Прежде чем встретиться с… — он быстро взглянул на фамилию, указанную в документах, — Мацумото, мне нужно как следует подготовиться.
— Будет исполнено, — поклонился глава службы безопасности.
— Надо же, а я уже не верил в чудеса, — тихо подивился старик, вновь обратив своё внимание на документы.
* * *
Возвращаясь из душа, ощущая свежесть и чистоту, а также приятную прохладу, проходя мимо одной из гостиной, Аямэ случайно услышала спор отца со старшим братом. Поскольку они разговаривали на повышенных тонах, причём довольно эмоционально, их было прекрасно слышно. Одетая в короткие шортики и лёгкую маечку, с полотенцем, перекинутым через шею, Аямэ остановилась в коридоре, чтобы узнать, что они не поделили на этот раз.
— Отец, я не понимаю, что тебе не нравится в этом проекте, помимо самого Мацумото? Прости, но со стороны кажется, что ты просто к нему предвзят. Ставишь свои личные предпочтения выше семейных интересов. У тебя есть какой-нибудь обоснованный аргумент, почему я не должен принимать это коммерческое предложение? — раздражённо спросил брат.
— Потому что он слишком подозрителен, — упрямо повторил Тацуми.
— Проект? — удивился Дайичи.
— Мацумото, — уточнил отец.
— Ну да, — усмехнулся брат, со стороны это кажется удивительным. — Вчерашний офисный клерк вдруг стал директором инвестиционной компании. Да кто в это поверит? Я, например. В жизни происходят и более невероятные вещи. Понятно, что он распоряжается не своими деньгами, но идеи-то точно его. Довольно стоящие, замечу, — ехидно напомнил.
Аямэ «навострила ушки» передумав уходить или объявлять о своём присутствии. Похоже, мирить их не потребуется.
— Мой юрист проверил договор. С ним всё в порядке. Предложение Мацумото для компании Айнэ действительно интересное и выгодное. Упускать такую возможность я бы не хотел. Мой помощник связался с банком и тот подтвердил, что деньги на этот проект тот готов выделить хоть завтра. Как Мацумото смог договориться с банком, это уже его дело. Мацумото хорошо знает нашу компанию, её потребности и интересы, неплохо разбирается в этой теме, так что я не вижу ничего особенного в том, что он смог придумать такой проект. Парень и раньше демонстрировал таланты к поиску нетривиальных решений. Кроме того, Мацумото знает, что в данный момент он нужен нам больше, чем мы ему. Я уже давно подумываю о расширении производства и его модернизации, да всё не могу найти на это свободных средств. Чем брать их под большие проценты у зубастых акул, проще договориться с голодным карпом.
— Как бы этот карп не оказался опаснее акул. А если Мацумото действует в интересах третьей стороны? Ты не думал, с чего вдруг зубастые акулы пошли навстречу ему, а не тебе? — поинтересовался отец, указывая на столь подозрительный факт.
— Это уже проблемы карпа, как он собирается разбираться с акулами. Мацудара с кем только ни работали ради хорошей прибыли. Это нормальное явление. Ты же сам учил, что в бизнесе нет места пренебрежению. У Японии полно претензий и территориальных споров со всеми соседями, но это не мешает ей с ними торговать, даже вопреки советам наших заокеанских «друзей». Пока я по-прежнему не вижу подводных камней в предложении Мацумото. Как только разгляжу, тогда и продолжим этот бессмысленный разговор.
— А тебя не смущает, что твой партнёр, прежде чем стать карпом кои, исчез на две недели, да так, что его не смогли найти ни я, ни мой брат, ни полиция?
— И что? — устало спросил брат, которого этот разговор стал утомлять. — Может, он на рыбалку ездил в какую-нибудь глушь. На природу. Телефон оставил дома. Чем он занимается в своё свободное время, честно говоря, меня не волнует. Имеет на это полное право. Он больше не твой сотрудник, так что прекрати вести себя, как обиженная, брошенная девица. Подумаешь, не принял твою доброту, отказался от повышения, демонстративно уволился, выйдя из твоей команды. Зато сделал это правильно, не перебежав к кому-то другому. Взял всю вину на себя, закрыв вопрос со своими любовными похождениями на рабочем месте, в рабочее время. То, что Такэути-сан открыла в них новую страницу, это уже их личное дело, никаким боком не касающееся Мацудара.
Аямэ нахмурилась.
