Читаем без скачивания Мы – одна бригада - Владимир Колычев

Вопрос Леве понравился. Если она им интересуется, значит, имеет на него виды.

– Да в техникуме учусь, на третий курс перешел.

– В каком, в торговом?

– В индустриальном. В торговый без блата не берут. А откуда у меня блат? Мать маляром на стройке работает, отец сантехником в жэке...

Юля смотрела куда-то мимо него. Казалось, она пропускает его слова мимо. Но нет, она все слышала.

– У меня отец тоже сантехник, – совсем не весело ответила она. Кивком показала на десятиэтажку. – Как раз нашу элиту обслуживает...

– Да и ляд с ней, с той элитой. Они сами по себе, мы сами по себе...

– Может быть. Но ты бы видел, как они живут.

– Как?

– Хорошо живут. Дом полная чаша, машины у всех, дачи...

– Нормально. Я тоже хочу иметь такой дом. И машину хочу, дачу хочу. Советский Союз – страна равных возможностей. Я вот после технаря в институт строительный поступать буду. Прорабом стану, начальником строительного управления. Квартиру получу, машину возьму...

Леве было всего семнадцать лет, но он уже твердо знал, чего хочет от этой жизни. Видел, как его родители живут. Мать вкалывает как проклятая за копейки, отец тоже работает, но все пропивает. Квартира однокомнатная, и это при том, что у Левы был младший брат. Вместо гарнитурной стенки старый облезший буфет, вместо приличного телевизора вечно ломающаяся черно-белая «Березка», вместо машины – велосипед, двухколесная раздолбайка. Нет, ему такая жизнь не нужна.

Может быть, когда-то и было эх, хорошо в стране советской жить. И что бы он сейчас ни говорил, время равных возможностей кануло в лету. Сейчас все решает блат. Блата у Левы нет. Но есть мечта и твердый лоб. Он почему-то был уверен в том, что сможет пробить себе дорогу в светлое будущее. И квартира у него будет, и машина, и даже дача. В планах у него есть место и для красивой доброй жены. И Юля самая подходящая для этого кандидатура. Это девушка его мечты.

– Машину возьмешь? – улыбнулась она. – А меня покатаешь?

– Только тебя и буду катать.

– Ловлю тебя на слове!

Он попытался ее поцеловать, но она отвернула лицо, и он скользнул губами по ее щеке.

– А ты шальной! – с упреком, но без осуждения сказала она.

– Какой есть!

– И ты мне такой нравишься, – улыбнулась Юля.

Она вырвалась из его объятий и скрылась в подъезде. Но на следующий день они снова встретились. Лева с Юлей, Женька с ее подругой Леной, этой компанией они закатились на дискотеку. Было весело.

После танцев разделились. Лева пошел провожать Юлю, а Женька свою Лену. Было уже поздно, людей на улице раз два и обчелся. Может быть, поэтому Юля позволила ему положить руку на талию. А может, ей просто хотелось, чтобы он ее обнял, прижал к себе.

Они подходили к ее дому, когда рядом затормозила машина. Новенькая «семерка» белого цвета. Из машины вышли два парня. Один в кожаном пиджаке, другой в модной джинсовой куртке. Только по одному прикиду их можно было принять за представителей «золотой молодежи». Видно, ребятки жили в элитном доме, только вот чуть-чуть до него не доехали.

Лева почувствовал, как напряглась Юля. Да и ему было не по себе, ведь парни не просто так встали у него на пути. Они явно нарывались на грубость.

– Нагулялась? – в упор глядя на Юльку, хамовито спросил один.

– Тебе не все равно? – Она отвела в сторону глаза.

– А если не все равно?

– Если не все равно, то вали отсюда, пока зубы на месте! – наехал на «золотого мальчика» Лева.

– Что ты там сказал? – смерил его тот презрительным взглядом. – Ты вообще кто такой?

– Счас в репу получишь, узнаешь!

Леву нисколько не смущало, что их двое. Отец у него не зря сантехником работает – правильно ему руки и ноги к туловищу прикрутил. И мама не подвела. Как только исполнилось ему десять лет, сдала его в секцию восточных единоборств. Сейчас каратэ вроде бы под запретом, но секция все равно осталась, только вывеска сменилась. Официально Лева занимается самбо. Надо сказать, что в сочетании с каратэ система эта очень эффективна.

– Ты дерзишь, малыш! Я хотел тебя с миром отпустить. А ты дерзишь старшим! И по праву старшего я имею право наказать тебя за дерзость.

Парень скинул с себя кожаный пиджак. Покрутил головой, поиграл плечами, до хруста в костях сжал кулаки. Типа, разминается. Видно, каратэ по «Пиратам ХХ века изучал»...

Он приблизился к Леве медленно, но ударил быстро. Метил кулаком в солнечное сплетение, но нарвался на жесткий блок. И тут же в его челюсть врезалась согнутая в локте рука. Вдобавок Лева провел подсечку, и парень рухнул на землю. Второй красавчик из «высшего» общества не стал пытать судьбу и сделал ноги.

