Ведущий:
В самом деле, что касается избирательных традиций в западном их понимании, то тут ситуация серьезно отличается от того, что мы видим в той же Америке, например. В принципе тут те же три ветви власти – законодательная (меджлис), исполнительная (президент) и судебная. Но все они, по конституции, подконтрольны духовному лидеру – имаму Хаменеи. Религия и идеология – вот рычаги управления иранским обществом.
Харизматический иранский президент не так давно посетил конференцию с говорящим названием «Мир без сионизма». И, в общем, выступление Ахмадинежада немногим отличалось от образцов эпохи иранской исламской революции 979 года, в которой, кстати, участвовал и он сам. Тогда легендарный аятолла Хомейни клеймил на многотысячных митингах «мирового сатану», представленного Израилем и США, а толпы его сторонников сжигали флаги этих двух государств.
Стенд-ап[4]:
Плакатная жизнь Тегерана не сказать, что разнообразна, но весьма насыщена. Главным образом, на стенах зданий рисуют изображения местных духовных лидеров или как вот на этом плакате – сына имама Хаменеи[5]. Но случаются и другие варианты. Обратите внимание на здание по соседству: там написано – Долой США и Израиль. Суть плаката – единение иранцев с палестинским народом в его борьбе за независимость. В этой связи становятся более понятыми последние резкие высказывания Ахмадинежада в адрес Израиля. Скорее всего, они предназначены для внутреннего пользования.
Ведущий:
Но неужели все иранское общество столь однородно? Неужели в стране нет оппозиции, которая представляет иную точку зрения, иной подход к формирования отношений с так называемым международным сообществом?
Мехди Санаи, профессор Тегеранского университета
– То, что вы говорите, многие и в Иране тоже говорят. В Иране тоже считают, что более мягко на международной арене нужно выражать свои позиции. Если посмотрите и почитаете несколько газет, которые выходят каждое утро и вечер, то сможете найти там точки зрения, которые прямо противоположны официальной позиции Ирана. Она жестко критикуется.
Ведущий:
Вполне возможно. И все-таки по силе воздействия и, главное, по степени восприятия информации иранцами оппозиционную прессу и главный идеологический рупор можно сравнить с нашими периодическими изданиями, например, и с Первым каналом телевидения. Не говоря уже о нынешней мощи иранского Гостелерадио, сейчас вовсю идет строительство тегеранской телебашни. Сроки окончания строительства этого грандиозного сооружения может видеть каждый проезжающий мимо.
Наш собеседник – господин Шариатмадари, главный редактор газеты «Кейхан», что в переводе означает «космос, вселенная». Газету уместно сравнить с «Правдой» времен начала восьмидесятых годов. Этот человек еженедельно удостаивается чести беседовать с духовным лидером Ирана за чашкой чая и обсуждать вопросы государственной важности.
Мохаммад Шариатмадари, главный редактор газеты «Кейхан»:
– Наше противостояние с Америкой берет свое начало из наших разных сущностных начал и принципов. То есть Америка зиждится на жестоких и несправедливых основах. Ислам же основывается на справедливости и борьбе с тиранией. До тех пор пока мы будем основываться на исламе, а Америка будет упорствовать в своей несправедливости и тирании, это противостояние будет сохраняться. Только в одном случае оно может закончиться: или мы должны отказаться от ислама, или же Америка должна отказаться от своей несправедливой и захватнической политики.
– То есть противостояние будет продолжаться до тех пор, пока Иран не откажется от ислама, что невозможно, или пока Америка не откажется от своей агрессивной политики, что тоже невозможно. Где же выход?
– Я думаю, что наше противостояние будет продолжаться точно так же, как оно длится уже более 27 лет. Не думаю, что наступит день, в котором мы не будем противостоять друг другу. Возможно, наступит день, когда обе стороны договорятся не трогать друг друга. Но, во всяком случае, ясно одно: мы не можем найти общий язык. Мы слишком разные, у нас разные отношения к человеческим ценностям, к вопросам бытия, морали, истине и справедливости.
Прохожий в парке:
– Я лично не переживаю. Американцы хотят поработить нас, но мы не сдадимся, и у них ничего не получится. Нынешняя Америка – не та, что раньше была. Она уже ослабла и демонстрирует последние признаки своего былого величия. Американцы говорят: вы должны делать так, как мы скажем. Но мы же не можем с этим согласиться. Будет ли война? Нет, не будет.
Ведущий в кадре:
Как сказал наш оператор, снимать в Иране можно везде, но только пять минут. Потом возникают проблемы. Подошел человек в штатском и сказал, что снимать здесь больше нельзя. Поэтому на данный момент съемки прекращаем.
Ведущий:
Меняем место съемки и продолжаем опрос.
Прохожий на улице:
– Я лично не думаю, что будет война, поскольку наша страна – это не Ирак. Американцы не смогут позволить себе напасть на Иран. Единственная опасность – введение санкций. Цены могут повыситься, и это нас беспокоит.
Конец ознакомительного фрагмента.
Примечания
1
Цитата из фильма «Плутовство, или Хвост виляет собакой».
2
Ньюз-рум – помещение, в котором редакторы готовят новости к эфиру.
3
Тут требуется первое пояснение. Значение слова «синхрон». Для телевизионщиков это вовсе не одновременное исполнение какого-нибудь упражнения. Синхрон – это фрагмент прямой речи выступающего. Такое название возникло из-за того, что звук и изображение в телевизионной технике идут разными путями. Можно взять только звук или только изображение. Можно взять и то и другое, но с некоторой задержкой – тогда это будет называться «рассинхрон» и считаться браком в работе монтажера. А вот если звук и экранная артикуляция выступающего совпадают – тогда мы имеем дело с «синхроном».
4
Второе чисто телевизионное пояснение. Стенд-ап – это работа корреспондента в кадре. В принципе без этого не должен обходиться ни один репортаж, но некоторым журналистам или лень привести себя перед съемкой в порядок, или, что еще печальнее, просто нечего сказать.
5
Али Хосейни Хаменеи. Высший руководитель Исламской Республики Иран. Из-за схожести фамилий его часто путают с предшественником и политическим наставником Рухоллой Мусави Хомейни. В свое время радикальные взгляды Хомейни оказали сильное влияние на Али, и он начал активную антишахскую деятельность. С 963 по 975 г. Хаменеи пять раз попадал в тюрьму. После победы Исламской революции в 979 г. Хаменеи был назначен руководителем пятничной молитвы (что-то вроде еженедельной национальной политинформации). С 98 по 989 г. – президент Ирана. С 989 г., сразу после смерти основателя ИРИ великого аятоллы Хомейни, был избран Советом экспертов на пост Высшего руководителя Ирана.