— Наоборот. Директор Хоримии этим ходом грамотно обыграла оппонентов, обернув их нападки против них же, — похвалил Дайичи, поделившись своим мнением. — Публично предложив Мацумото встречаться, она превратила беспорядочные связи в нормальные отношения, любовника, в официального парня, а образ распутного директора сменила на образ целеустремлённой и верной женщины. Теперь ни о каком принуждении или использовании служебного положения не идёт и речи. Молодец. Пусть даже они через неделю расстанутся, это уже никого не будет волновать. По крайней мере, в нашей компании.
Аямэ, держа в руках бутылку с минеральной водой, из которой уже успела сделать пару глотков, стиснула её, прикладывая больше усилий, чем требовалось. Девушка почувствовала себя в этот момент так, будто её чем-то мелким поцарапали. Вроде, не больно, не особо заметно, но всё равно раздражающе и будто бы хочется почесаться, избавляясь от неприятного зуда. То, что раньше воспринималось забавной игрой, поводом утолить любопытство, скрасить скуку, незаметно стало трансформироваться во что-то большее. И опять же, Мацумото вновь смог её удивить, чем и привлекал. Загадочно исчез? Появился с кучей денег, невероятной историей и необычным предложением, да ещё в новом качестве? Ах ты ж искуситель, Мацумото!
— Всё равно, мне это не нравится. Не люблю того, чего не понимаю, — заявил Тацуми. — Попрошу Тагаву и Хироши приглядывать за Мацумото.
— Пожалуйста. Не возражаю, — улыбнулся Дайичи.
* * *
— Хочешь я тебя удивлю? — с улыбкой спросил агент Табатта у напарника, сидящего за своим столом.
Со стороны они выглядели двумя обычными офисными клерками, работающими в какой-нибудь никому не интересной торговой компании. Типовая мебель, офисная техника, не самая дорогая, неброская отделка помещения, рабочие места как в операционной зоне.
— Давай, — согласился агент Удоу.
— Знаешь, что меня удивило в нашем новом знакомом Мацумото? Его возраст. Я тут немного покопался в документах и вышел на одного интересного человека, имеющего отношения к службе снабжения военной разведки. Не стану утомлять деталями, как я его находил и убалтывал, но он поделился информацией, неофициально, естественно, что никаких пятнадцатилетних суперагентов в отряде 12–31 дзё хо хомбу не было. Там служили ребята, не младше двадцати пяти лет, с соответствующим этому возрасту телосложением, под которое им заказывали форму, обмундирование, снаряжение, оружие. Никаких подростков в нём не было.
— Тогда почему, по документам он относится к этому подразделению? — сильно удивился Удоу, недоуменно посмотрев на хитро улыбающегося напарника.
— По каким? По тем, что сплошь закрашены чернилами? Может это сочинение ученика младшей школы, а не его личное дело. Откуда ты знаешь? По словам министра, который и сам получил его из третьих рук?
— Тогда почему дзё хо хомбу его прикрывает? — не понял Удоу.
— Потому что, если верить словам моего информатора, этот отряд во время выполнения сверхсекретного задания выпросил себе сторонних специалистов у кого-то, кто ещё более засекречен, чем они. Посредником и ответственным лицом выступал полковник Кудоу, скончавшийся от сердечного приступа в своей машине незадолго до автоаварии, в которой Мацумото потерял память. Вот это-то как раз правда. С тех пор парня, прикрыв его таким грифом секретности, что волосы на заднице дыбом становятся, оставили в покое. Как по мне, просто бросив на произвол судьбы с теми документами, какие у него были на руках на тот момент, и теперь панически боятся ворошить это дело. Подключить министра, как оказалось недостаточно, чтобы пролить свет на темную историю его прошлого. Я так и не понял, кого там на самом верху бояться больше, того, у кого занимали, и кому не смогли вернуть взятое в рабочем состоянии. Сам «сломанный» объект сделки, или того, кто позаботился о расформировании отряда 12–31.
— Занятная история, — почесал голову агент Удоу, впечатлённый размахом и закрученностью сюжета. — И? Что будем делать? Скажем Мацумото?
— Нет конечно. Пусть всё идёт своим чередом. Я, знаешь ли, не хочу случайно поскользнуться в ванной и убиться об её угол. Мы люди маленькие, делаем своё дело и в чужие не лезим. Любопытно, не без этого, но пенсия за выслугу лет для меня предпочтительнее траурного венка. К тому же, может этот человек и не Мацумото, и не двадцати трёх лет, и не уроженец Фукуоки, и не парень, — ухмыльнулся Табатта, забавляясь. — Впрочем,
