Срамота, Настя. Просто срамота…
Я вскочила так резко, будто подо мной загорелись его коленки, и отступила на шаг, чувствуя, как уши заливает жаром.
— Простите… я просто…
Архан не сказал ни слова. Только уголок его губ едва заметно дрогнул — словно он с трудом сдерживал улыбку.
На кухне, где мы сейчас находились, повисла странная тишина. Мне нужно было уходить. Того, что сказал Архан, уже не забыть, и его наглость никуда не делась. Он всё ещё считал меня шлюхой, подстилкой, или ещё кем-то там.
— Мне пора, — тихо произнесла я, глядя себе под ноги, чтобы не выдать дрожь в голосе.
Несмотря на то, что он был козлом редкостным, мне было немного жаль оставлять Архана. Это сегодня он упал в душе, а завтра… не дай бог с лестницы упадёт и шею сломает.
Я уже сделала шаг к двери, стараясь не смотреть в его сторону. Хотелось просто выйти — подальше от этой странной тишины, от этого мужчины, который никогда не скажет…
— Не уходи, — вдруг раздалось за спиной.
Голос был низкий, сдержанный… но не приказной, как обычно. В нём не было ни злости, ни насмешки, только усталость.
Я замерла, рука всё ещё лежала на дверной ручке.
— Что? — спросила едва слышно.
— Мама и Саид расстроятся, — произнёс он чуть тише. — А ты хоть не такая шумная.
Я не оборачивалась, ощущая затылком, как он смотрит. Да, он был слепой, но я словно чувствовала его невидимый взгляд на себе. И не ошиблась. Глянув в его сторону, заметила, что плечи его были напряженны, подбородок упрямо поднят — будто ему было тяжело просить.
— Хорошо, — кивнула я.
— Просто не доставай меня, — сухо добавил Архан.
— Хорошо, — повторила я.
— Хочешь — заказывай еду из ресторана. Мне пофиг, — он уселся на стул и откинулся назад. — Главное, чтоб еда была.
— Хорошо. Но… — я запнулась, глядя на свои босые ноги, — можно я буду готовить? Вы же… будете есть то, что я приготовлю?
Он повернул голову в мою сторону, и в уголке губ мелькнула тень ухмылки.
— Если ты будешь первая пробовать.
Я фыркнула и не сдержала смех.
— Конечно. Без проблем. Яды я не люблю, только если ради науки.
Он тихо хмыкнул, и впервые за всё время его лицо стало чуть мягче.
«Настя, ты остаешься, — сказала я себе мысленно, чувствуя, как уголки губ поднимаются. — Супер… Но это не точно».
Глава 15. Настя
— Что это ты тут делаешь? — Архан появился за моей за спиной, возможно, рассчитывая меня напугать.
Но я ждала его появления. Знала, что он не устоит против моего фирменного жаркого из баранины. Аромат разносился на весь дом. Вот он на запах и явился. Не выдержала душа Архана. На то и был расчёт.
— Секретное блюдо. Правда, забыла у вас спросить: вы случайно не вегетарианец?
— Очень смешно, — проворчал Архан, а я не удержалась и действительно прыснула смехом. Заметила, что и он слегка улыбнулся, но быстро убрал улыбку. — Я такими глупостями не страдаю. Так и быть, готов попробовать твою стряпню.
Я закатила глаза и вытащила из духовки запечённого барашка.
На самом деле вот уже пару дней Архан питался исключительно тем, что готовила я. Каждый раз его отзыв ограничивался скупым: «Нормально», но я решила, что это и есть высшая похвала от него. Не орёт чаечкой — уже победа.
Мы почти не общались и коммуницировали только по необходимости. Я старалась незаметно приглядывать за ним, но он действительно оказался до ужаса самостоятельным. Хотелось о многом расспросить его. Например, как он научился так ловко ориентироваться в доме. Углы, конечно, он всё равно регулярно сшибал, но у обычного человека на месте Архана всё могло бы обстоять гораздо хуже.
А главное — как же это вышло, что он ослеп?.. Но об этом точно не стоило спрашивать, дабы не пустить под откос наше шаткое перемирие.
