почти месяц. Последнее послание было предельно ясным: целью шантажиста был не месье Ивон.
Целью была Нур.
Почему, за что – одному Богу известно. И кухарке, вероятно, тоже. Отправитель, должно быть, некоторое время наблюдал за ними, прежде чем пришел к выводу, что месье Ивон станет идеальной жертвой. Он хозяин гостиницы. Он стоит за кассой. И он не даст в обиду даже мухи, особенно если от этой мухи зависит выживание ресторана. В конце концов, он чувствует себя ответственным за остальных. Особенно за Нур.
Месье Ивон свернулся калачиком в постели. Как он в одиночку справится со всем этим? Письма с угрозами. Теперь вот ограбление. Первое за тридцать лет работы! А тут еще Полетта со своим помешательством! Уж без этого он точно обошелся бы. Ему было почти жаль старушку. Брошенная семьей, потерянная в своем воображаемом мире, который рушился прямо на глазах. А ее сына, похоже, она заботила не больше, чем прошлогодний снег!
Нет, это несправедливо, что со всем этим ему надо справляться в одиночку. Перед глазами у него возник Ролан, широко улыбающийся, со своим вечным саксофоном на плече. Тот никогда ни к чему не относился серьезно. «Не боись, братишка! – говорил он. – Все образуется!»
Вдалеке прокричал петух.
Чтоб ему шею свернули! Вот! Сегодня в меню у них будет петух в винном соусе! Месье Ивон дунул в свои усы и нехотя выбрался из постели.
10
Полетта вышла подышать свежим воздухом.
Солнце только что взошло. Золотистые лучи ласково поглаживали колокольню. Было свежо. Дом еще спал.
Сидя на невысокой ограде, старушка наблюдала за колонией муравьев, занятых разделыванием жука. Бедное насекомое лежало на спине, его смешные лапки были задраны к небу. Вояки потирали свои усики. Может быть, они поздравляли друг друга с такой удачной находкой? Кончиком туфли Полетта отбросила трупик жука в сторону. Муравьи засуетились в беспорядочном танце.
Всю ночь Полетте не давали покоя мысли. Из «О-де-Гассана» так ничего и не пришло. Скорее всего, почтальон появится не раньше понедельника, да и то если повезет. А тут еще и кухарка отняла у нее последнее развлечение, помешав ей немного подразнить хозяина! Мерзавка эдакая!
Часы тянулись бесконечно.
Перед гостиницей остановился фургон. Насвистывая, из него вышел молодой человек в кепке. Он кивнул Полетте. Затем открыл заднюю дверь фургона и достал из него три ящика с овощами и фруктами. С привычной уверенностью он вошел в ресторан, поставил ящики на стойку и сразу же вышел. По дороге он остановился возле женщины.
На вид ему было около двадцати лет. Он наклонился, чтобы стереть грязь с кроссовки. Полетта подивилась ее безупречной белизне.
Парень достал из кармана мятую сигаретную пачку и закурил.
– Сегодня опять будет жарко!
Полетта не сводила глаз с кроссовок молодого человека. Она вспомнила Филиппа за месяц до выпускных экзаменов в лицее. Длинные волосы и дырявые джинсы – тот решил отказаться от дальнейшей учебы в знак протеста против гнета капитализма. Это Филипп-то, сегодняшний адвокат, который каждый год меняет автомобили, Филипп, который отправился на сафари в Кению благодаря кругленькой сумме от страховых компаний, – и все это благодаря ей. Полетта тогда исчерпала все имеющиеся у нее угрозы и в итоге выменяла у своего сына аттестат с отличием на обещание нового плеера.
Шантаж – весьма действенное средство.
– Вы здесь недавно? – спросил молодой человек. – Я никогда не видел вас раньше. Меня зовут Паоло. Я привожу продукты для кухни каждое утро. Мой отец – зеленщик на рынке. В Ля-Ферте, знаете? – Полетта пристально смотрела на него. Юноша хмыкнул.
– Можете сказать Нур, что красного перца не было. Я добавил ящик помидоров в качестве компенсации.
Озадаченный молчанием старушки, он поспешно докурил сигарету.
– Ну ладно, хватит прохлаждаться…
Он отбросил щелчком окурок, убрал зажигалку и уже собирался снова отправиться в путь, когда Полетта перегородила ему путь своей тростью.
