— Всё, хватит на сегодня моралей! Я в душ и спать. Устала страшенно.
Каждую минуту без Кирилла я скучала. В мыслях то мелькали сладкие воспоминания о наших горячих поцелуях, то возникали фантазии о том, как дальше сложатся наши отношения. Ну и что, что он старше меня? Ну и что, что у него репутация бабника? Зато уже нагулялся, а все мужчины рано или поздно созревают для серьёзных отношений. Так почему бы ему не завести их со мной? Я уже практически представляла себя с кольцом на безымянном пальце и в свадебном платье, мечтая, куда бы мне хотелось поехать в свадебное путешествие. Как это было романтично!
Я с трудом переключалась с фантазий на работу, стараясь хоть немного ею отвлечься. Получалось откровенно плохо. Диагноз был очевиден: я влюбилась. Ну как можно было работать в таком состоянии?
Никита сидел за своим компьютером и, не поднимая головы, что-то печатал. Я помнила, что он обещал сегодня до обеда закончить правки для СитиСтроя. Как важен для нашей фирмы этот заказ, я уже знала. На кону стояла большая сумма и репутация. Если мы сделаем всё в лучшем виде и заказчики останутся довольны, то это откроет нам много новых дверей и принесёт новых клиентов.
Разработка программного обеспечения была лишь одним из новых направлений деятельности ЛазарТеха, с пока ещё неустойчивым положением на рынке. Планировалось, что СитиСтрой поможет нам занять достойное место и выведет на лидирующие позиции среди крупных конкурентов. Проект был разбит на несколько этапов, сейчас мы должны были сдать второй. Срок вышел ещё несколько дней назад, поэтому руководство заметно нервничало.
Несколько раз к нам заходил Сергей Игоревич и о чём-то негромко разговаривал с Никитой, а незадолго до обеда Леонов вышел из кабинета, бросив на ходу:
— Я к шефу сдаваться.
Он всё-таки успел закончить, как обещал? Я не понимала, почему меня это волновало. То ли переживала за Никиту, чтобы его не уволили за срыв сроков окончания работы, то ли радовалась за Кирилла, который из-за этого проекта был как на иголках. А может, просто испытывала удовлетворение, что наша фирма благополучно сдаст второй этап и начнёт третий, и предвкушала интересную работу, потому что к следующему этапу меня обещали подключить.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Кира, я отпросил тебя у шефа. Собирайся, поехали.
Бросила взгляд на часы — до конца рабочего дня оставалось ещё больше получаса. Вскочила, засуетилась, выключая компьютер.
— Так может, ей вообще больше не надо работать с таким покровителем? — гневно бросил Никита.
Лазарев явно опешил от его наглости.
— Мальчик, тебе не кажется, что тебя заносит? После твоих проколов с СитиСтроем мы ещё очень сильно подумаем, стоит ли держать тут такого программиста. Так что займись делом и не суйся туда, куда не следует.
Никита вспыхнул, открыл было рот, чтобы что-то ответить, но сдержался — работу терять ему было никак нельзя.
Ситуация складывалась неприятная. Но самое ужасное, что вариться мне в ней предстояло ещё долго.
— Я готова, — напряжённо улыбнулась Кириллу.
Он приобнял меня за талию, и мы вышли из кабинета.
— Что у тебя с Леоновым?
— Ничего, пару раз на свидание сходили, и он решил, что мы с ним встречаемся.
— Он на тебя запал, вон как от ревности кипит. Но ничего, если будет прессовать тебя, скажешь мне — я его остужу.
— Спасибо, надеюсь, он успокоится.
— Я вообще не понимаю, как можно брать студентов и поручать им такие серьёзные задачи. А мне потом приходится извиваться, как уж на сковородке, чтобы нам не выставили неустойку. Если бы мы не тянули сейчас несколько крупных проектов, то я бы с Лесового спросил. Но увы, он крутится, как может. Надо расширять штат программистов, но брать опытных, а не таких зелёных. Проблемы с кадрами обычно тут же отражаются на репутации.
— Но фирма же официально приглашает на работу стажёров? Ещё и зарплату платит во время стажировки.
— Вот это мне и не нравится. В итоге народу в отделе полно, а положиться не на кого.
