От гонца Хинд услышала о смерти своих дорогих родных: о гибели ее отца, 'Утбы, павшего от рук 'Али и Хамзы, дяди Пророка; о гибели ее дяди, Шайбы, павшего от руки Хамзы; о смерти ее брата, Валида, павшего от руки 'Али; о смерти ее сына, Ханзалы, сраженного 'Али. Она прокляла Хамзу и 'Али и поклялась отомстить им.
Битва при Бадре стала первым крупным военным столкновением мусульман с их врагами. Маленький отряд из 313 мусульман не отступил ни на пядь перед 1000 атакующих неверных. В результате длившегося час или два яростного сражения мусульмане разбили войско курайшитов, и курайшиты обратились в беспорядочное бегство с поля боя. Лучшие из курайшитов пали в этом бою или были захвачены в плен.
Всего погибло 70 неверных, и еще 70 было захвачено мусульманами в плен, при этом потери мусульман составили 14 человек. Среди убитых оказались 17 человек из бану махзум, причем большинство из них были двоюродными братьями или племянниками Халида. Погиб Абу Джахл. Брат Халида, Валид, попал в плен.
Когда гонец объявлял имена погибших и тех, от чьих рук они пали, курайшиты обратили внимание на то, как часто назывались имена 'Али и Хамзы. 'Али лично сразил 18 человек и помог сразить еще четырех. Хамза лично сразил четверых и еще четверых совместно с 'Али. Таким образом, имя 'Али чаще всего упоминалось на этом печальном собрании.
* * *
Два дня спустя Абу Суфйан созвал на совет всех курайшитских вождей. Среди них не было ни одного, кто не потерял бы родных в битве при Бадре. У одних погибли отцы, у других — сыновья, у третьих — братья. Громче всех на совете звучали голоса Сафвана ибн Умаййи и 'Икримы, сына Абу Джахла.
Труднее всего было сдерживаться 'Икриме. Его отцу была оказана честь вести курайшитское войско в сражении при Бадре, и он погиб в бою. Сын пытался утешиться тем, что при Бадре его отец убил одного мусульманина и что сам он убил еще одного. Более того, он набросился на того мусульманина, который смертельно ранил его отца и отсек ему руку; но этого было недостаточно, чтобы утолить его жажду мести. Он настаивал на том, что честь курайшитов обязывает их к отмщению.
«А я потерял своего сына Ханзалу, — сказал Абу Суфйан. — Я не меньше твоего жажду мести. Я буду первым, кто снарядит и выставит [20 Вакиди: Магази, с. 156-157.] могучее войско против Мухаммада».
На совете все поклялись отомстить, на сей раз никто не пожелал оставаться в долгу Мекка готовила невиданное доселе войско и приглашала другие местные племена присоединяться к нему, чтобы уничтожить мусульман. Весь доход от товаров, которые вез караван, составлявший 50 000 динаров, было решено потратить на финансирование этого военного похода. Абу Суфйан был единогласно избран командующим курайшитским войском.
Затем Абу Суфйан обнародовал два своих распоряжения, первое из которых было принято практически всеми. Смысл его заключался в том, что никто не станет оплакивать или горевать по тем, кто погиб при Бадре. Суть этого приказа заключалась в том, что слезы могут вымыть ожесточение из сердец, а это ожесточение следовало поддерживать до тех пор, пока они не отомстят мусульманам. Впрочем, те, чье горе было слишком велико, плакали тайком.
Второе распоряжение касалось военнопленных, оказавшихся в руках мусульман. Абу Суфйан запретил любые попытки освободить их, опасаясь, что если такие попытки последуют немедленно, мусульмане поднимут цену выкупов. Однако не все подчинились этому распоряжению. Через два дня один человек под покровом ночи покинул Мекку, чтобы выкупить своего отца, а когда об этом узнали остальные, они взяли дело в свои руки и добились освобождения своих близких. Абу Суфйану ничего не оставалось, как отменить свой приказ.
Размер выкупа колебался. Самый большой составлял 4 000 дирхамов, а тем, кто не мог заплатить такие деньги, могли постепенно сбросить цену до 1000 дирхамов. Несколько пленников, которые были слишком бедны, чтобы заплатить за свое освобождение, но были грамотными, заработали себе свободу, обучив определенное количество мусульманских детишек чтению и письму. Некоторых бедняков Пророк отпустил без выкупа при условии, что впредь они никогда не станут сражаться против мусульман.