Я занималась основными вопросами по хозяйству: ходила в магазин, иногда что-то заказывала из доставки, прибиралась дома по мере возможности. Хотя целиком обеспечить здесь чистоту не представлялось возможным. Но я с ужасом думала о том, чтобы сообщить Архану, что вызову сюда клинеров. Насколько я поняла, он на дух не переносил присутствия посторонних. Меня хоть как-то терпел. Или делал вид, что терпит. По крайней мере, больше не выкидывал финтов.
— Ну, как? Вкусно? — поинтересовалась я.
— Сойдёт, — как и ожидалось, ответ прозвучал весьма скромный.
— Хотите ещё добавки положу?
— Нет.
Он поднялся, взял тарелку и двинулся к раковине. Я следила за его движениями и не могла понять, действительно ли он вообще ничего не видит? Или частично зрение всё-таки сохранилось? Порой создавалось впечатление, что он абсолютно здоров…
— Блять!..
Раздался звон посуды. Я отвернулась-то всего на секунду, а когда снова повернулась на звук, увидела разбитую на множество осколков тарелку, которая валялась на полу.
Нет, всё-таки он ничегошеньки не видит. Видимо, хотел поставить возле раковины и промахнулся.
— Погодите, не двигайтесь! — кинулась я на помощь. — Ещё наступите на осколки. Я сейчас!
Быстро метнулась за веником, когда опять раздалось сдавленное:
— Да бля-а-а…
— Архан! Ну, я же просила — не двигайтесь, — покачала головой, поняв, что он всё-таки наткнулся на один из острых кусочков.
— Да фигня это…
Фигня или не фигня, а спасать его снова пришлось мне. И осколок из ноги доставать, кстати, тоже.
— Я сам уберу, — вдруг заявил Архан. — Дай мне веник.
Боже… Дай мне сил.
— Ну, держите, — я вложила ему в руку черенок.
И Архан принялся вслепую заметать следы своего преступления.
— Попал?
Я критически посмотрела на совок, куда и впрямь ему удалось замести пару осколков. Однако остальное так и осталось валяться.
— Ну, почти, — заключила я. — Давайте я немного подкорректирую.
Я уже хотела забрать у него орудия труда, но тут он снова заканючил:
— Нет. Ты давай… направляй меня.
— Что?..
— Руки положи на мои ладони и направляй.
Звучало как полное безумие, но мне пришлось согласиться и на эту авантюру. Я сделала, как он просил. Уже не в первый раз дотрагивалась до него и каждый раз замечала, какие у него тёплые руки. Он был прямо как печка.
«Горячий мужчина…» — пронеслось в голове, и я улыбнулась собственным мыслям.
— Что смешного? — прорычал Архан.
— Я не смеюсь, — тут же убрала улыбку.
— Не ври.
— Вы не можете знать, вру я или нет.
— Могу, — жёстко возразил он. — Я слышал, ты улыбалась. Что тебе тут смешного?
— Архан, разве улыбку можно услышать?
— Помогай давай, — рявкнул он вместо ответа и добавил презрительно: — Ты ж помощница.
Я послушно продолжила направлять его действия. Мы провозились минут десять. Хотя я бы одна управилась секунд за тридцать. Поначалу думала, что вообще ничего не выйдет из этой затеи. Но постепенно мы приловчились — у нас стало получаться действовать синхронно: Архан понимал, куда я давлю и с какой силой. Для меня это было сродни волшебству.
А ещё я чувствовала некоторую неловкость. Нет, не потому что он — инвалид, и я ему помогаю. Это была неловкость другого рода… Мы так близко контактировали… Как будто в танце или вроде того. Хотя назвать «танцем» подметание пола довольно странно.
Когда мы закончили, Архан выпрямился и произнёс:
— Можно.
— Что можно? — не поняла я и похлопала глазами.
— Можно услышать улыбку, — пояснил он и поковылял обратно к стулу.
Я вытащила из большого пальца его ноги оставшийся осколок, сходила за перекисью и промыла рану.
— Архан, — всё-таки не удержалась я от вопроса, — почему вы не носите обувь? Хотя бы тапочки надевали, что ли…
— Я так лучше чувствую поверхность.
— А зимой вы как собрались ходить? Босиком по снегу?
— Некуда мне ходить, — проворчал Архан. — А дома всё равно тепло.
Я никак не стала комментировать это заявление, тем более, что с пульта в прихожей раздался сигнал — кто-то пожаловал в гости.
