Читаем без скачивания Невыполнимая миссия в Сомали - Жерар Вилье

Хельмут Ламбрехт посмотрел на часы и выпил рюмку своего коньяку.

– Мне еще пять часов тут торчать. В принципе, у меня сегодня вечером встреча с президентом Сиадом Барре. Но дело в том, что он принимает посетителей, когда захочет. Последний раз он дал мне аудиенцию в десять часов утра.

– Спросите у него, что он думает о нашем деле, – попросил Малко не то в шутку, не то всерьез.

Журналист еще успеет опустошить свой «Гастон де Лагранж» до того, как его примет президент.

Малко показалось, что «товарищ» Муса стал смотреть на него с большим почтением после того, как он побеседовал с восточногерманским журналистом. Он ждал машину американского посла возле отеля. За ним должен был заехать Ирвинг Ньютон. Влажная жара не давала дышать.

На стоянке возле отеля какой-то таксист спал в машине, и его ноги торчали из открытой дверцы. Жизнь в городе остановилась до пяти часов. Только когда Малко оказался в салоне «бьюика» с кондиционером, ему стало лучше.

Лицо Ирвинга Ньютона осунулось, глаза покраснели, он нервно курил.

– Что нового? – спросил Малко.

– Ничего после утреннего ультиматума, – признался американец.

– Разве у ФОПС нет постоянного представительства в Могадишо? -поинтересовался Малко.

– Конечно, есть, – ответил дипломат. – Напротив отеля «Таалех». Но сомалийцы клянутся, что заложников там нет.

– Стоило бы проверить, – посоветовал Малко.

– Я уже подумал об этом. Я хотел поехать туда позавчера, но в двухстах метрах от «Таалех» меня остановил военный джип и приказал повернуть обратно, якобы из соображений безопасности. Что, по-вашему, мне было делать? Не забывайте, нас здесь постоянно преследуют и шпионят за нами.

В который раз Малко задал себе вопрос, зачем он приехал в эту ужасную страну.

– Куда мы едем? – спросил он.

– В министерство внутренних дел. Замминистра просил о встрече с вами, чтобы проанализировать ситуацию. Но это ничего не даст.

Встреча, имеющая целью промывание мозгов... Малко не мог не думать о последнем ультиматуме. Террористы из ФОПС были способны казнить одного и даже нескольких заложников, чтобы показать, что они настроены серьезно.

– Президент не уступит, – напомнил Малко. – Мы сами должны заставить их уступить. Или найти другое решение.

Ирвинг Ньютон покачал головой:

– Right.

Они поднимались от моря по широкому пыльному проспекту с облупившимися домами. «Бьюик» въехал во двор большого грязно-желтого здания. Над входом красовался герб Сомали: две пантеры, поддерживающие с двух сторон щит с голубой звездой. Герб совершенно не соответствовал действительности – последняя пантера уже давно была вывезена из Сомали и продана, чтобы купить нефть в Ираке. Малко обратил внимание на длинное здание рядом с министерством, ощетинившееся антеннами, как насекомое из научно-фантастического фильма.

Они вышли из машины.

Ирвинг Ньютон нагнулся к Малко.

– Это штаб-квартира СНБ. Центр подслушивания телефонов... Еще один их центр расположен напротив «Джаббы». Следующий – рядом с русским консульством, на виа Ленин. И мне известно, что четырнадцать советских офицеров работают в одном здании рядом с Радио-Могадишо.

Поднимаясь на крыльцо министерства, Ирвинг Ньютон оглянулся на «бьюик».

– Можете быть уверены, шофер тоже за нами шпионит...

Стену украшали висящие рядом советский и китайский календари. Наверное, чтобы показать русским, что они не единственные хранители Истинной веры...

Чай перед Малко давно остыл, а он даже не смочил губы. Ярость туманила голову. Чиновник, сидевший с другой стороны стола, очень темнокожий, так изощренно издевался над ними, что Малко хотелось влепить ему пощечину. Время от времени сомалийцы с бандитскими рожами открывали дверь и засовывали в кабинет головы, с любопытством рассматривая Малко и Ньютона, как будто это были диковинные звери. Шпики учились...

– Если я правильно понял, господин министр, – подытожил Малко, – вы утверждаете, что якобы не знаете, где находятся террористы, ответственные за похищение семьи Рейнольдс, и где сами заложники. И это в то время, как в американское посольство уже поступило несколько письменных заявлений от них. Почему же вы не задержали посланцев или хотя бы не установили слежку? Сомалиец покачал головой, спокойно выдержав взгляд Малко.

– Мы не хотели подвергать риску жизнь заложников, – объяснил он. -Террористы предупредили, что если за ними будут следить, они казнят американцев. У нас руки связаны. Возможно даже, что в Могадишо пленников уже нет.

