Читаем без скачивания Охота на Квака - Леонид Кудрявцев

Выстрела так и не последовало.

Я отмахал еще пару кварталов, обернулся, и уже хотел было вздохнуть с облегчением, как вдруг заметил мусорщиков. Их было пять, и были они несколько крупнее чем те что напали на меня недавно. А стало быть, это были не те лохи устаревшего образца из встречи с которыми я так счастливо выпутался.

Действовали они четко. Через секунду после того как я их заметил, мусорщики уже стали разворачиваться в полукруг, центром которого была моя скромная особа.

Чего-чего, а встречаться с ними мне совсем не хотелось. Кроме того, все происходящее начинало здорово напоминать тотальную облаву. Надо было исчезнуть и так запутать следы чтобы охотники нашли меня как можно позже.

Вот только, как это сделать?

Я перемахнул через небольшой рекламный плакат, возвещавший о том, что фирма «Сам-еда» гарантирует поставку продуктов такого качества и вкуса, который никто на этой планете не пробовал вот уже три сотни лет. Потом был вход в кабачок «юных проводников». В тот момент когда я пробегал мимо него, из кабачка выползло несколько посетителей. Кем-кем, а уж юными их можно было назвать с гигантской натяжкой.

Едва я миновал кабачок как в меня опять кто-то пальнул. Ни о каких трассирующих следах не было и речи. Хороший, добротный выстрел. Пуля, размером с небольшой огурец, просвистела возле моего уха, ударилась в средних размеров танк, времен второй мировой войны, зачем-то установленный рядом с кабачком на постаменте, отразилась от его брони и унеслась вертикально вверх. Сверху донесся истошный вопль белки:

— Пернатые! Они уже начинают! Ратуйте, люди! Если их не остановить, то погибнет весь мир, поскольку холодный край является его сердцем!

Я удирал. Ух, как я удирал! Так, как наверное, никогда в жизни.

Какой-то тип, в совершенно задрипанной кепчонке, с тонкими, похожими на недокормленных гусениц усиками кинулся мне наперерез. На секунду остановившись, я пнул его, да так, что он схватившись за живот, смог только простонать:

— Ой-ой-ой! Зачем же так?!

— А ты что думал, награду за поимку преступников дают ни за что? — пробормотал я, устремляясь дальше.

И все-таки, я знал, я понимал, что долго мне бегать не удастся. Рано или поздно меня прижмут к краю кибера, обложат со всех сторон, и либо поймают, либо пристрелят на месте. Второе — более вероятно.

А стало быть, надо что-то придумать. Прямо сейчас.

Мне опять повезло. Проскочив очередную улицу, я нырнул под увитую виноградными гроздьями, обставленную обнаженными юношами, с суровыми лицами и тупыми мечами в руках, арку, и вдруг увидел прямо перед собой переливающийся всеми цветами радуги, издающий какие-то невнятные, но несомненно жизнерадостные звуки, источающий целый букет запахов, шар, метров пяти в диаметре.

Реклама!

Я рванул к этому шару словно от него зависело мое спасение… Собственно, так оно и было. По крайней мере в данный момент.

Последнее что я услышал, прежде чем нырнуть в недра рекламы, был крик одного из преследователей:

— Держи! Уйдет, скотина!

Потом вокруг меня сомкнулись стены рекламного мира.

5

Шары рекламы могут существовать только в каком-нибудь кибере. Кстати, возникновению их предшествовала довольно забавная история. Когда-то давно, реклама настолько оккупировала киберы, что чем-нибудь заниматься кроме как с утра до ночи выслушивать восхваление очередным чудо-крекерам или сверхнадежным прокладкам стало невозможно. Понятное дело, с ней пытались бороться. Всяческие глушилки и экраны защищали на очень короткое время, поскольку производители рекламы всегда находили способ прорваться через их защиту. Кончилось все чем-то вроде войны, в результате которой реклама, во всех ее видах, была изгнана из киберпространства. Конечно, ненадолго. Она вернулась, она не могла не вернуться. Сначала постепенно, потихоньку-полегоньку, а потом… Ну да, те, кто потерпел во время первой рекламной войны убыток, не хотели повторения обрушившихся на них бедствий.

Именно поэтому возник пакт, со временем превратившийся в один из тех законов на которых базируется жизнь киберов. Закон о рекламе. Вкратце он сводился к тому, что в каждом кибере под рекламу отводилось несколько строго ограниченных в пространстве точек. Таким образом, в каждом кибере появилось по десять, сравнительно небольших по размерам, рекламных шаров.