– Вы хорошо знаете здешнюю кухарку?
Молодой человек нахмурился.
– Нур, кухарка. Откуда она родом? – настаивала старушка.
Увидев недоуменный взгляд юноши, Полетта начала терять терпение. Она потянулась к сумке и достала купюру в пятьдесят евро, которой помахала перед носом доставщика.
– Она ваша, если вы расскажете мне все, что знаете о кухарке.
– Да вы не в своем уме!
Полетта снова полезла в сумку и вытащила вторую купюру.
– И раз уж такое дело, расскажите мне заодно побольше и о хозяине.
Парень долго смотрел на нее, затем покачал головой и скрылся в своем фургоне.
11
Полетта размышляла над письмом, которое она получила этим утром.
Большой белый конверт с красочным логотипом «О-де-Гассана».
Директор поздравляла ее с прекрасным выбором и писала, с каким нетерпением они ждут момента, когда смогут всем коллективом приветствовать ее в номере люкс «Азалия». Еще бы, за такие-то деньги – можно не сомневаться!
Полетта сняла очки и кивнула. Все-таки это была чертовски большая сумма. Ей пришлось бы потратить почти все свои сбережения на один только первый взнос.
В других обстоятельствах она позвонила бы им и высказала все, что о них думает. Драть такие деньжищи, они в своем уме? Им что, сам президент республики чистит бассейн? Или, может, они выщипывают траву на гольф-поле пинцетом для бровей?
Но счета оплачивать будет, конечно, не она. Да и как она смогла бы? Из тех средств, что достались ей от скупердяя мужа? Об этом нечего и думать. Оставалось только заставить Филиппа почувствовать себя настолько виноватым, чтобы он дал номер своей банковской карты. Рано или поздно так и случится. Вот уж Коринна обрадуется!
Полетта вынула из ящика стола чековую книжку и дрожащим почерком заполнила корешок. Только она собралась поставить подпись, как раздался стук камушка, брошенного в окно. Она с трудом поднялась со стула – от сырости болели суставы – и подошла к окну.
Внизу, прячась от посторонних глаз и от дождя, стоял Паоло и махал ей рукой. Что за идея: явиться в такую погоду?! Теперь она точно заболеет! Она подумала о том, чтобы проигнорировать его, но любопытство все же взяло верх. Полетта убрала волосы под непромокаемую шапочку, надела халат и спустилась вниз.
Зал ресторана был пуст.
С улицы доносился запах мокрой земли. Подбежал Паоло, накинув на голову куртку.
– Ну и погодка, да? Зато для огорода польза…
Повисло неловкое молчание.
– Я тут подумал о том, что вы сказали утром…
– Я вся внимание.
– Знаете, мне нравится месье Ивон. Когда мой отец заболел, они с Нур каждый день привозили нам еду…
– Но всем нам нужны деньги, да? – вставила старушка. – Ну же! Избавьте меня от ваших жалобных куплетов и переходите к делу!
Издалека доносилось кваканье жаб. Паоло зажег сигарету и поиграл носком ботинка с камешком гравия.
– Могу лишь сказать, что месье Ивона здесь очень любят. Он родился в деревне, как и его отец, а до него и дед. Гостиницу с рестораном основал еще его прадед. Раньше сюда заезжали путешественники…
Полетта прервала его:
– Он был женат?
– Да. На Веронике. Она из Монмалена, не знаю, слыхали ли вы.
Полетта жестом велела ему не отвлекаться.
– У них родился сын, Адам. Мы с ним в школе учились в одном классе. Вероника ненавидела здешнюю жизнь. Тут не каждому может понравиться, знаете ли…
Он посмотрел на нее исподлобья.
Полетта начала терять терпение:
– Это все, что вам известно?
– Ну, тут ведь мало что происходит… А, вот еще! Месье Ивон потерял брата в автокатастрофе, они тогда были еще совсем молодыми. Вы, возможно, слышали, об этом писали на первых полосах…
Он надеялся вернуть интерес слушательницы. Но безуспешно. Полетта зевнула. Неужели он думал, что кому-то за пределами деревни могут быть интересны подобные новости?
– Это печальная история, потому что месье Ивон и его брат – его звали Ролан – были близнецами. Настоящими близнецами, которых невозможно отличить друг от друга. Они оба были музыкантами. В тот вечер
