— Нет, но она не должна была звонить тебе, она должна была позвонить в полицию, и ей вообще не следовало ставить себя в такое положение. Какой здравомыслящий человек вернется в квартиру к кому-то, с кем познакомился всего час назад, особенно когда он совершенно не в себе, а парень выглядит как еще более уродливый и злобный брат Скалы (прим. Дуэйн Джонсон)?
— Прошлой ночью ты вернулся в дом красотки. — Он одарил меня глупой ухмылкой, над которой я не смог удержаться от смеха.
— Да, но я не избиваю женщин, и она не была чертовой пьяницей.
— Возможно была, просто ты не знал.
— Да, — ответил я. — Только я провел с ней три часа, напиваясь, и за все время она была забавной и милой.
— Милой, — крикнул Бомбер из-за стола. — Черт, тебе точно двенадцать.
Я показал ему средний палец и повернулся обратно к брату.
— Она действительно милая, Джонни. Она мне нравится, а я гораздо лучше разбираюсь в людях, чем шлюха Тереза.
Он открыл рот, вероятно, чтобы разозлить меня, но в дверь позвонили.
— Ах, — сказал он с блеском в глазах. — Это, должно быть, очаровашка Серена.
Брат развернул свое кресло и начал выкатываться из кухни.
— Надеюсь, чеснок ее не отпугнет, — крикнул я ему вслед.
Он помахал мне рукой в воздухе.
— Она всегда может пососать мой член. — Затем уехал.
— Знаешь, — сказал Бомбер, когда его брови сошлись на переносице. — Мне всегда было интересно, как… ну, ты знаешь.
— Он может заниматься сексом, Бом. У него есть эрекция. — Я покачал головой и откинулся на спинку стула, беря еще одно печенье.
— А он… ты понял меня.
Он издал звук взрыва и сделал движение руками.
— Испытывает ли оргазм? — спросил я со вздохом.
Бомбер кивнул.
— Да. Если честно, не люблю это обсуждать.
— Ну, я удивлен, поскольку ты чертовски неуместный большую часть времени, но да, ему это по силам. Это занимает немного больше времени, и у него есть для этого помощь.
Я знал, что мой брат не будет возражать, если расскажу Бомберу. Черт, он рассказывал любому, кто соглашался слушать, о своем «мужском вибраторе, который помог ему кончить».
Бомбер кивнул, очевидно, всерьез раздумывая об этом.
— Значит, он в значительной степени делает все, что делаем мы, но тратит свою жизнь на то, чтобы им помыкали.
По выражению его лица я понял, о чем он думает, и уткнулся лбом в стол.
— Нет, даже не говори этого, — пробормотал я в дерево.
— Нет, я ничего не говорю, ни слова.
Я оглянулся и увидел, что он развивает эту мысль дальше, так как быстро съел последнее печенье.
— Сделаю напитки, — сказал Бомбер.
Когда он встал, послышался звук кровати Джонни, ударяющейся о соседнюю стену.
— О, Джонни, Боже, да, да, да, — закричала Серена.
Бомбер посмотрел на меня и ухмыльнулся.
— Видимо чеснок не был проблемой.
Мы оба расхохотались и провели следующие сорок минут, слушая, как мой брат заставляет нас гордиться им.
Глава 7
Анус — часто упускаемая из виду горячая точка, потому что он переполнен чувствительными нервами. Хороший ход — обильно смазанный палец, мягко скользящий в правый нижний угол, когда наступает кульминация — так что запомните «сюрприз в попе».
Уиллоу
— Кто у нас следующий? — спросил Джеймс, дантист, с которым я работала.
Посмотрев на экран компьютера, я поморщилась от боли в ногах, которые болели после более чем трехчасового пребывания на них без возможности присесть.
— Мистер Макмиллан.
— Разве он уже не приходил?
— Да, но это было сто лет назад, мужчина уже пару лет ходит к дантисту на Дин-стрит.
— С тех пор прошло два года?
Джеймс подошел и заглянул через мое плечо в запись мистера Макмиллана.
— Где, черт возьми, это время?
— Эм, полагаю, ты путешествовал по миру, пытаясь найти себя. — Я повернулась и игриво ткнула его.
— О, ты имеешь в виду, когда мой парень бросил меня, потому что я не осмелился сказать родителям, что гей.
