оставался все тем же мужчиной, что вышел из того номера.
Неподвластным времени, молчаливым.
Насколько я знала, он по-прежнему был одинок и ни с кем не встречался (ни всерьез, ни как иначе), с тех пор как отверг меня в день свадьбы Сейлор и Хантера.
Восемь месяцев назад – на той неделе, когда исчез Пакстон, – Килл принял бразды правления «Королевскими трубопроводами» – нефтяной компанией своего отца, и официально стал генеральным директором.
И как я раньше о нем не подумала?
Киллиан «Килл» Фитцпатрик – мой лучший шанс раздобыть деньги.
Он был предан только самому себе, умел хранить секреты, а любимым его занятием было наблюдать, как другие чувствуют себя не в своей тарелке.
Он уже помогал мне прежде и сделает это снова.
Для него сто тысяч баксов – мелочь на карманные расходы. Он дал бы мне деньги только ради того, чтобы посмотреть, как я, сгорая от стыда, опускаю в его почтовый ящик свои жалкие чеки с ежемесячными выплатами, которые ничего для него не значат. Я бы даже согласилась снять заговор, во время которого сказала ему, что он в меня влюбится.
Впервые за долгое время я почувствовала, как у меня потекли слюнки.
Не из-за пиццы, а из-за решения проблемы, которое уже почти было у меня в руках.
У меня есть план.
Путь к отступлению.
Старший брат Фитцпатрик снова меня спасет.
В отличие от моего мужа, мне было достаточно правильно разыграть карты.
Вторая
Персефона
– Прости, дорогуша, не думаю, что тебе сегодня светит увидеть мистера Фитцпатрика. – Тощая личная помощница демонстративно взмахнула собранными в хвост волосами платинового цвета, растянув алые губы в злобной ухмылке.
Она облачилась в виниловое платье розового цвета, в котором была похожа на БДСМ-Барби, облилась таким количеством духов, что в нем можно было бы утопить выдру, и нацепила выражение лица той, кто скорее умрет, чем позволит другой женщине претендовать на ее босса.
Закончив работу, я сразу же заявилась в «Королевские трубопроводы» без предупреждения и попросила о встрече с мистером Фитцпатриком. Сейлор упоминала о том, что Хантер, который тоже работал в семейной компании, сегодня сопровождал ее на первый прием у акушера-гинеколога и ушел рано. Я не хотела, чтобы Хантер увидел меня и рассказал об этом моим подругам.
Когда я пришла, личная помощница Киллиана не переставала дуться все время, пока разговаривала с ним по телефону.
– Здра-а-а-асьте, мистер Фитцпатрик. Это Кейси Брандт.
Пауза.
– Ваша помощница последние два года, сэр.
Пауза.
– Да! С розовым. – Она захихикала. – Простите, что беспокою, но тут мисс Персефона Пенроуз без предварительной записи.
Пауза.
– Она сказала, что ей нужно срочно с вами поговорить, но, типа, отказалась дать мне дополнительную информацию?
Уж не знаю, к чему эта вопросительная интонация. Впрочем, почему его личная помощница выглядела так, будто ей самое место рассекать в розовом «Шевроле-Корвет» на пару с пластиковым бойфрендом Кеном и щенком по кличке Таффи, мне тоже было неясно.
– Да, я знаю, что получить от нее информацию – моя работа. К сожалению, она совсем несговорчива, сэр.
Пауза.
– Да, сэр. Я ей сообщу.
Она посмотрела на меня, как на жвачку, прилипшую к подошве ее туфель на двадцатипятисантиметровых шпильках.
– Похоже, мистер Фитцпатрик не может вписать вас в свой график.
– Скажи ему, что я не уйду, пока он меня не примет, – мой голос дрожал, но я не могла уйти, не увидевшись с ним. Не попытавшись.
Она замешкалась, покусывая накрашенную блеском губу.
Я дернула подбородком в сторону телефона.
– Ну же, передай ему мой ответ.
Так она и сделала, а потом швырнула трубку интеркома.
– Он сказал, что у него совещание, которое, скорее всего, продлится несколько часов.
– Ничего страшного. У меня есть время.
Это было два часа назад.
Роскошный вестибюль на этаже, который занимало руководство «Королевских трубопроводов» сверкал золотыми акцентами. Мониторы, следящие за акциями компании на всех мировых рынках, светились зеленым и красным цветами.
Кейси все больше суетилась, стуча кончиками острых ногтей по хромированному столу.
– Мне нужно в дамскую комнату, – раздраженно сказала она, доставая косметичку из лежащей под столом сумки.
Я оторвала взгляд от журнала о нефти и газе, который якобы читала.
– Да ну? – ласково переспросила я. – Ты не полностью приучена к горшку? Знаешь, я воспитатель в детском саду. Маленькие происшествия меня нисколько не беспокоят. Нужна помощь в туалете для больших девочек?
Она бросила на меня убийственный взгляд.
– Никуда не уходи, разве что обратно в трейлер-парк, из которого пришла. – Она остановилась, разглядывая мою дешевую одежду. – Или в ад.
Каблуки ее туфель с красной подошвой застучали по полу в направлении уборной, оставляя вмятины на покрытии.
Как только Кейси скрылась из вида, я вскочила и бросилась вперед. Кабинет Киллиана был самым большим и роскошным на этаже. Было легко заметить среди них тот, который подходил самому успешному и влиятельному человеку.
Поспешив к нему, я смогла увидеть только спину посетителя через стеклянную дверь. Мужчина, который скрывал Киллиана от моих глаз, был широкоплечим, с золотистыми волосами, одет в шикарный костюм и обладал безупречной осанкой. Похоже, они увлечены беседой, но мне было все равно. Без стука распахнув дверь, я ворвалась в кабинет, пока не струсила.
К сожалению, моего эффектного появления оказалось недостаточно, чтобы заставить Киллиана оторвать взгляд от сидящего перед ним мужчины. Они склонились над кипой бумаг, разбросанных по его серебристому столу.
– …акции растут, но я все равно заметил тенденцию с негативными статьями в прессе. Сказать, что СМИ тебя недолюбливают, было бы явным преуменьшением. Все равно что сказать, будто океан влажный. Солнце теплое. Меган Фокс всего лишь сексу…
– Суть я уловил, – отрезал Киллиан. – Как нам исправить ситуацию?
– Полагаю, полная пересадка личности исключена? – протянул мужчина.
– Единственное, что сейчас будет пересажено, так это моя нога в твою задницу, если не предложишь решение.
Суровая публика. Мне предстоит столкнуться с суровой публикой.
– Черт возьми, Киллиан, – раздраженно сказал шикарный мужчина, – ты начал путь в должности генерального директора с увольнения девяноста процентов руководства и бурения скважин в Арктике. Поклонников ты точно не завоевал.
– Срезал лишний жир.
– Люди любят жир. Ежегодный доход индустрии фастфуда составляет двести пятьдесят шесть миллиардов долларов. Ты знал об этом? Люди, которых ты уволил, общались с журналистами, подливая масла в огонь и выставляя тебя одним из главных злодеев страны. «Королевские трубопроводы» уже считаются самой ненавистной компанией в Штатах. Взрыв на нефтеперерабатывающем заводе в Мэне,
