дверь распахивается. Передо мной Оленька, вся такая домашняя: хлопковая маечка, домашние штаны в пестрый узорчик, на плечах легкий халатик нараспашку.
— Привет Кирилл! — отступает вглубь, пропуская меня в гости, — ты рано! — улыбается мило.
— Как рано? Я ж наоборот мчу… Думал опаздываю!
Пытаюсь разобраться, смотрю на часы и только сейчас понимаю, что не перевел часы и живу все еще по другому времени… Я приперся в гости на два часа раньше.
— Да проходи уже, я правда еще готовлю, но вместе веселее будет. Поможешь.
— Да не вопрос! — расслабляюсь, прохожу на кухню, осматриваю квартиру друга.
Все так преобразилось, появилась женская энергетика, цветы на подоконниках, какие-то салфеточки, штучки дрючки, прихватки… Мило.
На плите что-то булькает, вариться, похоже на борщ. Пахнет вкусно. Вся кухня слегка погружена в хаос, Мука тесто, что-то еще. На лицо бурная деятельность. Оля суетиться…
— Я тут манты леплю Кир, сорян за беспорядок. Лёша заказал на ужин. Ты надеюсь тоже любишь?
Проглатываю голодные слюни, понимаю что из ее рук съем даже отраву.
— Обожаю! — честно признаюсь, — помогать надо? Я могу…
— Нет, садись отдыхай. Ты же после перелета. Борщ?
Киваю.
— Наливай! С утра ничего не ел…
Устраиваюсь за столом, с нежностью наблюдаю как любимая женщина суетиться на кухне. Представляю, что она моя, борщ для меня, что это мой дом и моя семья. Чувства непередаваемые, восторг с нотками грусти.
Оля ставит большую тарелку, сверху укропчик, сметанка. Подает хлеб, идиллия.
Оля улыбается, что-то шутит, возвращается к лепке мант. Вспоминаю, что надо зарядить телефон, а то все меня потеряют. Надо будет маме позвонить, сообщить что благополучно долетел…
— Оль, кинь на зарядку плиз! Включаю мертвый телефон, там один процент.
— Кир, поставь сам вот сюда, машет на рабочий стол, а то у меня руки в муке. Ставлю на зарядку, возвращаюсь к борщу. Вкусно нереально. Уже мечтаю о добавке.
— Волшебный борщец Олюш! Ты прямо хозяюшка!
Смотрю вся светиться, похвала приятна, цветет вся…
Отвлекается на звонок телефона, Лёха звонит. Руки в муке, она смешно носом по экрану провела и на громкую вывела. Голос друга врывается в домашний уют.
— Милая! Планы поменялись. Я с Кириллом заканчиваю встречу в офисе и мы мчим в бар. Посидим чисто мужской компанией. Буду поздно не жди, ложись. Целую…
Лёша скидывает звонок, даже не представляя, что по крупному подставился сам и меня под монастырь подвел…
На кухне виснет тяжелое молчание, Оля стоит спиной, напряжена, боюсь, что сейчас расплачется. Мысленно подбираю слова, надо что-то придумать, попытаться выкрутиться.
Но не судьба. Мой телефон начинает звонить, по мелодии понимаю, что Алексей.
Оля, как в трансе принимает мой вызов и ставит на громкую… Держит телефон на вытянутой руке, смотрит на меня большими испуганными глазами. Ждет…
— Кир, долетел?
— Ага, — в горле ком, молюсь всем богам.
— Короче, я всё переиграл. Оля приболела, траванулась. В гости к нам не вариант.
Смотрю на Олю, у нее глаза с пять копеек, по шее красные пятна поднимаются.