Джеймс был по уши влюблен в Гарета, поэтому, когда второй бросил его из-за того, что первый не сказал своим родителям, что они были парой, мой босс тяжело воспринял это, и ему нужно было немного отдохнуть. К счастью, он вернулся после шести месяцев путешествий, осознав, что больше не хочет жить во лжи, и рассказал об этом своим родителям, которые ответили, что они не удивлены. К сожалению, для Гарета, который двинулся дальше, было слишком поздно.
— Кстати, как прошло твое свидание? — Поинтересовалась я о встрече с парнем, с которым он познакомился онлайн.
Джеймс пожал плечами.
— Ну, так. Честно говоря, он был немного скучноват. Все, о чем говорил — это о машинах.
— Значит, ты больше с ним не встретишься?
— Нет, не думаю. Что насчет тебя, как прошли выходные?
Я не смогла сдержать улыбку, которая осветила мое лицо, когда подумала о Чарли и о том, как он нежно поцеловал меня перед уходом накануне утром.
— Встретила парня в субботу, и он попросил меня снова пойти с ним куда-нибудь.
Глаза Джеймса расширились.
— Ого. Кто он?
Я рассказала все о Чарли, о чем он думает, когда машу ему рукой, как мы разговаривали и вместе напились, и, наконец, что он проводил меня домой.
— Ого, — сказал Джеймс. — Кажется, он тебе действительно, очень нравится.
Я улыбнулась и пожала плечами.
— Да, но не хочу обнадеживать себя. Ты знаешь, какая у меня семья, Джеймс, я достаточно часто жалуюсь на них.
— Ты понравишься ему такой, какая ты есть, милая, даже когда он с ними познакомится, — ответил босс. — И они не ужасные, они просто немного… ну, странные.
Я закатила глаза.
— Ну, это другое, во мне нет ничего особенного, а он великолепен. — Я взглянула на себя в огромное зеркало, висевшее у нас на стене, и заметила, что моя туника стала немного тесновата посередине, а волосы, на которые я обычно тратила время и усилия, были собраны сзади в вьющийся конский хвост.
— С тобой все в порядке. — Взгляд Джеймса переместился на мои руки, которые сжимали конский хвост. — Ну, ничего такого, с чем не справился бы хороший кондиционер для волос.
Я шлепнула его по руке.
— Не будь таким кабелем.
— Нет. — Он рассмеялся и обнял меня. — Я веду себя как твой друг, и это правда, твои волосы действительно нуждаются в уходе. Чем ты мыла их сегодня утром, средством для мытья посуды?
— Насколько еще ты можешь быть грубым? — Затем я присмотрелась к зеркалу повнимательнее и расхохоталась. — Боже, они действительно выглядит дерьмово, как, черт возьми, мне вообще удалось заставить Чарли посмотреть на меня, не говоря уже о том, чтобы остаться на ночь и позвать…?
Джеймс появился между мной и зеркалом.
— Ты никогда не говорила, что он остался на ночь.
Это правда, но, если бы сказала Джеймсу, он бы предположил, что у нас с Чарли был секс, а я не хотела говорить ему причину его отсутствия. Знала, что это, вероятно, было на одну ночь, мы выпили много водки, но я не была уверена, что Чарли хотел бы, чтобы кто-нибудь узнал, что он кончил в трусы. Однако, оглядываясь назад, я не могла не улыбнуться, потому что все, что происходило до этого момента и даже после, было прекрасным и милым, но в то же время невероятно сексуальным. Чарли знал, как меня завести, и я была уверена, что, если у нас все же будет секс, он будет потрясающим.
— Ничего не было. Я слишком волновалась, что мои родители могут услышать, поэтому мы просто целовались и все такое.
— Ну, поцелуи и все такое — это хорошо, очевидно, достаточно хорошо, что он захотел остаться на ночь.
— Ну, ты же знаешь, что я беспокоюсь о своей семье?
— Да.
— Он уже познакомился с ними.
От меня не ускользнула гримаса Джеймса, и я начала беспокоиться, что его слова ободрения несколькими минутами ранее были просто для того, чтобы успокоить меня.
— Видишь, ты думаешь, что это похоронный звонок, не так ли?
Джеймс поднял руки вверх, сдаваясь.
