учебника, который, предусмотрительно, припрятал под водолазкой. В билете было что-то про клеточную теорию, эволюцию, ДНК и объяснение слова «гомеостаз». В сущности, в смысл моих переписываний я не вникал. Старался искать похожие слова и писать до тех пор, пока все не перепишу или же пока не выгонят с позором «вон» за списывания. Два листа были полноценно исписаны. Через полчаса я смог спуститься к злобному мужику и пересказать все-то, что смог списать. Получилось, как мне показалось, более-менее, сносно. Но преподаватель так не считал, поэтому решил завалить меня дополнительными вопросами, к которым я совершенно не был готов и с треском провалился в ответах. И двух слов связать не получилось. Да и из чего их связывать, если в голове одна пустота? Словом, конец экзамена прошел для меня в мучительных пыхтениях, судорожных глотаниях слюны и в итоге усталым покачиванием головы профессора. Сделать я уже ничего не мог и потому, просто встал и вышел. Итоги экзамена должны были сказать сразу, из-за чего мне пришлось еще задержаться, но для меня это казалось бессмысленной тратой времени. Не найдя более подходящего места для грусти, я уселся на подоконник и уставился на двор университета. С такими отвратительными ответами, я могу пролететь, как фанера над Москвой. В тоже время, нервное напряжение немного спало. Лучше того, что я продемонстрировал в классе, мне показать не удалось бы. Остается только плыть по течению и ждать, что встретиться на пути, а дальше действовать по ситуации. В принципе, так и живу. Ничего не планируя, не ожидая подарков от судьбы. Прошло то время, когда можно было позволить унестись в страну собственных фантазий, не думая о том, что будет завтра. Взрослая жизнь не радужная. В ней есть приятные моменты, но в основном, со временем, жизнь превращается в серую, липкую массу, засасывающую тебя без остатка в свою унылую, зыбучую трясину повседневных проблем и болезненное отчаяние от несбывшихся мечтаний. И у меня были мечты, когда-то. Очень давно. Чем только я не хотел заниматься в жизни, но в итоге я стал обычным разнорабочим, хватающимся за, возможно, последнюю соломинку. Тонкую нить в лучшую жизнь.
Недалеко от меня послышалась суматошная возня. Поднялся легкий гул голосов, и толпа будто ожила. Возбужденная волна прошла по рядам будущих студентов, и вскоре небольшая кучка ребят расступилась, пропуская девушку. Но не простую, обычную, а невероятную. Ее головокружительная красота затмевала всех присутствующих девушек вместе взятых. И внутри у меня будто иглой кольнуло. Она шла, выстукивая ритм каблуками, схожий с прыжками моего сердца. Длинные черные волосы развевались при ходьбе. Джинсовый плащ доходил до самых щиколоток, прикрывая фигуру, но расстегнутый спереди, демонстрировал обтягивающие темные джинсы и белую приталенную футболку. Облизнуться было на что, и оживленность парней в коридоре более чем оправдана. Однако не это стало причиной моего легкого замешательства. Нечто иное, очевидное, но не уловимое. В этот момент она как раз прошла рядом со мной. Глаза цвета жидкого металла воззрились на меня буквально на долю секунду, но этого хватило для возрождения хаоса внутри меня. Как ни в чем небывало, девушка пошла дальше и зашла в аудиторию, из которой пару минут назад вышел я. Она скрылась, а образ ее еще остался передо мной. Уставившись взглядом в одну точку, мне пришлось испытать нечто, похожее на шок. Что это, черт возьми, такое? Я такое только в фильмах видел, да в книгах читал. Но в жизни никогда подобного не происходило. Подобное состояние мне не свойственно. А сейчас даже не понимаю, что нужно делать? Находясь под впечатлением собственных эмоций, я не сразу подумал о том, что девушка зашла в аудиторию в самый разгар экзамена. И ее никто не выгнал, внутри тихо, значит и преподаватель не отчитал за опоздание. Это очень странно. Хотя может здесь это в порядке вещей. За всеми этими мыслями, я не заметил, как прошло время и народ понемногу начал выходить из аудитории. Через какое-то время коридор снова заполнил народ. Самая последняя вышла красавица и встала возле окна. Я смотрел на нее не отрываясь. Прекрасно осознавая, как могу выглядеть, не желал отводить взгляд от девушки. Было в ней нечто гипнотизирующее. Она абсолютно ничего не делала. Даже не двигалась, однако этого мне было достаточно. Кучка парней перешептывалась, глядя на красотку. В итоге одного, самого симпатичного, приятели вытолкали со смешками из круга. Парень, смущаясь, медленно направился к девушке, поправляя манжеты рубашки, будто от них зависело закадрит он девчонку или нет. Цели своей он достиг, только вот стоило ему заглянуть в ее глаза, как тут же стушевался, сник и похоже произвести должного впечатления не получилось. Девушка смотрела на него так спокойно, что и мне стало бы не по себе, если бы на его месте стоял я. Без эмоций, без интереса, даже вопроса в глазах не было. Полное равнодушие, будто смотрит не на человека, а на стену. Не скажу, что за него было обидно, но по-человечески стало немного жаль. Хотя на что он надеялся не понятно. Глядя на нее не сложно догадаться, девушка совсем не простая. Виновато улыбаясь, он ей продолжал о чем-то рассказывать, и все его надежды таяли на глазах. Мысленно я советовал ему просто извинится и отойти, однако телепатия не мой конек. Спас парня преподаватель, вышедший из аудитории. В руках своих держал несколько листков бумаги. По его лицу стало ясно — никто из поступающих не вселил в него доверия и, уж тем более, симпатии. И когда он, наконец, заговорил, я убедился в своих домыслах. Проговорил он следующее: «Если бы для зачисления учитывались его желания, то поступили бы только два-три человека из сорока». Все отвечали паршиво, и откуда взялись такие тупицы, даже страшно подумать, что-то в этом роде он и произнес. Каким же шокирующим известием оказалось мое присутствие в списке поступивших, если мы сдадим третий экзамен. Про меня он сказал, что из всех, кроме пары человек, я был на высоте. То есть, лучший из худших. Я не обиделся. Такой вариант меня вполне устроил. Какая никакая, а все же похвала. Поступившие начали поздравлять друг друга, сочувствовать провалившим экзамен и в итоге начался небольшой ажиотаж, из-за которого я на некоторое время потерял из вида красавицу. Ко мне тоже начал подтягиваться народ, но общаться мне ни с кем не хотелось. Поэтому я пошел к выходу, оглядываясь по сторонам, не дожидаясь, когда меня облепят со всех сторон будущие студенты.
