этих миров и случившегося ранее они стали тише. И это, пожалуй, полезное изменение.
Я проходил мимо тренировочного зала, поэтому решил зайти в него.
Там был хмурый. Он отрабатывал удары один, в своём привычном стиле — зло, жёстко, будто хотел не просто пробить защиту воображаемого врага, а вбить её в пол вместе с ним. От клинка шёл жар, по воздуху бегали короткие языки огня. Увидев меня, он не остановился сразу, только через несколько секунд опустил меч и мрачно выдохнул.
— Опять решил сам себя сжечь? — спросил я, проходя в зал.
Он чуть скривился, но промолчал.
— Ты всё ещё пытаешься перебороть силу лоб в лоб.
— Я контролирую, — произнёс парень хмуро.
— Нет, — ответил я. — Ты давишь. Это не одно и то же. Не подчиняй энергию. Позволь ей стать частью тебя. Доверься себе, а не своему эго.
Парень отвёл взгляд и спорить не стал. Я уже хотел оставить его, когда ожил мой коммуникатор, поэтому сразу принял вызов.
— Господин, — раздался голос капитана.
— Что у вас?
— Прибываем к точке назначения. Ещё несколько минут, и планета будет в прямой видимости.
— Что по поводу сражений и внешних источников сил на карте?
— Всё чисто. Судна пиратов не отображаются на радарах, но в световом пространстве никого кроме них и не видно.
— Понял, — произнёс я. — Иду.
Отключился и направился в рубку. По дороге ко мне присоединился хмурый. Он шёл молча чуть позади.
Когда пришли в рубку, я подошёл к центральному экрану. Планета уже действительно была видна впереди, и кроме неё, а также огей пиратских судов, видно не было ничего другого.
Либо Кларисса не справилась… Либо флот задержался… Либо затаился на точке встречи. Одно из трёх.
— Подходим спокойно и проходим мимо, — произнёс я, не отрывая взгляда от планеты. — Без лишнего шума. Сигналы по стандарту, однако, полная готовность, но без показухи. Если нас тут встречают — нужно быть готовыми в любом момент прорываться.
— Есть, — ответил немного напряжённый капитан.
Впрочем, напряжён был не только он, но и остальные в рубке.
* * *
В итоге наш корабль спокойно прошёл мимо пиратской планеты и также около небольшого флота, который держался рядом с ней.
Я смотрел на мерцающие точки кораблей на тактическом экране, которые были видны лишь вблизи. Снаружи всё выглядело мирно, и всё же это спокойствие может быть обманчивым. Чего только стоит предыдущий момент с пиратами.
После того, что произошло в дальнем секторе, после мёртвого абсолюта и вытащенных нами Этараксиек, нас вполне могли попытаться задержать, так как у нас на борту слишком много «ценного».
Капитан корабля время от времени косился то на меня, то на экран. Ему такое тем более не нравится. Наверняка ведь уже, судя по лицу, имел дело и сражался с пиратами, и понимает их природу не меньше моего. Он весь путь напряжён.
И тем не менее чужие суда держали дистанцию, не сближаясь и не выходя на перехват. Наше же сопровождение отстало довольно давно, выполнив свою часть сделки. Но когда мы уже удалились на приличное расстояние, на экране вспыхнул значок вызова.
— Принять, — произнёс я.
Через секунду в воздухе возник голографический экран со знакомой фигурой и лицом.
Тот самый пират. Всё та же наглая рожа, всё та же чуть кривая усмешка, будто он сидит не в центре гнилой системы, а у себя на даче за вечерним вином. Пират выглядел расслабленно, но я уверен, что «этот» наверняка в курсе всего случившегося.
— Ну надо же, — с откровенной насмешкой произнёс он, облокотившись на подлокотник кресла. — Благородный аристократ покинул нас, и даже не попрощался… Впрочем… Ладно, — его тон стал деловой. Это уже не важно. Благодарю, что воспользовались нашими услугами.
Я молча смотрел на него.
Наверняка ведь они уже начали собирать по мне отдельную «папку». Кто, откуда, с кем летает, какие привычки, где был замечен, на что способен, сколько платит, как разговаривает, с кем торгуется. Пираты не упускают такие вещи. Если человек выбивается из общей массы, если рядом с ним происходят слишком шумные события, его начинают запоминать. А потом, если нужно, вытаскивают эту память наружу и продают. Или используют сами.
Казалось бы… Отбросы… А система налажена. И, судя по тому, что я увидел, такая система стала относительно недавно. Они и раньше делали «централизованное» «общество», но сейчас шагнули далеко вперёд в этом плане.
Впрочем — это лишь ширма, которую они показывают. В реалиях всё совсем иначе.
— Закончил? — спокойно спросил я.
Он тихо рассмеялся, покачал головой и ответил:
— Всё такой же приятный в обще…
Я просто отключил связь, так как ничего важного этот тип явно не скажет.
— Идём дальше, — произнёс я. — Активируйте дальние системы обнаружения, когда отойдём подальше. Нам сейчас важно найти флот Ордена Хранительниц.
Капитан сразу кивнул и отдал приказ. Операторы оживились, а обстановка в командном центре начало становиться менее напряжённой.
Над панелями вспыхнули новые сектора поиска, по пространству протянулись линии сканирования. Я смотрел на это и невольно думал о Клариссе.
Если Орден уже выдвинулся, это хорошо. Если нет — плохо. Всё же мне надо дать понять, что если охота за Этараксийцами продолжится — удар не заставит себя ждать. А для этого удар должен быть достаточно тяжёлым. Иначе пираты не поймут.
Путь до планеты, где мы оставили второй корабль, прошёл без происшествий.
Когда планета появилась в зоне прямого обзора, с кораблём начали пытаться связаться.
— Второй корабль не определяется, — произнёс один из операторов, быстро проходясь по данным. — На радарах пусто.
Я медленно повернул голову.
— Связь?
— Не выходит, господин, — ответил капитан, и я услышал в его голосе нехорошую сухость. — Сигналов нет.
Хмурый стоял рядом со мной. Я не смотрел на него, но хорошо почувствовал, как он напрягся.
Это его корабли и его люди. Да, пока командую ими я, так как не может быть двух командующих, а у парня в этом плане явно мало опыта, но не думать о них он не может.
— Уходим на круг, — произнёс я. — Облетаем планету и расширяем зону поиска. Проверить все возможные ранее обозначенные резервные точки укрытия, после этого пойдём на снижение.
Планета внизу была серо-зелёной, с плотными облачными массивами и длинными горными цепями. Ничего особенно красивого. Обычный мир, удобный скорее для временной стоянки, чем для жизни. Мы проходили один сектор за другим. Время тянулось медленно. Очень медленно.
Произойти здесь могло всё, что угодно, поэтому расслабляться было нельзя.
И всё же спустя некоторое время оператор резко выпрямился и посмотрел
