели и уложили в медкапсулу. Мужик, вроде, живой. Ладно, дальше Гор разберется. А мы вернулись на захваченное судно.
Глава 4
Наше отделение осталось на захваченном судне. Всего три человека под командованием Гиса. Погонщики увели своих питомцев на наш корабль, на ремонт. А мы получили приказ ещё раз прошерстить судно сверху донизу, мало ли какой аграф где затихарился. Судно уже обыскали, но на всякий случай. Само судно потащили в ближайшее астероидное поле. Главный искин уже отключили и самостоятельно оно передвигаться не могло. Искин унесли на наш корабль и с ним теперь колдовал наш инженер. Постарается его взломать. Он неплохой взломщик, да и оборудование соответствующее у него есть. Был бы искин 8-го поколения, взломал бы мигом, но этот 10-го. Но надежда есть — искин ведь не с боевого корабля, а с гражданского. Если не получится, то придётся устанавливать резервный с нашего корабля, а это не очень хорошо. Вернее, очень плохо. Не потянет он управление таким судном. А нам до базы ещё лететь и лететь. И бросить грузовик капитан никак не может. Во-первых, судно досталось нам практически целым и стоит оно немеряно. Отличный грузовик 10-го поколения. Во-вторых, перевозил он очень дорогой груз: медицинское оборудование 11-го поколения. Трюм, буквально, забит. А это вообще бешенные деньги. Вот теперь и будем прятаться среди астероидов, пока не решим, как это судно дотащить до дома. Теперь всё в руках эскадренного инженера.
