Читаем без скачивания Капкан для крысы - Дмитрий Грунюшкин

«Чеви» выкатился со двора, остановившись перед выездом на дорогу. Игорек в растерянности положил подбородок на руль. Куда ехать? «Экстези» можно взять на любой дискотеке, марихуану прямо на улице, а где купить «бомбу»? Если искать в общих местах, то придется спрашивать у всех подряд, иметь дело с незнакомыми людьми, наркоманами, которые сдадут его за полпорции наркоты.

Сзади раздался рев сигнала большого черного джипа, которому машина Игорька загораживала дорогу. Игорек вздрогнул от неожиданности и нажал на газ, вылетев на дорогу и едва не столкнувшись с грузовиком. Приступить к действию оказалось сложнее, чем работать мозгами сидя в кресле.

Через два часа бесцельной езды по городу хаос в голове начал складываться в некое подобие конкретной мысли. Мыслью этой был Леша-Перпл, достопримечательность студенческой общаги, в которой Игорек провел первые полтора года столичной жизни, пока Сидор не снял ему небольшую квартирку. Леша-Перпл, вечно пьяный, а чаще обкуренный и обдолбанный парень, неизвестно что делающий в ВУЗе, был страстным поклонником группы «Дип Перпл». Его основным занятием было хождение по этажам общежития и выпрашивание денег «на лечение». В свободное время он настойчиво рассказывал всем об истории, дискографии, музыкальных особенностях, личной жизни и других замечательных нюансах его любимой группы. Если ему хотелось подискутировать, он спрашивал, кто гитарист в «Перпл», и если экзаменуемый с первого раза не называл Ричи Блэкмора и всех его «подельников», то запросто мог получить в морду. Игорька Леша уважал, потому что он запомнил всех музыкантов с ходу, никогда не ошибался и не отказывал в разговоре. Однажды в порыве признательности Леша пригнулся к лицу Игорька и, дыша перегаром, таинственно прошептал: «Хочешь, я покажу тебе их фотографию? У меня есть с собой». Отчаявшийся отвязаться от меломана Игорек согласно кивнул головой. Тот оглянулся по сторонам, залез в нагрудный карман и достал оттуда смятую бумажку. Когда он ее развернул, с Игорьком чуть не случилась истерика. На Лешиной реликвии, представлявшей собой обычный тетрадный листок в клеточку, синей шариковой ручкой было жирно выведено «DEEP PURPLE». И все!

Справедливо предположив, что Леша не может не знать, где купить «кайф», Игорек решил начать поиски с него. Леша был коренным москвичом, и жил в ста метрах от общежития. Общага же была для него первой и последней любовью, стилем жизни.

Подъездная дверь дома старой постройки была сломана, и Игорек мысленно перекрестился. В таких домах жили обычно или старые москвичи, или коммерсанты – и те, и другие народ крайне подозрительный, и если бы на двери стоял кодовый замок или домофон Игорек вряд ли смог бы внятно объяснить к кому и зачем он пришел.

По лестнице он поднялся на третий этаж и позвонил в железную дверь. Открыла солидная дама лет пятидесяти. Игорек растерялся. Он знал, что Перпл был непутевым сынком довольно приличных родителей, но был не готов встретить настолько ухоженную женщину.

– Извините, а Леша дома? – выдавил он.

– Вы уверены, что пришли именно к моему сыну? – спросила женщина, недоверчиво оглядев хорошо одетого и холеного гостя.

– Да. Мы раньше были довольно близкими приятелями, когда учились, – уже уверенней ответил Игорек.

Женщина молча отступила, пропуская визитера, и равнодушно махнула в сторону дальней комнаты.

Игорек прошел по длинному коридору, в котором стояли стеллажи с книгами, вошел в нужную дверь и невольно встряхнул головой. Комната разительно контрастировала с чистой и добротно обставленной квартирой. Если назвать ее свинарником, то поросята могли бы не на шутку обидеться. Больше подходило слово «гадюшник».

Шкаф был открыт, вещи валялись на полу, вперемешку с пустыми бутылками, скудная мебель сдвинута со своих мест, будто кто-то что-то искал, даже кровать стояла наискосок, в воздухе повис кислый запах прокуренного и давно не проветриваемого помещения. Посреди всего этого безобразия на смятых простынях разобранной постели возлежал Леша-Перпл в наушниках и с сигаретой в зубах. Игорек напрягся, увидев на столе пачку «Беломора», явно предназначенную для забивки косяков, но, заметив, что во рту у Леши что-то с фильтром, успокоился.

Хозяин не обращал на вошедшего никакого внимания. Игорек потоптался минуту и, осторожно прокладывая себе путь, подошел к магнитофону и нажал на «стоп». Перпл медленно открыл глаза и осоловело уставился на него. После продолжительной паузы он, наконец, установил, что находится в комнате не один, и хрипло спросил:

– Ты кто?