Было немного обидно. Я чувствовала, что он не совсем прав, знала же, что сплошь и рядом молодёжь сейчас куда более эрудированная и гибкая для освоения и использования новых технологий, чем умудрённые опытом программисты. И к Никите Лазарев наверняка придирался. Просто заказчик попался вредный и неудобный, я о таких слышала. Но не стала высказывать своё мнение вслух — не хотелось спорить, боялась ненароком нарушить ниточку, которая протянулась между ними.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
После выставки Кирилл снова привёз меня к подъезду, и опять мы с ним долго целовались. На сей раз "полиция нравов" не проявила бдительности и нам никто не помешал.
Домой я вернулась совершенно пьяная. Голова кружилась, щёки горели, губы распухли, ноги дрожали и отказывались держать. А главное — у меня выросли крылья.
— Бабуля, я так счастлива!
Бабушка снисходительно улыбалась и гладила меня по голове.
— Как же ты похожа на свою мать. Когда она познакомилась с твоим отцом, то была такой же безбашенно счастливой. Так же сияла, как ты. Только бы этот твой парень оказался хорошим человеком. Люда сказала, что он старше тебя. Сколько ему лет?
— Ему тридцать, ба.
— Понимаю, что бесполезно говорить, что разница у вас великовата. Но помни, что взрослые мужчины ведут себя, как правило, иначе, чем мальчишки. Будь осторожнее с ним.
— Всё, хватит на сегодня моралей! Я в душ и спать. Устала страшенно.
Каждую минуту без Кирилла я скучала. В мыслях то мелькали сладкие воспоминания о наших горячих поцелуях, то возникали фантазии о том, как дальше сложатся наши отношения. Ну и что, что он старше меня? Ну и что, что у него репутация бабника? Зато уже нагулялся, а все мужчины рано или поздно созревают для серьёзных отношений. Так почему бы ему не завести их со мной? Я уже практически представляла себя с кольцом на безымянном пальце и в свадебном платье, мечтая, куда бы мне хотелось поехать в свадебное путешествие. Как это было романтично!
Я с трудом переключалась с фантазий на работу, стараясь хоть немного ею отвлечься. Получалось откровенно плохо. Диагноз был очевиден: я влюбилась. Ну как можно было работать в таком состоянии?
Никита сидел за своим компьютером и, не поднимая головы, что-то печатал. Я помнила, что он обещал сегодня до обеда закончить правки для СитиСтроя. Как важен для нашей фирмы этот заказ, я уже знала. На кону стояла большая сумма и репутация. Если мы сделаем всё в лучшем виде и заказчики останутся довольны, то это откроет нам много новых дверей и принесёт новых клиентов.
Разработка программного обеспечения была лишь одним из новых направлений деятельности ЛазарТеха, с пока ещё неустойчивым положением на рынке. Планировалось, что СитиСтрой поможет нам занять достойное место и выведет на лидирующие позиции среди крупных конкурентов. Проект был разбит на несколько этапов, сейчас мы должны были сдать второй. Срок вышел ещё несколько дней назад, поэтому руководство заметно нервничало.
Несколько раз к нам заходил Сергей Игоревич и о чём-то негромко разговаривал с Никитой, а незадолго до обеда Леонов вышел из кабинета, бросив на ходу:
— Я к шефу сдаваться.
Он всё-таки успел закончить, как обещал? Я не понимала, почему меня это волновало. То ли переживала за Никиту, чтобы его не уволили за срыв сроков окончания работы, то ли радовалась за Кирилла, который из-за этого проекта был как на иголках. А может, просто испытывала удовлетворение, что наша фирма благополучно сдаст второй этап и начнёт третий, и предвкушала интересную работу, потому что к следующему этапу меня обещали подключить.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Оставшееся до отъезда в СитиСтрой время Никита ходил чернее тучи. Мне даже показалось, что чем счастливее была я, тем несчастнее он. Наверное, я должна была его пожалеть. Но его злость и агрессия, которые он периодически проявлял в мой адрес, подавляли во мне такое желание. Едкие комментарии и болезненные подколы дезориентировали. В какой-то момент подумалось, что придётся пожаловаться на него Кириллу, настолько невыносимую обстановку он создал вокруг меня за несколько часов.
