пару раз приезжали гости, и тогда на заднем дворе появлялись собаки. Я думала, они всегда там бегают, а оказалось, их специально выводили.
— Ну, допустим, — нехотя согласился Рэйф, — ты в гараже. Как дальше собираешься взобраться аж до третьего этажа?
— А с чего такая уверенность, что он оставил алмаз на прежнем месте? — Я резко выпрямилась, всплеснув руками. — Может, он в банковскую ячейку все перенес или в другое место! Да какого черта тебе вообще известно, что он до сих пор там?!
Удивительно, как алкоголь способен из колючей мысли разжечь обжигающее пламя. Я будто масло, в которое бросили искру. Нет, прорабатывай мы хоть сто раз детали, никакой гарантии не было, что алмаз находился не только на третьем этаже, но и на вилле.
Сердце забилось быстрее, щеки раскраснелись от злости, а орать и обвинять в несправедливости мир подначивал страх.
— Я навел справки, — как можно медленнее и спокойнее произнес Рэйф, сцепившись со мной взглядом, — с наибольшей вероятностью алмаз все еще в его доме.
— А если нет? Чего ради тогда все это? Нет другого способа поживиться легкими деньгами?
— Ну, способы есть, — неопределенно пожал плечами мужчина, и с опасной хитринкой улыбнулся, — да только зачем упускать возможность? Не получится, попробуем в другом месте.
Точнее, я попробую. Понятно. Понятно, почему Нейтан не стал помогать Рэйфу, он не так глуп, как я, девочка, оказавшаяся в бедственном положении. Будь у меня деньги, то смогла бы обзавестись поддельными документами — связи, пусть и на другом континенте, имелись. А руки черного рынка тянутся далеко, когда им протягивали монету. Сэм бы точно нашел способ выкрутиться из ситуации. Набил бы морду богатому ублюдку, ограбил бы его, уложил охрану и уехал бы в закат. У меня же в закат уезжала крыша.
— Эй, все будет нормально. Ясно?
Неужели я выглядела настолько жалко, что пришлось проглотить горделивость и позволить сочувствию пробиться в голосе? Во мне бурлило недоверие. Недоверие к этим светлым, чистым, как горное озеро, глазам.
Я отвернулась, задумавшись. Ситуация странная, безвыходная, но если мы погорим, то вместе, во всяком случае, вряд ли Рэйфу удастся оправдаться. Уж слишком странное совпадение, что к Гонсалесу в гости наведается не только сын бизнесмена, но и воровка, которой место в тюрьме.
Похоже, думала я слишком долго и не заметила, как мужчина приблизился едва не вплотную. А вот от руки, которую он потянул к моему лицу, я отмахнулась, как от осы. И, честно, была не столько оскорблена, сколько удивлена, что он полез ко мне обжиматься. Я пьяная, но не в хлам бухая.
— Побереги силы, — заворковала я тоном оскорбленной бабули, — очаровывать придется не меня.
— Попробовать стоило, — снисходительно улыбнулся Рэйф.
Попробовать стоило — с таким девизом мы подошли и к делу вовсе. С таким девизом обычно идет ко дну маленький деревянный корабль, отважившийся дойти до Антарктики. План действий в итоге оказался несложным, но его реализация потребовала больших усилий, в окупаемость которых лично я верила с неистовой силой. Надеялась, что все пройдет хорошо, хотя здравый смысл подсказывал — это безумие.
Рэйфу удалось выторговать встречу с Саниэлем Гонсалесом на его территории под предлогом переговоров, касаемо бизнеса. Похоже, старший Адлер имеет существенный вес на рынке корпораций, если дверь в нужный дом открылась практически с первой попытки. Мой вынужденный напарник нервничал лишь из-за меня, что я допущу ошибку, привлеку внимание, и хозяин виллы тут же сообразит о сговоре и придется действовать впопыхах. Вариант, который озвучил Рэйф, точнее, план отступления, мне не понравился от слова совсем. За такое дают пожизненное, причем в колонии строгого режима.
Об этом я старалась не думать, свернувшись в багажнике, который служил в спорткаре, похоже, элементом декора. Слишком тесно, ощущала себя сардиной в банке. Дышать становилось все труднее. Но когда автомобиль затормозил и послышались знакомые голоса, я и вовсе чуть не задохнулась от напряжения.
Спокойно. Просто дыши. Ты уже делала это однажды, сделаешь и еще раз. Вы проработали маршрут, на тебе униформа обслуги, если кто случайно и заметит, не придаст значения. Второй раз использовать тот же трюк — слишком дерзко, что дает какую-то фору и, возможно, благосклонность удачи. Я на это надеялась.
Автомобиль припарковали рядом с гаражом, как и было принято у Гонсалеса. Когда голоса стихли, я выбралась из машины, едва не крича от боли — провести час в скрюченном положении не лучшее, что со мной происходило. Запасные ключи были при мне, чтобы как минимум вылезти из багажника. Кнопка — открыть багажник, кнопка — поставить на сигнализацию и снять с сигнализации. Вот же технологии. Когда меня парни учили водить машину, приходилось порой использовать не только ключ, но и выдирать с корнем провода.
Ночи в конце мая в Италии стояли достаточно теплые. Пахло травой, с кухни слышался запах жареного мяса — гостей не принято встречать с пустыми руками.
Вход внутрь для меня лежал через боковое окно гаража, такое маленькое, что сигнализацию там и сейчас не поставили. Чего греха таить, в какой-то момент я подумала, что моя задница так и останется торчать всем напоказ.
Коллекция авто у Гонсалеса скромная — по количеству. Но даже внедорожник выглядел чем-то из ряда вон выходящим.
В доме стояла удивительно тихая и спокойная атмосфера, в какой-то момент я даже услышала голоса Рэйфа и Гонсалеса, что подстегнуло меня двигаться дальше. Мимо охраны, мимо посторонних комнат, прямо к кабинету, в котором находился сокровенный алмаз. Должен был находиться. И чем ближе я становилась к цели, тем чаще по ребрам стучало сердце. Кабинет заперт, но это не проблема. Проблема заключалась в другом.
Готовясь к первому вторжению, я осмотрела дом со всех сторон, и видела, что в рабочем кабинете находилось три небольшие витрины, в одной из которых и сидел на бархатной подушке алмаз. Сейчас же красный бархат грела пустота, и не только на месте алмаза, но и других реликвий.
Пусто. Как и у меня в голове.
«Попробовать стоило».
Не передать словами, как трудно сдерживать панику, когда она рвется изнутри, словно дикий зверь. Подпирая спиной дверь, я лихорадочно обводила комнату взглядом, надеясь, что дрожь в руках утихнет. Но нет, она нарастала, я ощущала себя стоящей на раскаленных углях, едва не пискнула от нервного напряжения, услышав в коридоре тяжелые шаги.
Задержала дыхание и ожидала. Всего лишь охрана, проверяющая периметр, ничего более.
Ничего более, именно. Господи. Какими же идиотами нужно быть, чтобы поверить, будто алмаз все еще здесь! Причем… это я, дура,
