Она, Инга, возможно, везде опоздала. Сразу на заочное в Москве не поступила – сейчас уже нет смысла это делать. Во-первых, возраст, силы уже не те (ведь придется совмещать работу и учебу, а в тридцать лет такое сложнее, чем в двадцать) и во-вторых, стало сложнее и дороже получить образование. А какая карьера нынче без диплома?
Ну ладно, допустим, наляжет сейчас Инга на образование, перестанет ночами спать, а с личной жизнью тогда как? А никак. Либо образование, либо личная жизнь. Никто из мужчин не станет терпеть возле себя взрослую тридцатилетнюю тетеньку, которая вечно отсутствует, пропадая то на работе, то в институте.
И что за личная жизнь, когда ровесники – уже потрепанные жизнью дядечки, вроде Славика, скучные и усталые. И даже таким никчемным она, Инга, не особо нужна. Потому что они легко могут найти себе юную свиристелку. Ингины же двадцать девять лет – это очень много, на самом деле. Только простодушная Антонина считает ее девчонкой…
Куда ни глянь – везде засада.
А еще новая напасть – ресторанный бизнес переживает не самые лучшие времена (собственно, именно это и пыталась сегодня Инга донести до своего Дровосека… То есть Тимофея). Конкуренция, кризис. Заведения общепита частенько прогорали. Кафе, в котором работала Инга, находилось еще на плаву. Но что будет дальше?
А если кафе закроют, опять работу искать? А где? А за съемную квартиру чем платить? Из ближнего Подмосковья перебираться в совсем уж дальнее, где подешевле? Не полтора часа на электричке трястись, а целых три?
Инга в какой-то момент вдруг увидела себя со стороны – дурочка, которая ото всего нос воротит, партнерских отношений и равноправия ей подавай. Довыбиралась, дотянула, называется.
И тут – Железный Дровосек. Вернее, Тимофей Павлович. Тимофей… Тимка. Явно не бедный, успешный. Красавец, или как это теперь называется, опять забыла это слово… а, брутальный! На хорошей машине, прилично одет. Не хам какой-то. Тот самый идеал, принц, о котором она мечтала и уже, кажется, почти распрощалась с этой мечтой.
Его надо хватать, очаровывать, в него надо вцепляться руками и ногами. Блистать юмором и эрудицией, шутить и смеяться, соблазнять его надо… чем-то особенным. Танцами, какими-то техниками любви, тоже особыми. Надо готовить ему необыкновенные блюда, надо… ох, столько всего надо уметь, чтобы заинтересовать такого мужчину.
Возможно, Славик прав, не такой уж он и обеспеченный, возможно, живет этот Тимофей Павлович в кредит. Но сейчас все в кредит живут!
И это даже хорошо, поскольку наличие некоторых кредитов делает Тимофея мужчиной не особо привередливым. Возможно, именно поэтому он и согласится на роман с почти тридцатилетней девушкой.
А если он все-таки москвич со своей собственной квартирой?! Тогда это вообще счастье…
Нет, Инга не являлась хищницей (уж в этом не солгала сегодня Славику), она не собиралась лишать наивного москвича жилплощади, просто наличие оной сразу же снимало многие проблемы. Не надо биться за ипотеку, не надо тянуть из себя жилы – все уже есть, можно просто жить и наслаждаться жизнью.
Найти беспроблемного, нормального мужчину с минимумом сложностей и прожить с ним в любви до гробовой доски – это ли не мечта всех приехавших в Москву девушек?..
И любовь, боже мой, как же без нее!
Поэтому надо сделать все возможное и невозможное, чтобы завоевать своего принца в черном плаще.
* * *
Казалось бы, чего проще – возьми картинки, то есть изображения картин известного художника, да оживи их с помощью специальных программ!
Дега нарисовал замершую у зеркала балерину, а ты заставь ее слегка распрямить-согнуть ногу, словно девушка разминается перед выступлением, – вот и ожила картинка. У художника в тесном пространстве группкой расположились танцовщицы, готовые выпорхнуть на сцену. Они неподвижны, а ты расшевели их, пусть они грациозно поводят плечами, поворачивают головы и трепещут упруго их балетные пачки…
Вот она, работа флеш-аниматора.
Но Глебу показалось этого мало.
Он попросил Арину сделать небольшой фильм, основанный на картинах Дега. То есть не просто оживить череду картинок предстояло, а связать эти картинки в сюжет, расположить их в определенной последовательности.
Техническая сторона работы Арины не вызвала у Глеба никаких нареканий, тут он всем остался доволен. Танцовщицы Дега по велению Арины ожили – они двигались, поворачивались, нагибались, взмывали и замирали в прыжке, крутились в фуэте.
Но сюжетом Глеб некоторое время оставался недоволен – ему хотелось большей связности, какого-то драматизма.
Первый вариант видеоролика, созданного Ариной, заказчик забраковал, второй тоже попросил переделать.
Сразу же после майских праздников девушка привезла Глебу, на «Комбинат», третий вариант.
Постучалась в кабинет хозяина галереи:
– Глеб, привет! Все готово… Оцени новый ролик? – Она протянула ему флешку.
– Я один его посмотрю, ладно? – поднялся мужчина из-за стола. Приобнял Арину, поцеловал в щеку. – Мне так проще сосредоточиться… если будут еще какие-то замечания, сразу запишу их. Ты походи пока здесь где-нибудь или в кафе посиди, а я тебе сразу позвоню, как закончу. Ладушки? – ласково спросил Глеб, вновь садясь за компьютер.
– Ладушки… – усмехнулась Арина. На своего работодателя она не могла сердиться. Глеб, при всей своей придирчивости, всегда умел оставаться милым и ласковым.
Вышла из кабинета, плотно прикрыла за собой дверь.
…В большом зале, в том самом, где должны ожить картины Дега, пока еще не было рабочих, устанавливающих оборудование. Полутемно, тихо.
Арина прошлась по помещению, слушая, как гулко поскрипывают половицы под ногами, а эхо разносится по углам. Повсюду висели провода, какие-то железные конструкции были прикреплены к потолку, сбоку тоже что-то висело, непонятные рамы – вероятно, в скором времени собирались натягивать экраны вдоль стен.
А вот здесь, за занавесом, небольшая сцена. Время от времени на ней будет выступать настоящая балерина с танцем «Умирающий лебедь». Глеб сказал, что появление живой балерины произведет на зрителей небывалый эффект. Вот только что они смотрели на экраны, но раз – и нарисованные картины вдруг реально ожили… Глеб много и с удовольствием рассказывал об этой танцовщице по имени Зоя – какое впечатление она произведет на публику.
…Итак, еще несколько дней – и это огромное помещение оживет, наполнится цветом и звуками, движением. «Выставка Дега на Комбинате» – пойдет гулять по Москве реклама. Хотя, конечно, никакая это не выставка Дега, это, в основе своей, цветомузыкальное шоу по мотивам картин известного художника.