— Подтягивайся в нашу баню, я випку снял. С тебя бухлишко, с меня тёлочки. Тут массажистка Кристина делает отличный минет. Сосет как пылесос… И вообще телочка горячая, не против замутить тройничок, — смеется друг в трубку, — а тереться херами, я готов пожалуй только с тобой. Ну что, взъ*бем телочку? Если что еще одна подтянется позже… Вообщем я…
Договорить не успевает, мой посаженный телефон наконец отключается, тихо пиликая…
Сижу не дыша…
Смотрю во все глаза на реакцию Оли. На глазах бледнеет, прямо сереет вся…
Поспешно встаю из-за стола, не успеваю и шага сделать, как ее скручивает пополам от боли. Душераздирающий крик разрывает тишину. Подскакиваю, хватаю за плечи, пытаясь понять… Что это, мать твою за приступ!?
Чувствую как через ее тело идет еще волна спазма. Оля сжимается от боли как пружинка в моих руках, потом обмякает, когда ее отпускает.
— Оля! Оля! — пытаюсь спросить что делать, как помочь. Моргает, смотрит на меня мутным взглядом, дышит через силу.
— Оля! Что, сердце? Давление? Бл@дь, скорую??? Не молчи, умоляю… Еще один спазм. Вскрикивает, тихо шепчет.
— Кир, умоляю отвези меня в стационар, там мой доктор сегодня должен быть, Давид Гурамович. Вздыхает тяжело.
Подхватываю ее на руки, так и несу ее в пижаме, босую… Чувствую своей грудью, когда по по телу пробегают волны новых спазмов. Слава Богу машина стоит близко, сажаю на переднее сиденье, завожу, газую…
Оля тихо шепчет адрес. Это близко, буквально квартал надо миновать. Но пятничные пробки уже атакуют, сигналю, жму, еду на аварийке, нарушаю ПДД. Пох*й. Оля белее мела, губы почти обескровлены, дышит часто. Паркуюсь под запрещающим знаком, хватаю Олю на руки, вхожу… Это простая районная женская консультация. Кругом очереди, женщины, мужчины. В регистратуре суета… Банально кричу во всю мощь легких.
— Доктор Давид… Гурамович!!! Где искать? Срочно!
Охранник активизируется, машет рукой в сторону лестницы.
— Стационар у нас на четвертом этаже, туда вам.
Киваю ему, за минуту покоряю эту вершину.
Готов на всё! Хоть до луны ее нести, ресурс найду. Кричу на новом посту, медсестрички засуетились…
Узнали Олю, махнули рукой куда ее нести, указали на койку, побежали за доктором. Олю трясёт, плачет, доктор все еще идет…
Оглядываюсь по сторонам. Еще три койко места, на двух лежат беременные под капельницами. Бросают испуганные взгляды, шепчутся… Паникуют. Я почти вою…
Доктор вбегает резко, кидает на меня убийственный взгляд, с какой-то брезгливостью отворачивается от меня и все внимание обращает на Олю. Быстро спрашивает, пишет, щупает аккуратно спазмированный живот, зовет медсестер. Мне приказывает выйти.
Падаю у палаты на стульчик, мутным взглядом рассматриваю плакаты на стенах “Я и здоровая беременность”, ”Мама, курение — это яд для малыша”, осознаю важную мысль.
Моя Оля в положении…. Горечь, боль, ревность, беспокойство, даже некая радость все смешивается воедино. Начинаю соображать.
Надо по идее позвонить Лёше, надо рассказать где Оля… Потом эту мысль смывает раздражение и злость, что это его вина. Оля тут из-за него, из-за его лжи, грязи, блядства. Вроде и чувство долга свербит, но вспоминаю что друг сейчас в бане тёлок шпилит, а Оленька тут страдает от боли. Да и телефон севший.
Мимо меня в палату залетает медсестричка, в руках штатив для капельницы, на подносе ампулы, шприц. Порываюсь войти за ней, но доктор сразу басит, что нельзя.
Схожу с ума. не знаю куда себя деть. Тупо брожу по коридору, не выпуская из виду палату. Вечереет. Из палаты выплывают две беременные. Шепчутся между собой, гладят животы, замечаю встречающих мужей. Что
