как это прибежище выглядит.
Непроходимая, огромная, практически бесконечная по своим размерам пустыня, с высоченными, словно горы, жёлтыми барханами песка. Где-то в этой пустыне находится единственный оазис, сильно констатируя своей зеленью с окружающим песком. Центром данного островка жизни являлось синее озеро, с прозрачной, прохладной водой. Вода в нём настолько прозрачная, что видно дно, покрытое песком. Вокруг озера много пальм, дающих тень от палящего солнца, шумит ветер в листве, слышны стрекотания насекомых и пения птиц. Всё это Данил рассказал монаху.
- Это и есть твой Вондер! – утвердительно заявил монах и продолжил;
- Сначала это место будет просто словом, никак не проявляющее себя в образах. Со временем ты увидишь само озеро, место вокруг. Чем дольше будешь практиковать, тем более детально сможешь разглядеть объекты своего Вондера. Часто думай об этом месте, когда вот так расслаблен, представляй, как ты гуляешь вокруг озера, знакомься с каждым деревом, трогай их, представляй шершавость коры, придумай запах растительности вокруг. Потом это место начнёт обрастать мелкими деталями, которыми твоё подсознание наполнит это место, чтобы сделать его более живым. Например, для тебя неожиданно появится камень на берегу, увидишь поваленное дерево, которого не было до этого, торчащий из воды тростник. В конце концов-то, ты легко сможешь уходить в этот, тобою придуманный мир, чтобы забыться на время, погулять там, а может быть, построишь там дом, обустроишь своё гнёздышко, куда тебе будет приятно возвращаться, перед сном или во время медитации. Пока для тебя это всего лишь мысли, но с каждой детализацией этого мира, он будет в твоей голове всё более реальным. Когда будешь готов, войди в воду и погрузись на дно озера, там дверь в мир магии, там ты сможешь творить, всё что пожелаешь.
- Я не вижу ничего? – не открывая глаза, сказал Данил.
- Твоё пристанище появится не сразу, но, думаю, уже завтра ты сможешь частично увидеть своё заветное место - оазис в пустыне. Пока попробуй взглянуть на него с высоты, представь бескрайнюю пустыню, с её бесчисленными песочными барханами. Необходимо начать с менее детализированных объектов, с каждым разом увеличивая детализацию, резкость картинки. Это как в компьютерной игре, сперва это были палочки с шариком, затем квадратные объекты, но с каждым новым поколением графика становиться лучше, объекты в игре приобретают не отличимые от реальности черты, – голос монаха был настолько убедителен, что Данил подчинился.
Он представил себя парящим над бескрайними просторами пустыни, но в голове появлялись лишь размытые не чёткие изображения из интернета, и это никак не ассоциировалось с тем, что он ожидал. Постепенно Данил погружался в состояние похожее на сон, он как будто дремал, понимая, что не спит, но и бодрствованием это не назовёшь. Он знал кто он, как его зовут, откуда он, но мысли были размытыми, вяло текущими, картинка представляемой им пустыни плавала перед глазами. Неожиданно он осознал, что висит высоко над песками, от которых из-за высокой температуры вверх поднималось марево раскалённого воздуха, колыхаясь и искажая картинку внизу, но главное не в этом. Он мог контролировать своё состояние! Только подумав о том, чтобы начать двигаться над барханами, находящимися далеко внизу, Данил полетел, с трудом, но всё же контролируя скорость и направление полёта. Это так вдохновило Данила, что он попытался совершить крутой вираж в воздухе, но неудачно кувыркнувшись, потерял стабильность, стремительно полетел вниз. Раскинув руки, словно птица крылья, он замедлил падение и, только подумав об этом, резко взмыл вверх. Полностью осознавая то, что сейчас с ним происходит, Данил восторженно закричал, чувство полёта было ни с чем несравнимое удовольствие.
Выровнявшись на определённой высоте, взяв устойчивый курс полёта и его скорость, ощущая на своём лице тёплый, почти горячий, ласковый ветер, Данил осмотрелся вокруг. Под ним простиралось бесконечное море песка, испещрённое множеством плавно изогнутых линий, верхушками песочных волн, застывших во времени. Это зрелище было величественным, Данил всматривался в барханы под собой, которые словно по волшебству, становились более резкими, разборчивыми, как будто он своим присутствием развеивал туман между собой и пустыней.
Обо всём этом он рассказал монаху, не открывая глаза, боясь потерять ниточку связывающею его с этим обалденным, то ли сном, толи фантазией. Монах ответил, но его голос теперь отдалился, шум ветра во время полёта приглушил речь, чтобы разобрать, что говорит монах, пришлось прислушаться.
- Найди оазис, – единственное, что расслышал Данил.
Вглядываясь в изогнутые линии песков, Данил жадно искал, хоть что-то, чтобы резко констатировало с жёлтым цветом песков внизу. Пролетев над пустыней не один десяток километров. В тот момент, когда он уже стал разочаровываться, сдаваться, его взгляд неожиданно ослепил солнечный луч исходящий снизу, от отражающей его поверхности, которая находилась там внизу, на земле. Мгновенно прекратив движение, зависнув в воздухе, Данил пригляделся, пытаясь разглядеть, то, что могло отразить солнечный свет. Его взгляд наткнулся на небольшое водяное блюдце одиноко сверкающее в безжизненной пустыне. Это было так неожиданно, что Данила возликовал, наверное, его радостные крики, звучали не только в мире, где царствовали пески, но и в реальности. Так как на его плечо легла ладонь, и он мгновенно вышел из мира, где свободно парил над пустыней и наконец-то нашёл свой оазис.
Открыв глаза, Данил с возмущением приподнялся, приняв сидячее положение, опершись руками на камни.
- Я нашёл! Но … – Данил хотел ещё что-то сказать, но его взгляд устремился на заходящее солнце, а голосовые связки оцепенели.
На взор Данила, в котором читался большой немой вопрос, монах, улыбнувшись, ответил;
- Время в Вондере идёт совсем по-другому, поэтому практикующему стоит научится, контролировать проведённое там время. Иногда в Вондере проходит целая неделя, а в реальности всего лишь час. Но бывает с точностью до наоборот: с таким явлением очень часто сталкиваешься на начальном этапе, когда только создаёшь свой Вондер, ну ещё, когда занимаешься форсингом Тульпы. Вот, для тебя там прошло не больше часа, а в реальности целый день.
Данил был воодушевлён как никогда: то чувство полёта во сне, который он полностью контролировал и осознавал, нельзя было ни с чем сравнить. Это можно было списать на контролируемый сон, о таком Данил слышал, когда то в одной из телепередач по телевизору. Заключался он в том, что человек осознавал, что он во сне, а соответственно мог контролировать происходящее в нём. Полёт в Вондере был очень похож на это состояние, с одной лишь существенной разницей, во сне не чувствуешь
