Брендон усмехнулся.
— А тебе хочется все знать заранее?
— Почему бы и нет? Вдруг придется общаться с человеком из мира искусств — скажем, с музыкантом или писателем.
— Предпочитаешь настроиться?
— Конечно. Чтобы во время беседы не ударить в грязь лицом.
— Гм, разумный подход. Но на этот раз напрягаться тебе не придется. Никого из упомянутых тобой людей не ожидается. В основном соберутся наши хорошие знакомые. Правда, Пит Сандерс вроде бы придет с племянницей, которой лично я прежде не встречал, да еще, наверное, кого-нибудь пригласят для Нэнси.
— О, непременно пригласят, — отозвалась Кора. — Шарон не позволит ей скучать в одиночестве.
Нэнси звали овдовевшую два года назад мать Брендона. И так как Шарон любила, чтобы на ее приемы все приходили парами, то можно было не сомневаться, что компаньоном на этот вечер Нэнси обеспечена.
Немного помолчав, Кора спросила:
— А нет ли каких новостей, о которых мне следовало бы знать?
Брендон озадаченно взглянул на нее.
— Каких новостей?
— Ну, может, с кем-то случилась какая-нибудь смешная история или что-либо в этом роде.
— А, хочешь быть в курсе последних сплетен?
Кора поморщилась.
— Мне не очень-то нравится это слово, но если уж на то пошло, пусть будет так.
— Насколько я понимаю, тебе импонирует идея показать свою осведомленность, когда гости примутся перемывать кому-нибудь косточки?
Пожав плечами, Кора заметила:
— Я и сама способна задать тему. С удовольствием обсудила бы кое-кого.
Брендон оживился.
— Вот как? Это кого же?
Она уклончиво усмехнулась.
— Одного известного предпринимателя.
— Хм… Я его знаю?
— Конечно.
Брендон немного помолчал, будто ожидая продолжения, но так как его не последовало, спросил:
— И чем этот парень провинился?
— Купил в моей галерее картину и не показывается.
Повисла пауза, во время которой Брендон как будто пытался понять, что Кора имела в виду, но в конце концов недоуменно повернулся к ней.
— Прости?
— Э-э… я неправильно выразилась. Он заплатил задаток в размере десяти процентов от стоимости — так у нас принято в том случае, если по какой-либо причине клиент не может выложить всю сумму сразу, — унес картину, и с той поры я его не видела.
— Неужели нет возможности с ним связаться?
— Есть, — кивнула Кора. — Периодически я это делаю. А в ответ слышу — мол, мне сейчас некогда, позвоните через недельку-другую.
— Не хочет платить?
— Не знаю. Вообще-то на него не похоже, но, с другой стороны, он как-то странно себя ведет.
Брендон нахмурился.
— Скажи, как этого парня зовут, и я с ним разберусь.
— Нет! — с беспокойством воскликнула Кора. — Не нужно.
— Почему? Я привык улаживать подобные проблемы, так что…
— Нет! — повторила она.
— Но почему? — Удивление Брендона было совершенно искренним. — Ведь я хочу тебе помочь.
Кора покачала головой.
— Спасибо, дорогой, но… не нужно. Это моя проблема, следовательно, мне ее и решать.
— То есть ты вынуждаешь художника ждать? Я имею в виду автора картины.
Она усмехнулась.
— Ничего подобного! Автор получил свое сполна.
— Но как же…
— Его гонорар я выплатила собственными деньгами. Потом возмещу расходы за счет нерадивого клиента.
— Кто же так ведет дела! Неужели ты не понимаешь, что работаешь себе в убыток?
Так и знала, что он это скажет! — промчалось в мозгу Коры.
— Я не могу подвести художника, — твердо произнесла она. — Ведь он тоже мой клиент. Если я продала картину, значит, художник должен получить деньги, таковы правила игры. Иначе мне перестанут приносить произведения искусства и моя галерея опустеет. Этого я допустить не могу, значит, должна чем-то жертвовать.
— Для делового человека, каковым ты себя считаешь, у тебя довольно странные рассуждения. Поберегись, так и бизнес недолго потерять.
— Не надейся! — сверкнула Кора взглядом.
— Думаешь, я только того и жду?
Она повела бровью.
— Не знаю. Но, по-моему, ты спишь и видишь, как бы сделать так, чтобы я побольше сидела дома, как какая-нибудь клуша-домохозяйка.
— Ну зачем же так резко? Я действительно порой думаю об этом, но не в таких выражениях.
— Какая разница, суть ведь не меняется!
— Ох, кажется, мы сейчас снова начнем спорить, — поморщился Брендон. — Ладно, поступай со своим должником как знаешь, но в случае чего только скажи и я задействую все свои возможности.
— Спасибо, дорогой. Думаю, я сама прекрасно справлюсь.
Неожиданно Брендон рассмеялся.
— Последнее слово непременно должно быть за тобой, верно?
Кора на миг плотно сжала губы.
— Если речь идет о моем деле, то да.
Они немного помолчали, затем Брендон спросил:
— Как же, если не секрет, ты заставишь своего клиента отдать остаток суммы?
Кора хитро улыбнулась.
— Ведь я не зря сказала, что сама готова пустить кое о ком сплетню. Если о моем покупателе пойдет слушок, что он не держит слова, у него самого пошатнутся дела.
Во взгляде Брендона промелькнуло удивление.
— Гм… неплохой ход.
— Видишь, я не так уж безнадежна, как тебе кажется.
— Ты коварна!
— Как и все женщины, дорогой.
— М-да, есть над чем поразмыслить, — задумчиво заметил Брендон.
Спустя некоторое время они въехали в северо-восточный пригородный район, где вдоль улиц тянулись ряды ухоженных особняков. Вскоре показалась живая самшитовая изгородь и невысокие ажурные ворота с отдельной калиткой, за которыми виднелся утопающий в зелени дом Патрика и Шарон Банч.
Брендон коротко посигналил, и ворота автоматически открылись. Через минуту «бентли» остановился на расположенной под кленами, справа от крыльца, площадке, где уже стояло несколько автомобилей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