Игорьку неприятно было здесь находиться и жутко хотелось уйти, но, сделав над собой усилие, он мягко произнес:

– Я Игорь. Мы с тобой в одной общаге жили. Года четыре назад. Помнишь?

Перпл отрицательно покачал головой.

– У меня к тебе дело, Леш. Серьезное дело, – терпеливо продолжал Игорек. – Ты не пожалеешь.

Леша снова долго молчал, словно не понимая, что ему говорят, а потом равнодушно потребовал:

– Включи магнитофон.

Игорек ощутил приступ отчаяния. Неужели успех его дела зависит от этого мутанта? Тогда ништяк его перспективы. Надо срочно реанимировать эту мумию, или все сорвется. И надо идти ва-банк.

Он подошел поближе, снял с Перпла наушники и отшагнул назад.

– Хочешь в морду? – утвердительным тоном спросил Леша.

– Я хочу с тобой поговорить.

– Я говорю только с «телефоном доверия», – отрезал собеседник.

– Все еще ширяешься?

– Тебе какое дело, козел? Если ты из ментуры, то иди к черту, я чистый, – разозлился Перпл.

– Ширяешься, – кивнул головой Игорек. – Не переживай, к органам я отношения не имею.

– Тогда иди еще дальше, – Леша отвернулся к стенке.

– Денег, поди, на ширево не хватает?

Леша снова развернулся лицом к Игорьку, в его тусклых глазах сверкнул интерес. Он молчал, ожидая, что скажет его нежданный гость. Денег, действительно, не было, и он уже третий день валялся без «кайфа». Ломало нещадно, но он никуда не выходил, зная, что в кредит ему больше не дадут. Грабить ларьки и «мочить» прохожих, как некоторые его знакомые, он не хотел. Да и к ломкам он привык – вся его жизнь была наполнена сплошной ломкой.

Наркоманом он был старым, но нестандартным. В отличие от остальных, он густо перемешивал всевозможные типы наркотиков с пьянкой, не «подсаживаясь» конкретно ни на что определенное. Может быть, он терял максимальную чистоту и остроту ощущений, но зато они были разными. Он верил, что вот таким разнобоем он и обеспечил себе более долгую жизнь, чем остальные «наркоши», после «подсадки» на героин не протягивавшие больше двух-трех лет.

Тем не менее, все, что он делал, он делал только для того, чтобы достать очередную дозу. Неважно чего – элениум, пачка димедрола, дорожка «кокса», «марка» ЛСД или таблетка «экстези» – все годилось. На крайняк, можно было перебиться бутылкой водки или кружкой чифиря.

– Выпить есть что-нибудь? – нарушил затянувшуюся паузу Игорек.

Леша сел на кровати, покатал ногой пустые пивные бутылки, потом, вспомнив, нырнул под кровать и извлек оттуда трехлитровую банку с брагой. Делиться с кем-либо своими запасами он не любил, но от этого «пиджака» просто пахло деньгами. Он поднял лежавший на боку стакан, критически его осмотрел, соскреб ногтем присохшие чаинки, и плеснул в него мутной вонючей жидкости. Стакан он подал Игорьку, а сам сделал хороший глоток прямо из банки.

Игорек огляделся, скинул тряпье со стула на пол, к чему хозяин отнесся совершенно равнодушно, и сел, с отвращением глядя на пойло. Он сжал ноздри, зажмурил глаза и выпил, сделав после этого несколько судорожных движений кадыком, чтобы не вытошнило. Леша с ухмылкой наблюдал за мучениями гостя.

– Ну, так что за дело? – спросил он, наконец, когда организм Игорька совладал с отравой.

– Мне нужен порошок.

– Зубной?

– Нет, наркотик, – выдохнул Игорек, отрыгнув в сторону.

– Я бы тоже не отказался, – усмехнулся Перпл.

Вместо ответа Игорек достал бумажник, извлек из него стодолларовую купюру и показал ее Перплу.

– Нравится? Если согласишься помочь – она твоя.

– Думаешь, я баксов не видел? – презрительно протянул Леша, но Игорек уже заметил, как алчно сверкнули его глаза.

– Это только за то, что ты согласишься. А если сделаешь, получишь еще пять таких.

– Чего тебе нужно?

– Мне нужен героин высокой очистки, «бомба». Не та параша, которую можно нюхать, а настоящий наркотик.

– Сколько тебе нужно? – унимая возбуждение, спросил Перпл, почуявший запах денег.

Игорек понятия не имел о наркотических объемах и их ценах, но в этом деле скупиться было нельзя. Прикинув палец к носу, он решил:

– Граммов десять.

Перпл уронил банку, поймав ее ногой, но, все равно, разлив часть содержимого.

– Ты откуда такой взялся? Грамм – это уже опт. А тебе еще и высокой очистки! Ты знаешь, сколько это будет стоить? И кто это выложит первому встречному?