Поскольку размеры в киберпространстве ничего не значат, эти шары, снаружи имевшие не более пяти метров в диаметре, для того кто в них попадал, представлялись целым миром. Миром рекламы, во всех ее разнообразных видах. Была только одна загвоздка. Как, каким образом, заманить в эти шары тех, на кого эта реклама должна воздействовать?

Для рекламщиков эта задача была не задача. Неожиданно выяснилось, что рекламные шары предоставляют посетителям кибера целую кучу просто неоценимых услуг. Одной из которых я как раз и собирался воспользоваться.

Попав в шар, я первым делом поднял глаза к потолку. В самом его центре была, почти затененная всполохами красочных объявлений цифра «3».

Вот и отлично.

Стало быть я попал в шар под номером 3. Для того чтобы оказаться как можно дальше от погони, мне необходимо перескочить в шар под номером 8 или 9. Теперь осталось только найти выход под таким номером. Пустяковая задача для тех кто попадал в подобные шары не раз. То есть — для меня.

Я раздвинул руками вдруг опустившуюся на меня, казалось сотканную из звездного неба сеть, поперек которой кометными огнями было начертано:

«Самые лучшие, самые пахучие, самые питательные и замечательные эмбриомаслины! Только у нас. Только для вас! Обращайтесь во все магазины фирмы „Шанденел и сыновья“».

Сеть с легкий, как мне показалось недовольным, треском разорвалась и исчезла, чтобы уступить место другой, салатного цвета, так и намекающего на радость и веселье, вдоль которой тоже тянулась надпись, читать которую у меня уже не было времени.

Кстати, что верно, то верно. Времени, у меня не было вообще. Вот-вот мои преследователи догадаются куда это я от них ускользнул. Стоит им заметить каким выходом я воспользовался, и погоня возобновится.

А значит — вперед.

Я пинком отшвырнул в сторону прозрачный ящик, на коротеньких ножках, пытавшийся всучить мне образцы каких-то жутко сладких конфет. Я прекрасно знал, что даже если бы у меня было время их попробовать, это ни за что бы не получилось. В тот момент когда я попытаюсь открыть крышку ящичка, встроенная в него программа просканирует мой счет и убедившись что его просто не существует, сообщит ящичку что оделять конфетами именно этого индивидуума неперспективно.

Какой-то сказочной осьминог с такой приторной улыбкой что от нее сводило скулы, попытался заступить мне дорогу. Однако, стоило мне замахнуться как он проворно шмыгнул в сторону. Это позволило мне сделать еще несколько шагов, и оглядеться.

Ага, вон там. Выход номер 9.

За то время что я оглядывался, какая-то сороконожка, напевая радостный и жизнеутверждающий мотивчик, успела наклеить мне на руку билетик бесплатной лотереи, главным выигрышем которой было путешествие в какой-то парк развлечений.

Впрочем, обычной атаки на того кто рискнул заглянуть в рекламный шар не было. Оно и понятно. Те, кто работает по серьезному, снабдили своих рекламных агентов программами способными сканировать состояние счета будущего клиента на расстоянии. Те, кто липли ко мне сейчас, были мелкой рыбкой, шушерой, Пользы от них не было никакой.

Я ухмыльнулся.

А ведь моим преследователям, конечно за исключением мусорщиков, придется туго. У них-то на счетах кое-что лежит. А мне… меня сейчас волновало только одно — как можно быстрее добраться до выхода номер 9.

Быстрее, черт возьми, быстрее.

Еще у меня были опасения что состояние моих финансов окажет воздействие на работоспособность выхода. Если это произойдет, то я — погиб.

Однако выход работал. Прежде чем проскользнуть в него, я все-таки не удержался, оглянулся. Преследователей еще не было видно.

Ну, вот и прекрасно. Просто расчудесно. Пусть на этот раз гончие псы впустую щелкнут челюстями в воздухе…

Я сунул пистолет в карман, привалился к стенке шара номер девять и позволил себе отдышаться. Совсем чуть-чуть. Все-таки существовала вероятность, что кто-то из преследователей ткнется наудачу в один из десяти выходов и попадет как раз в тот, которым я воспользовался.

И все-таки, я кажется ушел.

Вот если бы на моем месте оказалась и в самом деле незаконная программа, уж она бы отдыхать не стала. Я пока еще и в самом деле посетитель. По крайней мере, тех подпрограмм, которые позволяют не отдыхать и не нуждаться во сне, у меня пока нет.

А жаль.

Если удастся выжить, надо будет позаботиться об этом в первую очередь. А во-вторую…