Лева злился недолго. Он даже протянул руку поверженному сопернику, помог ему встать.

– Не надо хулиганить, – сказал Лева наставительно. – А то без башки остаться можешь. И на Юлю больше не наезжай. Ты меня понял?

Парень все понял. Молча сел в машину. «Семерка» сорвалась с места в карьер.

– Откуда он такой деловой взялся? – спросил Лева с надеждой на ответ. – И что это вообще за тип?

– Рудольф его зовут. Рудольф Бердиев. Если, конечно, его фамилия тебе что-нибудь говорит.

– Ничего не говорит.

Он что, к тебе клеился?

– А ты думаешь, почему он к нам пристал?

– Ревнует?

– Может быть.

Юля как-то странно улыбнулась. Похоже, ей нравилось, что Рудольф бегал за ней.

– А я не думала, что ты так умеешь драться! – не без восхищения заметила она.

Девчонки любят, когда пацаны дерутся из-за них. И судя по всему, Юля не исключение. Особенно им нравится, когда их парни побеждают. И сейчас Юля радовалась, но никак не огорчалась. Значит, своим парнем она считает Леву, а не какого-то там Рудольфа.

А когда они оказались в ее подъезде, сама прильнула к нему.

Целовались они долго и до изнеможения. Юлька таяла в его руках.

Перед расставанием Юлька шепнула ему на ухо, что, возможно, завтра она останется дома одна. Она не объяснила, к чему это было сказано. Но нужно было быть полным идиотом, чтобы не догадаться...

Назавтра снова была дискотека. И снова Лева провожал Юльку домой. Родители ее уехали к бабушке в деревню. Лева уже получил приглашение на чашку кофе. И летел к ее дому как на крыльях.

Это была последняя остановка, перед самым ее домом. Лева прижал Юльку к себе. И лишился чувств. В самом прямом смысле этого слова...

Очнулся он в каком-то подвале. Руки связаны, голова раскалывается от боли. А перед глазами ухмыляющиеся рожи. Рудольф, его вчерашний дружок и еще два каких-то урода. За их спинами на дощатом настиле лежала Юля. Она тоже была связана по рукам и ногам. Но не так, как Лева. Руки и ноги разведены в стороны, во рту кляп...

– Вы что делаете, козлы! – заорал Лева.

Тут же Рудольф ударил его наотмашь раскрытым кулаком по лицу. Из лопнувшей губы выплеснулся кровяной сгусток.

– Это тебе за вчерашнее! – зверея, объяснил он.

– Зря ты это сделал, – на этот раз спокойно сказал Лева.

Злости уже не было. Душу разъедала холодная ненависть.

– Вот только угрожать мне не надо, – ухмыльнулся Рудольф.

И снова ударил его. На этот раз кровь выступила из рассеченной брови. Но в честном бою он – дерьмо.

– Нравится тебе Юлька, да? – спросил его дружок.

Вчера он чуть не обделался со страху, когда Лева двинулся на него с кулаками. Зато сейчас крутой до невозможности.

– Не твое дело.

– Нравится тебе Юлька, – на сей раз не спросил, а утвердительно сказал он. – Ну так и нам она нравится. Правда, Рудольф?

– Святая правда. Только мне она первому понравилась.

– Так в чем же дело? Ты первый и начнешь...

Рудольф подошел к Юльке, постоял немного, а затем сунул руки под ее платье и разорвал на две половины ее трусики...

Лева плакал от обиды. Подонки насиловали Юлю у него на глазах, а он ничем не мог ей помочь. Была б его воля, он бы убил их, не задумываясь. Но как ни старался он избавиться от пут, ничего не выходило.

Лева закрыл глаза, чтобы не видеть, как они глумятся над любимой девушкой. Но не смог закрыть уши, чтобы не слышать, как рыдает Юля...

Подонки закончили свое грязное дело. К Леве подошел Рудольф.

– Ну что, доволен?

Лева не ответил.

– Если бы не ты, Юльку б никто и пальцем не тронул. А так ее пришлось трахнуть. И ты, козел, в этом виноват!.. Я спрашиваю, ты доволен?

На тот раз Лева молчать не стал.

– Ты мне за все ответишь! – процедил он сквозь зубы.

За что и поплатился. Рудольф ударил его ногой в живот. К нему присоединились его дружки. Они били его до тех пор, пока он не потерял сознание.

Очнулся Лева в том же подвале. Лицо распухло от побоев, ребра все пересчитаны, в животе тупая боль. Юли не было.

– Твари! – сжимая кулаки, взревел он.

Ненависть была сильнее боли, жажда мести мутила разум.

Лева выбрался из подвала и оказался во дворе элитной многоэтажки. Они насиловали Юльку во дворе собственного дома. Ничего не боятся, на своих «шерстяных» папаш надеются.