— Да? — Скалли прижала трубку плотнее к уху. — Пакет пришел из Витчета, Канзас? Вы записали, кто его отправил? Представитель компании «Пинк Фарма-цевшен»? Вы не могли бы проверить еще разок, пожалуйста. Точно «Пинк Фарма-цевшен»? Спасибо.
Она встала и в задумчивости прошлась по приемной, разглядывая портреты бывших президентов, развешанные по стенам. Затем набрала номер Молдера.
Дверь распахнулась, и на пороге показался доктор Осборн.
— Мисс Скалли, можно вас по срочному делу?
Скалли подумала мгновение, затем кивнула, отключила телефон, на котором мелькала последняя набираемая цифра, и вышла вслед за доктором Осборном. От его начальника, с которым она беседовала битых полчаса, ничего конкретного добиться не удалось.
Осборн, увидев что Скалли вышла, не оборачиваясь, пошел в медчасть. Скалли, ни о чем не спрашивая — раз не заговаривает, видно, хочет что-то показать в лаборатории — шла за ним.
Осборн отпер застекленную дверь и пошел по коридору, свернув в противоположную от крематория сторону. Он провел ее в кабинет, больше смахивающий на лабораторию, и запер за ней дверь.
— Вы мне что-то хотели сказать, доктор Осборн? Или показать?
— Стойте! — он предостерегающе закрылся руками. — Не подходите ко мне!
— В чем дело, доктор Осборн?
Он медленно ослабил галстук и расстегнул пуговички воротника. Раздвинул ворот и продемонстрировал назревающий красный нарыв, такой же, какой она видела на трупе в крематории, только меньших размеров и без этого жутковатого фиолетового блеска.
— Я заразился, мисс Скалли. Я обречен, лекарства от этой болезни нет. Меня не выпускают. Вся тюрьма под карантином!
— Под карантином?
— Да, федеральная гвардия не выпускает никого без разрешения, подписанного мистером Джилбертом.
Скалли догадалась, что речь идет о старшем группы Центра по контролю за эпидемиями, который умудрился вести с ней беседу не менее получаса и не сказать ничего мало-мальски важного.
— Вы меня вините в происшедшем? — спросила Скалли подумав, что если бы он тогда грубо не оттолкнул ее от пластикового мешка с трупом Торренса, струя заразы из нарыва попала бы в лицо не ему, а ей.
— Причем здесь вы?! То есть… Да, я заразился по вашей вине. Но вы не знали… Нет, во всем я виню тех, кто за всем этим стоит.
— Центр по контролю за эпидемиями?
— Господи, да причем здесь Центр? За всем стоит компания… — он осекся.
Даже будучи смертельно больным, доктор Осборн не хотел раскрывать чужие секреты. Но ведь он ее для того и позвал, чтобы она рассказала об этом всем, отомстив за его смерть от жуткой неизлечимой болезни. Он хотел назвать имя компании, но Скалли это сделала за него:
— «Пинк Фармацевшен»?
— Да, за всем этим стоит компания. Все, что произошло здесь — отнюдь не случайно.
Неожиданно лицо его исказила гримаса боли, он пошатнулся, пытался ухватиться за письменный стол, не удержался и упал на пол, неловко подвернув под себя ногу.
Скалли кинулась было к нему на помощь, но Осборн криком остановил ее:
— Не подходите! Если вы не заражены, не надо рисковать сейчас! Яды начинают действовать… Я знаю симптомы болезни. Я сейчас потеряю сознание… часа на три… Потом у меня будет час-другой. И все… я покойник… Как мало я успел! Так должен успеть сейчас… У меня все приготовлено — вы должны сделать себе анализ, мисс Скалли. Слушайте…
— Хорошо, — говорил лейтенант Гривз в трубку мобильного телефона. — Да, я все понял. Если будут какие-то новости, немедленно сообщайте. Я отправляюсь в Ди-нуидди.
Молдер стоял поодаль, заложив руки за спину и с отсутствующим видом смотрел в свое любимое никуда, словно происходящее его не касалось. Но едва офицер захлопнул крышку телефона, он повернулся к нему:
— Есть какие-нибудь новости? Лейтенант Гривз пожал плечами:
— Номер, который вы мне дали, принадлежит Элизабет Годли. Живет в Дину-идди, имеет пятилетнего сына…
— Она замужем?
— Насколько я понял — нет. И никогда не была. Сейчас ведется проверка: была ли она каким-то образом связана со Стивом Мерцером? Так или иначе, у ее дома выставлена засада. Если он туда заявится, мы узнаем об этом тут же.
— А если нет?
— Будем искать… Если ночь пройдет тихо — утром поговорю с этой Элизабет Годли. Отправляйтесь отдыхать, Молдер. Если что-нибудь случится, я вам позвоню. Лично я отправляюсь в Динуидди спать.
Зазвонил телефон Молдера. Гривз кивнул на прощанье и пошел к машине. Его люди последовали за командиром, словно только и дожидались сигнала.
— Молдер слушает. Кто говорит?
— Это Скалли. Тебе известно что-нибудь о компании «Пинк Фармацевшен»?
— Ну, одна из крупнейших фармацевтических корпораций страны, поставляет на внутренний рынок более пятидесяти процентов всех медикаментов…
— Она прислала Роберту Торренсу пакет, в котором была зараза…
— Мы нашли Пола Варрена, — сообщил Молдер. — Он мертв. У него был огромный красно-фиолетовый нарыв. Его и свидетеля забрали какие-то люди в гермо-костюмах и улетели на желтом вертолете.
— Это были люди «Пинк Фармацевшен». Они всеми силами пытаются прикрыться.
— Ты что-нибудь выяснила?
— Я узнаю больше совсем скоро, — она не стала говорить Молдеру, что доктор Осборн, прежде чем посвятить ее во все детали происходящего, решил удостовериться, не заражена ли она. Он научил ее, как сделать анализ, но результаты проб можно будет узнать лишь через девяносто минут.
— Как ты думаешь, — спросил Молдер, — второй, Стив Мерцер, может быть заражен?
— Вполне возможно. Необходимо поймать его как можно скорее, пока он не успел разнести заразу по всему штату.
— Мне кажется, необходимо объявлять карантин по всему округу.
— В твоей власти сделать это?
— Я попытаюсь… У тебя все хорошо, Скалли? — что-то ему не понравилось в ее голосе.
— Все в порядке, Молдер. Это ты береги себя.
Она не стала говорить ему, что до момента, когда она узнает результаты анализа, осталось еще целых семьдесят четыре минуты.
6
Секретарши в столь поздний час не было, Молдер прямо прошел к кабинету своего непосредственного начальника и постучал.
— Входите.
Молдер вошел и прикрыл за собой тяжелую дверь.
— Спасибо, что согласились принять меня в етоль поздний час, сэр, — сказал Молдер.
Скиннер не выглядел усталым, несмотря на то, что провел весь день в кабинете. В углу, в тени, Молдер заметил еще одного человека, сидящего в кресле, и подозрения, зародившиеся по дороге сюда начали приобретать все более отчетливые очертания. Человека, сидевшего в тени, они со Скалли между собой называли «Курильщиком». Ни его настоящего имени, ни должности они не знали. Человек был со своей неизменной сигарой, по которой и получил прозвище.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
