Выйдя из здания, Ветрова отошла чуть в сторону и, продолжая болтать с кем-то по телефону, стала топтаться на месте, иногда поглядывая себе под ноги или по сторонам.
По моей машине мазнула незаинтересованным взглядом и продолжила телефонный разговор.
Не узнала? Серьёзно?!
Такая тачка, как моя, в городе в единственном экземпляре. По области, скорее всего, тоже. Не узнать ты точно не могла. Стало быть, стерва осталась себе верна даже после окончания рабочего дня.
Что ж, поиграем…
Припарковался напротив неё, заглушил двигатель, вышел из машины и сел на капот, выжидающе глядя на красотку напротив.
Теперь-то она меня точно заметила и сто процентов – узнала. Тонкая черная бровь слегка выгнулась и в синих глазах отчетливо нарисовалось «опять этот идиот». Да нарисовалось так, что хрен сотрешь.
Ну-ну…
Высокий каблук сапога впивался в корку льда в промерзшей насквозь луже. Память беспощадно подбрасывала образ, как узкая юбка облепляет точеные бедра, покачивающиеся в ритм ударов ее каблуков о деревянный пол кабинета, в котором она меня «пытала». Серое пальто было не застегнуто, являя моему взору темный пиджак и белоснежную блузку, которая не помялась за рабочий день. Я помялся, но её блузка так и осталось со стоячим воротничком.
– Хорошо, – ответила Ветрова невидимому собеседнику. Бегло посмотрела на запястье, на котором блеснули часы. – Минут через двадцать приеду… Если через аптеку, то через полчаса. Хорошо, поняла. Пока.
Через аптеку… Там до сих стоит то, что встало? Однако, могуч…
– Привет, – улыбнулся ей, слегка щурясь от закатного солнца.
– Ну, привет, – бросила она без особой радости.
– Подвезти?
– Нет, спасибо, – качнула головой и закинула плоский телефончик в сумку, которую сразу сместила на сгиб локтя и вытянула из-под ворота серого пальто водопад черных волос, спускающихся чуть ниже плеч. Застегнула пуговицы пальто и повязала пояс на узкой талии.
Охерительно.
Теперь она могла сойти за мою ровесницу, если бы не строгий взгляд прожженного мента.
– Там всё ещё стоит? – спросил я, указав многозначительным взглядом на телефон в ее сумочке.
– Что? – непонимающе заморгали синие глазки.
– Ну, ночью… Ты говорила, пусть стоит, если встал, – напомнил я ей. И нахрена я, вообще, сам об этом помню?! – Всё ещё стоит? К нему через аптеку торопишься?
Непонимание в синих глазах под нахмуренными бровями быстро сменилось на осознание.
– Ах, это? – хохотнула она и тут же поспешила стереть усмешку кончиками пальцев. Этой стерве было определенно весело. – Стоит, угу. Прилёг пару раз за день, но как узнал, что я скоро приеду, сразу встал.
– Ещё бы, – фыркнул я. – Если бы я узнал, что ты ко мне едешь, у меня бы тоже встал так, что хоть парус вешай. Кстати, не хочешь ко мне домой прокатиться?
– А папа ругаться не будет? – кажется, кобра поймала меня за яйца и пустила немного яда.
– Мы ему не скажем. Но, если хочешь, я могу ему позвонить, но сразу после того, как ты допросишь меня. С пристрастием и без одежды.
– Мм, – протянула она загадочно.
Каблуки застучали по асфальту, когда она неспеша подошла ко мне почти вплотную. Подняла руку и наманикюренными ноготочками прошлась по воротнику моей косухи, поправляя его.
Рефлекторно дернулся. Боль в пальцах после ее единственного прикосновения ко мне в затхлом кабинете искрами пронеслась по костяшкам.
– Ты боишься меня? – вопросила она, я бы сказал, игриво.
– Хрен тебя знает. Мало ли, что еще ты можешь загнуть мне в обратную сторону.
Медленно поднялся с капота и встал рядом с ней, сразу став выше на полторы головы. Контакт глаз стерва не прервала, только неохотно убрала пальчики с воротника и перехватила сумочку в своих руках.
– Ну, так что? – снова закинул удочку, желая поймать эту непростую рыбку, которая, какого-то хрена, решила сменить гнев на милость. Хотя, при её характере, милость может аукнуться мне жгучем перцем в заднице. – Поедем ко мне или к тебе?
– А я смотрю, ты не понимаешь, когда нужно остановиться и с отказом ты тоже не знаком?
– А смысл? – повел я плечами. – Вижу же, что ты меня хочешь. Вон как сосок встал, даже через пальто пробивается.
Коснулся через ткань округлой выпуклости на ее груди и сразу сжал кулак, боясь очередной выкрутки пальцев.
– Дурак, – рассмеялась она совсем беззлобно. – Это пуговица кителя.
– Милая отговорка, – позволил себе расслабиться, поняв, что сейчас Ветрова была куда более благосклонна нежели в четыре часа утра. – Ну, так что?
– Что? – склонила она голову чуть на бок.
– Садись, прокачу.
– Сесть, я так понимаю, нужно сразу на тебя? – лукавая улыбка коснулась ее обольстительных губ.
– Не думал, что когда-нибудь это скажу, но, походу, умные женщины – моя большая слабость.
– Знаешь что? – протянула она задумчиво, бросила взгляд на наручные часы. – Сегодня я уже не могу. Как ты помнишь, меня уже ждут… – целый день помню, как долбоеб какой-то. – А вот завтра… приезжай в это же время. Можно даже минут на десять пораньше.
– Да? – округлились мои глаза. – И что же будет?
– Кое-что незабываемое, – подошла она ближе и, глядя мне в глаза, слегка прикусила нижнюю губу. То ли пряча улыбку, то ли откровенно заигрывая со мной. Таинственным шепотом добавила. – Всегда мечтала кого-нибудь поиметь в этом здании.
Охренеть! Матерая сука после полудня превращается в милую обольстительницу? Какой тыквой её оглушило?
Это интересно…
Но вместе с триумфом пришла неприятная горечь. Она такая же, как все, к кому я подкатывал. Тоже немного поломалась и уже сама готова отдаться.
Как-то это разочаровательно, что ли…
Но, хотя, чего я ждал? Моя внешность вкупе с дорогой тачкой под задницей, статусом и деньгами отца всегда работают, превращая любую, даже самую неприступную крепость, в безотказную.
По крайней мере, завтрашняя ночь может стать интересной. Опыта с девушкой старше, у меня еще не было. А в этой стерве явно спрятано многообещающее пламя.
– Хорошо, Синеглазка, – кивнул я и пропустил мягкую, слегка вьющуюся, прядь
