Читаем без скачивания Зов Крови (СИ) - Татьяна Ларина

— Позвольте вам напомнить, где мы находимся и как необходимо себя вести, — третий парень снял свой плащ и неспеша подошел к играющим в гляделки. Он был тоже высокий, светло-русый, почти блондин, симпатичный, сегодня что ночь смазливых мальчиков? Его серые глаза сверкнули холодом.

— Все можно исправить, — сказал Женя.

— Это, уже нельзя, — темноволосый резко схватил Ксю за руку, отчего та взвизгнула, и притянул ее к Жениному лицу. Я поспешила подруге на помощь, но парень был очень быстр: он перехватил Ксю другой рукой, а второй уперся мне в грудь, призывая остановиться.

— Не лезь, — он даже не повернулся. Я гневно выдохнула и посмотрела на Женю и… Все его лицо излучало сплошную боль. Мне казалось он сейчас заплачет.

— Женя? — что это со мной? Я испытываю к нему жалость?

Коршун взял Ксю за руку, снял окровавленную варежку и осмотрел рану. Не очень глубокая, но противная, кровь все еще шла. Женя сорвался с места, потащив Ксю за собой. Я поспешила скинуть сапоги и двинуться за ними, нашла я их на кухне. Коршун старательно вымывал рану, а Ксю морщилась.

— Не поможет, — раздался голос за мной. Я вздрогнула. У него что привычка пугать? Как он так тихо ходит?

— Что делать? — Женин голос я не узнавала. Столько боли.

— Теперь, только ждать, — темноволосый сел на стул у окна.

Я потянулась к выключателю, но мою руку схватили.

— Не смей, — снова два огонька. — Они будут искать.

— Кто они? Да что здесь происходит?? — я топнула ногой. — И вообще, зачем сказал раздеться, тут холодно ужасно! — я бросилась в прихожую за пуховиком и в темноте налетела на светлого парня.

— Все объяснения позже, — шепнул он мне.

Я кивнула, взяла пуховик и пришла обратно. Ксю уже сидела на софе рядом с Женей, он сжимал ее за руку. Темноволосый оставался на своем стуле, светленький присел рядом. Мне места не осталось, я накинула куртку и прислонилась к холодильнику.

— Ну, начнем, — светлый немного поерзал на стуле. — Я — Артур, а это Влад. Хотелось бы знать ваши имена, — он посмотрел на меня.

— Я Вика, а это Ксю и Женя, — представила я.

— Спасибо, но с Женей мы знакомы, — буркнул темный, не отрываясь от созерцания окна.

— Что происходит? — вздохнула я. — Женя ты зачем убежал?

Женя хотел уже что-то сказать, но его перебила Ксю, завопившая, что у меня снова хлынула кровь. И действительно щеку жгло. Я наклонилась над раковиной умываясь и услышала маты от темноволосого.

— Здесь есть большая комната? — спросил он же.

Ксю кивнула и пошла показывать.

— Влад нет, — спокойно сказал Артур.

— Что нет? Ты с ума сошел? У нас две укушенных девчонки! — вспылили за стенкой.

Ксю вернулась и хотела было сесть к Жене, но тот резко вскочил и ушел к Владу.

— Это не твои проблемы, кусавшие будут подвергнуты суду, — продолжал светловолосый парень.

— Мне насрать на суд, но еще рысей я не потерплю! — после этих слов за стеной раздался топот, треск, кажется упала и разбилась ваза…

Я мигом рванула в ту комнату, Ксю понеслась за мной. В большой комнате стояло два волка, в темноте сверкнули сначала зеленые, потом и желтые огоньки. Я прикрыла рот рукой. До меня начало доходить все произошедшее.

— Теперь ты мне веришь? — прошептала сзади Ксю. Я кивнула. Подруга обошла меня и наклонилась к черному волку. — Ты его слышишь?

Я замотала головой.

— В смысле слышу? Кто-то что-то говорит? — я прищурилась, вглядываясь в темные силуэты, но все внимание занимали горящие глаза.

— Иди сюда, — прошептала Ксю. Я подошла и увидела, что волк лижет ее укушенную руку.

— Щекотно, — Ксю засмеялась и тут же вскрикнула, волк вцепился в ее ладонь.

Я рванулась на помощь, но меня повалил на пол второй волк. Сердце ушло в пятки, как тогда с нависшей надо мной рысью. Желтые глаза сверкнули в темноте, открылась пасть и… шершавый язык коснулся моей щеки. Что? Я выдохнула. Волк меня лизал!!! В нос снова ударил запах меда и леса. Я лежала не шевелясь еще секунд 20, потом мне это надоело и начала отпихивать от себя зверя. Тот спокойно отошел и я сумела нашарить взглядом Ксю. Та сидела тихонько и плакала, сжимая свою руку.

— Ксю… — прошептала я, подползая к ней и обнимая.

— Все нормально, так нужно… — всхлипнула подруга. — Иначе быть мне еще одной рысью… как те, что напали на нас.

— Значит они тоже оборотни? — я прижалась к стене и подтянула к себе подругу.

— Да, он говорит оборотней много и бывают разные, — еще один всхлип, я прижала ее сильней.

Волки устроились на полу.

— Кто говорит? — спросила я.

В комнату зашла еще одна четырехлапая тень. Видимо Артур тоже обернулся.

— Женя, он… рассказывает у меня в голове… — Ксю смутилась, еще бы, я бы с трудом призналась, что у меня в голове кто-то говорит. — Он сожалеет и просит прощения… Это все из-за него… и еще говорит, что надо поспать.

— Он ничего не расскажет? — вздохнула я.

— Нет, говорит надо силы беречь… надо поспать, — у Ксю голос совсем уставший. — Вик, спой, пожалуйста, — еще один всхлип.

Я напряглась. В доме три оборотня, которые будут слушать как я пою?

— Может не сейчас?

— Пожалуйста… я успокоиться хочу, — моя бедная Ксюнька.

— Хорошо, какую тебе спеть? — сдаюсь я.

— Давай про дракона?

Я встала, прилегла на диван и притянула Ксю к себе. Ну что ж, слушайте и оборотни как я пою.

«Позабытые стынут колодцы,Выцвел вереск на мили окрест,И смотрю я, как катится солнцеПо холодному склону небес,Теряя остатки тепла»

На меня зыркнули два желтых огонька. Я невозмутимо продолжила дальше.

«Цвета ночи гранитные склоны,Цвета крови сухая земля,И янтарные очи драконаОтражает кусок хрусталя —Я сторожу этот клад.

Проклинаю заклятое злато,За предательский отблеск тепла,Вспоминаю о той, что когда-то,Что когда-то крылатой была —Она давно умерла.

А за горами, за морями, далеко,Где люди не видят, и боги не верят.Там тот последний в моем племени легкоРасправит крылья — железные перья,И чешуею нарисованный узорРазгонит ненастье воплощением страсти,Взмывая в облака судьбе наперекор,Безмерно опасен, безумно прекрасен.И это лучшее не свете колдовство,Ликует солнце на лезвии гребня,И это все, и больше нету ничего —Есть только небо, вечное небо.

А герои пируют под сеньюКоролевских дубовых палат,Похваляясь за чашею хмельной,Что добудут таинственный клад,И не поздней Рождества…»

Волк дослушал песню до конца, не отрывая от меня взгляда. Смотреть он продолжал, что изрядно напрягало. Ксю кажется уже уснула. Было холодно, жутко холодно в этом темном доме. Я поежилась, обняла подругу и почувствовала какие у нее холодные руки. Надо с этим что-то делать.