Среди тех, кто отправился на переговоры относительно освобождения пленных, были 'Икрима, Халид (он не участвовал в битве при Бадре, так как в это время его не было в Хиджазе), брат Халида, Хишам. Халид и Хишам договорились об освобождении их брата Валйда. Когда Хишам услышал, что выкуп составит 4000 дирхамов, он начал было торговаться, чтобы уменьшить сумму, но Халид остановил его. За освобождение Валйда была заплачена требуемая сумма, после чего трое братьев покинули Медину и встали лагерем на ночлег в местечке Зу-л-Халйфа, расположенном в нескольких милях от города. Оттуда Валйд тайно бежал обратно в Медину, явился к Пророку и стал мусульманином. С тех пор он проявил себя как человек, глубоко преданный Исламу, и стал очень дорог Пророку. Несмотря на новую веру, его отношения с Халидом остались такими же теплыми и дружескими, как прежде.
* * *
На совете курайшитов главной темой было обсуждение мести, но был еще один фактор, который подталкивал курайшитов к войне с мусульманами,— экономическое выживание. Главный караванный маршрут курайшитов в Сирию и Палестину проходил по дороге вдоль побережья, которая теперь, после битвы при Бадре, оказалась для них закрытой. В ноябре Сафван ибн Умаййа почувствовал, что необходимо расширить торговлю, и отправил в Сирию караван по другому маршруту, который, по его мнению, мог оказаться безопасным. Этот караван вышел из Мекки по дороге на Ирак и, пройдя некоторое расстояние, повернул на северо-запад, по направлению к Сирии, обойдя Медину на безопасном, по мнению Сафвана, расстоянии. Однако Святой Пророк узнал об этом караване и направил Зайда ибн Харису с сотней воинов, чтобы перехватить его, что Зайд и сделал.
Тогда Сафван направился к Абу Суфйану, и оба предводителя согласились с тем, что экономическое благосостояние и процветание курайшитов зависит от доходной торговли с Сирией, и чем быстрее будут сокрушены мусульмане, тем лучше. 'Икрйма также проявлял нетерпение и настаивал на неотложных действиях. Однако Абу Суфйан, будучи мудрым старым вождем, понимал, что потребуется время для того, чтобы снарядить военную экспедицию, купить верблюдов, лошадей и оружие. Он пообещал, что постарается сделать это в как можно более сжатые сроки.
Начались серьезные приготовления к походу. В их разгар к Абу Суфйану обратился с предложением склонный к сомнениям неверный. Его звали Абу 'Амир, и был он из Медины. Он не приветствовал переселения Святого Пророка в Медину и представлял собой исключение из своего собственного рода 'аус, представители которого поспешно начали принимать Ислам. Поэтому он уехал из Медины и поклялся не возвращаться туда до тех пор, пока власть будет оставаться у Мухаммада. В Мекке он принялся настраивать курайшитов против мусульман. В прежние времена Абу Амира знали как Монаха, но Святой Пророк дал ему прозвище Мерзавец.
«Со мной 50 моих родственников, — сказал он Абу Суфйану. — Я пользуюсь значительным влиянием среди моих родичей 'ауситов. Предлагаю до начала сражения разрешить нам обратиться к 'ауситам из числа мусульман, и я не сомневаюсь, что все они покинут Мухаммада и перейдут на мою сторону» [21 Вакиди: Магази, с. 161.]. Абу Суфйан с радостью принял это предложение. 'Ауситы были одним из двух наиболее многочисленных мединских племен и составили бы больше трети мусульманского войска.
Начались переговоры с соседними племенами, и племена кинана и сакйф прислали мощное подкрепление. В начале марта 625 г. в Мекке начало собираться войско. Тем временем дядя Пророка, 'Аббас, написал ему из Мекки, предупреждая о том, что замышляется против него.
Во вторую неделю марта войско курайшитов численностью 3000 человек, из которых 700 были в доспехах, выступило из Мекки. В их распоряжении было 3000 верблюдов и 200 лошадей. С армией в паланкинах ехали 15 курайшитских женщин, в задачи которых входило напоминать курайшитам об их товарищах, павших при Бадре, и укреплять их дух. Среди женщин находилась и Хинд, выступавшая в роли их начальницы, и эта роль досталась ей по естественным причинам. Здесь также были жена 'Икримы, жена 'Амра ибн ал-'Аса и сестра Халида. Среди них была и 'Амра бинт ал-Кама, о которой мы услышим позднее, а также несколько певиц, которые везли с собой тамбурины и барабаны.
По мере того как войско продвигалось в сторону Медины, один из предводителей курайшитов, Джубайр ибн Мут'им, сказал своему рабу Вахши ибн Харбу, известному по прозвищу Свирепый: «Если ты убьешь Хамзу, дядю Мухаммада, отомстив за убийство моего дяди при Бадре, я дам тебе свободу». Вахши понравилась подобная перспектива.
Это был огромный черный раб родом из Абиссинии, он всегда сражался метательным копьем, оружием его родной Африки. Вахши мастерски владел этим оружием, и не было случая, чтобы он промахнулся.