– Мне показалось, что заграждения на дорогах контролируют все въезды в город, – ответил ударом на удар Малко. – Вы не приняли после похищения никаких экстренных мер безопасности?

– Конечно, приняли, – запротестовал сомалиец, сделав вид, что возмущен. – Но город можно покинуть не только по дорогам.

Ирвинг Ньютон молчал, плотно сжав губы и вцепившись пальцами в колени, чтобы не выдать своего гнева. Ему казалось, что он играет дурацкую роль в плохом спектакле. Но на карту было поставлено шесть человеческих жизней. Дипломата восхищало внешнее спокойствие Малко... Последний после некоторого молчания спросил:

– Что же вы мне посоветуете предпринять, господин министр?

Сомалиец сокрушенно развел руками.

– Вступить в переговоры с этими террористами. Попытайтесь убедить их отказаться от части своих требований. Они наверняка согласятся на отсрочку закрытия посольства. Мы были бы счастливы служить в этих переговорах посредниками, чтобы все прошло хорошо, чтобы заложники уцелели.

Малко задумался. Это был скрытый ультиматум. Все происходило так же, как в Энтеббе. Только здесь они не знают, где находятся заложники. Сомалийцы хитрее, чем президент Амин Дада, а американцы – не израильтяне. Здесь не будет спасательной экспедиции морской пехоты.

Он поднялся:

– Благодарю вас, господин министр, я передам эту информацию моему правительству.

После обычных рукопожатий американцы вышли из кабинета и, миновав лифт, спустились пешком. Ирвинг Ньютон был бледен от ярости. Светлые глаза Малко покрылись зелеными прожилками, что тоже свидетельствовало о с трудом сдерживаемом бешенстве. Американец взорвался на крыльце.

– Сволочи! Они нам в морду плюют! Надо было... – Малко взял его под руку.

– Мы рассмотрим ситуацию. В посольстве.

Они сели в «бьюик», избегая при шофере говорить о деле. Перед ними проплыл огромный плакат, изображающий зловещую сионистскую гидру, которая душит несчастных арабов. Чуть дальше стояла великолепная новенькая мечеть, напротив размещалось руководство Сомалийской народно-революционной партии. Мечеть привлекла внимание Малко. Американец объяснил, криво улыбаясь:

– Это подарок саудовцев. Сомалийцы – в бешенстве. Они попросили у них денег на покупку оружия. А те вместо денег кинули эту мечеть. Сомалийцы приняли ее с брюзжанием. Потому что правительство делает все что может, чтобы помешать соблюдению религиозных правил и обрядов в стране.

– Но мне казалось, они заявляют, что принадлежат к арабскому миру? -удивился Малко.

Дипломат пояснил:

– Да, но под советским давлением правительство стремится искоренить любые формы религии. Поэтому консервативные арабские страны не любят Сомали.

«Бьюик» был уже в центре города. Малко не давал покоя один вопрос. Почему сомалийцы хотят выгнать американцев и делают это так категорично?

В шестистах пятидесяти километрах севернее Могадишо, в Бербере, советские владели одной из современнейших в мире военно-морских баз, контролируя Индийский океан и Красное море. Между Берберой и Аденом они закрыли дорогу даже танкерам.

Американцы прекрасно знали это, их спутники-шпионы ежедневно летали над базой... Если в Сомали не останется даже ни одного американца, это ничего не изменит. В любом случае, Бербера – место, посещать которое запрещено всем, нет, тут что-то другое.

Когда Малко и первый секретарь вошли в посольство, там находилась дюжина терпеливо ожидавших начальство сомалийцев. В лохмотьях, явно несчастных.

– Странные у вас посетители, – заметил Малко.

– О, это сомало-американцы, – объяснил первый секретарь. – У них двойное гражданство, потому что они жили какое-то время в Соединенных Штатах и вернулись, чтобы получить пенсию здесь.

– У вас есть какое-то объяснение случившемуся? – спросил Малко дипломата, когда они расположились у того в кабинете. – Но почему они так упорствуют? Сомалийцы – не одни, за ними, вероятно, стоят русские... Вы не догадываетесь, в чем тут дело?

Ирвинг Ньютон удрученно покачал головой.

– Увы... Правда, три недели назад произошел трагический инцидент. Я попросил одного своего друга итальянца, который собирался путешествовать по югу страны, привезти мне кое-какие сведения. Я слышал странные разговоры насчет группы островов на юге, островов Барджуни. Сомалийское правительство только что эвакуировало оттуда население. Под тем предлогом, что вода там вредна для здоровья. Как будто местные жители ее до сих пор не пили...