улыбкам и словам. Эти сладкие речи связаны, по-видимому, с предстоящей брачной ночью. Он желает умилостивить ее, чтобы потом уложить в постель…
Но ведь ее желание в любом случае не будет учитываться, молодой муж получит ее, ведь это его право.
Элеонора опять занервничала и нахмурилась.
Хью и вчера пытался убедить ее, что обеспечит ей будущее значительно более счастливое, чем прошлое, однако она не склонна ему верить.
Хью постукивал пальцами по столу, размышляя, сколько ему еще терпеть сидящего напротив глупца, утомительный разговор и скабрезные шутки по поводу первой брачной ночи.
Несколько минут назад Элеонора, краснея, удалилась из зала в сопровождении горничной Брунгильды, которая должна была помочь ей подготовиться к ночи.
Он никак не мог отделаться от необъяснимого волнения. Словно неопытный юнец, испытывал острое желание обладать Элеонорой всякий раз, когда видел, говорил или ненароком касался. У него перехватило дыхание, когда она вошла в часовню перед церемонией венчания, несколько минут даже не мог отвести от нее глаз. Элеонора потрясающе выглядела в зеленом бархатном платье с золотым обручем на голове и легкой вуали.
Хью с трудом сдержался, чтобы не прикоснуться к обрамлявшим лицо прядям.
Во время танца он с таким наслаждением вдыхал исходивший от нее аромат цветов с острыми нотками специй, что готов был поцеловать ее, но вновь сдержался.
Проклятие! Что с ним происходит?
Хью не мог не признать, что очарован не только красотой супруги, но и ее острым умом, силой, выносливостью и, судя по всему, осведомленностью и опытом в разных областях. С одной стороны, она, несомненно, обладала незаурядными способностями. С какой ловкостью заключила с ним пари и провела его! Заинтриговала, бросив вызов. С другой стороны, он чувствовал, что Элеонора ранима, и это вызывало в нем желание опекать ее и защищать. В первом браке ей пришлось пережить немало неприятных моментов, и, судя по всему, первая ночь будет непростой.
Он хотел, чтобы Элеонора доверяла ему, хотя сам никогда и ни к кому не испытывал этого чувства, особенно к женщинам. Та, которой он много лет был предан душой и телом, которую мечтал видеть своей женой - Алоиза Курвиль, - обманула его, превратила в пыль все надежды, заставила дать себе слово никогда в жизни больше никого не подпускать так близко.
Разумеется, настоящая ситуация совсем иная, а обещание не может и не должно влиять на его желание обладать Элеонорой. Добившись своего, он непременно отступит и предоставит ей возможность жить, как та пожелает. Вне всякого сомнения, она сама не желает их единения и близости, и он полностью разделяет ее взгляды. И Хью был готов стать именно тем мужем, который бы устроил Элеонору, - вежливым, уважающим жену, но держащимся чуть поодаль. Он же сможет бросить все силы на служение королю Иоанну и поиски бандитов во главе с Ле Ренаром.
Впрочем, ранее пришедшее послание от лорда Бальвуара заставило Хью отвлечься не более чем на пару минут от размышлений о жене, настолько велико было его влечение и беспокойство из-за приближающегося важного в браке события. Время шло, а он так и не решил, как себя вести.
Вылив в рот все содержимое кубка, он резко встал на ноги. Пожалуй, будет лучше не спешить, быть внимательным и заботливым…
Хью пару раз стукнул в деревянную дверь новых покоев и вошел в тот момент, когда Брунгильда задергивала плотную занавесь балдахина, оставив лишь узкую щель. Он встал у камина и сделал знак отцу Томасу. Тот принялся читать молитвы, размахивая кадилом, благословлять брачное ложе и просить у Бога обретения счастья и потомства во вновь созданной семье.
Явившиеся вслед за Хью гости по знаку Брунгильды стали покидать спальню. Вскоре дверь плотно затворилась, Хью и Элеонора остались наедине.
Хью откинул балдахин и увидел Элеонору, сидящую на пышной перине, закутанной в темно-синее покрывало.
Она посмотрела на него так, что перехватило дыхание.
Она и раньше казалась ему красивой, но сейчас выглядела прекрасной, как никогда ранее. Волосы ее всегда были убраны, сейчас же, распущенные, лежали волнами. Она чуть приоткрыла рот и нервно закусила нижнюю губу. Карие глаза стали светлее, в них появились золотисто-янтарные блики. Не мог он не заметить и тщательно скрываемый страх.
Хью стоял молча и размышлял. Он мог лечь в постель и выполнить супружеский долг, на который имел полное право, а также постараться заставить Элеонору забыть о страхах перед мужчинами, о том, кто был рядом с ней до него; и еще он мог уйти, дать ей время сделать то, что стало бы проявлением заботы…
Хью знал, что хотел и должен был сделать хотя бы для того, чтобы подтвердить брак. Но вид перепуганной женщины, как и его гордость, удерживали от следующего шага. Он интуитивно знал, что будущее их решается сейчас, если он не будет осторожен, все сложится хуже некуда.
Хью вздрогнул и улыбнулся.
- Полагаю, день был для вас сложным, Элеонора, вы устали.
- Все хорошо, как видите, - ответила она и помолчала, поджав губы. - Надеюсь, и у вас, милорд.
- М-м-м? Ах да, конечно.
Черт, ничего хорошего! Он провел ладонью по волосам и сглотнул.
- Вы уверены, что в порядке, милорд?
- Да-да, и называйте меня Хью, пожалуйста. Мне сложно привыкнуть к обращению «милорд», особенно странно слышать его от вас.
Он поморщился и с трудом сглотнул. От вида сидящей в кровати женщины во рту внезапно пересохло. Он опустился на край кровати и, не сдержавшись, подхватил прядь ее волос и принялся поглаживать кончиками пальцев.
- Кажется, вы нервничаете даже больше меня, Хью.
- Верно, - признался он с улыбкой. - Скажите, что бы вы хотели сейчас сделать?
-Я? - Глаза широко распахнулись. - Не понимаю, о чем вы?…
Хью пожал плечами:
- Здесь только мы вдвоем, Элеонора, то, что происходит за этими дверями, касается только нас и никого больше.
Она несколько раз моргнула и посмотрела ему в глаза.
- Это наша первая брачная ночь. Брак должен быть узаконен…
- Да… Но вы не обязаны делать то, чего не желаете. Мы сохраним все в тайне…
Он видел, как приоткрылся от удивления рот, и она подалась вперед, глядя на него с изумлением.
- Нет… - покачала она головой. - Благодарю вас за заботу, но мне бы хотелось скорее покончить с этим. Если вы не против.
- Что ж, хорошо, - кивнул Хью, еще раз напомнив себе, что должен быть внимательным и не спешить. Он
