громкий смех и не сразу опознал, что тот принадлежал командиру. — Держи его, парень! Держи! Сейчас мы эту тварь обработаем!
Дважды мне повторять не надо. Подскочивший опричник с бойцами в броне принялись рубить тварь на лоскуты. Гронн ревел, пытался сдвинутся и пошевелиться, но ветер держал его по моей воле. Я усилил напор, отдал последние крупицы собранной за ночь энергии, но буквально вдавил выродка в землю!
— Я помогу! — подбежал ко мне трясущийся от ужаса Анатолий. Он-то, что здесь забыл⁈ Сказал же ему уйти! — Поделюсь энергией!
— Давай! — прорычал я, не обращая внимания на боль в пальцах.
Парень положил ладонь мне на плечо, сжал пуговицу на пиджаке и по телу пробежал разряд энергии. Сырой, нейтральной, но с примесью металла. Я услышал приятный пряный запах, но не отвлекался. Сейчас не до этого. Главное — энергия Анатолия позволила мне задержать тварь на пару секунд дольше. Искре божественности всё равно, какую энергию перерабатывать, в этом её сила и в этом её проклятие.
— Хватит, иначе откат поймаешь! — крикнул я ему. — Дальше я сам!
Парень либо не услышал меня, либо решил, что вытянет ещё. Анатолий побледнел за считанные секунды, его губы посинели, а из-под ладони, которой он сжимал свою пуговицу, потянуло запахом горелой плоти. Лишь глаза, расширенные от страха и желания помочь, смотрели на меня и говорили: Я ещё продержусь! Я помогу!
Да, не ошибся я в нём, неплохой он всё же человек.
Выигранного нами времени хватило, чтобы бойцы Корпуса и командир отрубили твари ноги, две лапы и нанесли множество глубоких, кровоточащих ран. Гронн ещё был жив, трепыхался и ревел от ярости, но это уже была агония. Он попытался вновь ударить псионической атакой, но в этот раз она была слабее. Молодая особь, слабая, ещё не научившаяся контролировать свою Силу в полной мере. Будь иначе, и я бы даже сковать его не смог.
Когда всё было кончено, а чудовище затихло, я отпустил Силу. Резко выпрямился и едва устоял на ногах, покачнувшись. В горлу подкатил ком, появилась тошнота, а перед глазами мелькали круги.
— Степан Андреевич, уводи этих героев, — бросил нашему сопровождающему один из мечников. А мы с Анатолием так и стояли на месте, покачиваясь от слабости и опираясь друг на друга. Но мой помощник при этом уже был без сознания.
Я вовремя успел подхватить его за плечо и из последних сил перекинул руку через шею, не дав упасть. Это меньшее, что я мог сделать за его помощь в благодарность.
Тварей практически не осталось, добивали последних, а Разрывы стали истончаться и исчезать один за другим. Исчезла смердящая вонь, на смену ей пришёл приятный хвойный запах леса.
К нам уже спешили. Командир с несколькими бойцами Корпуса, другие же помогали раненным.
— Молодец, парень, — с широкой улыбкой кивнул мне седой воин, в его глазах я увидел проблески уважения. Один из его подчинённых аккуратно забрал у меня Анатолия. — Хорошая работа! Твоя помощь спасла несколько жизней сегодня!
— Рад был помочь, — смахнул я градины пота со лба. Это было не особенно приятно. После разрыва связи с родовым Источником, дар сильно потерял в силе. По факту, я использовал всего два простейших аркана, которые изучали одарённые в самом начале своего пути. И при этом едва стоял на ногах. Опричник продолжал смотреть на меня, будто чего-то ожидая и я не стал его разочаровывать. — На сегодня представление окончено, или ждём следующих актёров?
— Ха! А ты мне нравишься! Такие нам в Корпусе нужны! — мои слова ему явно пришлись по душе, да и остальные бойцы заулыбались. — Нет, на сегодня всё! Вы вдвоём хорошо справились, — кивнул он на Анатолия.
Молодой светловолосый парень, выделяющийся среди остальных артефактным доспехом, сделал шаг вперёд. Он был не сильно старше меня в этом теле, лет двадцать, может чуть больше. Коротко мне кивнув, когда мы встретили взглядом, тот произнёс:
— Да, хорошая работа, новобранец. Я непременно напишу об этом в рапорте…
Пауза была мне понятна.
— Демидов Константин Викторович, — представился я, выровняв дыхание. Адреналин отступал, на смену ему пришёл откат, руки немного подрагивали. У человеческого тела были, как плюсы, так и минусы.
Степан Андреевич хмыкнул и посмотрел на меня новым взглядом, бойцы рядом с ним переглянулись, а светловолосый широко улыбнулся.
— Вот оно как… Что ж, думаю, мы непременно встретимся ещё, Константин Викторович, — кивнул он, пожал мне руку и обратился к командиру: — Степан Андреевич, я здесь закончу. Отвезите наше молодое пополнение, хватит им на сегодня впечатлений.
Опричник сразу понял посыл и кивнул. Бойцы Корпуса по команде светловолосого ушли, оставив лишь наше сопровождение.
— Пойдём, Демидов, — хлопнул меня по плечу командир сопровождения. — Доберемся до расположения Корпуса, а там медикам покажешься. А то весь бледный какой-то. Батончик будешь? Протеиновый, с банановым вкусом.
И вытащил из разгрузки тот самый батончик.
— Да, благодарю, — не стал отказываться. После использования дара в желудке словно чёрная дыра открылась, как тот же Разрыв.
Мы двинулись к автобусу, который не успел уехать во время прорыва, и теперь уже не спешил. В окнах виднелись лица ошарашённых новобранцев.
Возле твари уже суетилась парочка бойцов Корпуса, раскладывающих у трупа прозрачные кристаллы-накопители. С каждой секундой те наполнялись желтой энергией с вкраплениями черноты. Я задержал шаг и незаметно повёл ладонью. Обычный жест, мало ли у меня руки дрожат, но от тела Гронна отделилась невидимая обычным взором ниточка энергии и впиталась в руку, а искра божественности в ядре вспыхнула чуть сильнее.
— Ты чего замер, Демидов? — с вопросом посмотрел на меня командир. — Всё нормально? Сознание не теряешь?
— Всё хорошо, — коротко кивнул я, сдержав улыбку. Я ещё не успел доехать до Корпуса, но уже получил то, что мне так нужно. Теперь осталось ассимилировать энергию и стать чуть сильнее, чем вчера. — Даже лучше, чем хорошо…
В автобусе при нашем появлении образовалась гробовая тишина. Новобранцы смотрели на нас с опричниками самыми разнообразными взглядами. Многие ещё не отошли от пережитого, даже не предполагая, что подобное могло произойти.
— Всё видели, молодёжь⁈ Вот так работает Красный Корпус! Даже в нештатных ситуациях победа за людьми! — разрядил Степан Андреевич обстановку и указал на меня подбородком: — Вот этот молодой человек внёс свою лепту при обороне и его непременно заметят!
