приблизилась ко мне, а смрадное дыхание заставило слезиться глаза. — Да, он немного изменился, но, пройдя через силу смерти, вновь обретет свои свойства. И именно мне Царственный Владыка Кощей поручил его забрать и использовать. Сказал бы я, что тебе будет не больно, но не люблю врать — это будет именно больно. Образ и твоя душа усилят меня, и я встану во главе всего войска!!! Не дергайся, человечишка, и тогда я все сделаю быстро.
Смердящая пасть раскрылась, зубы удлинились. Он потянулся ко мне, и я обреченно осознал, что это все — конец. Не будет мне перерождения, не будет славного посмертия, как и не будет пира с предками за одном столом. Меня просто сожрут, навсегда уничтожив душу.
Я дернулся, когда острые зубы вошли в мою плоть. Брызнула кровь, и я почувствовал, как начал терять самого себя, потихоньку растворяясь в небытие. Боль ввинчивалась в голову, мешая думать, тело обмякло, не способное сделать хоть что-нибудь. Образы не откликались.
Но нет, уйти просто так⁈ Я Мстислав Дерзкий и не позволю себя сожрать! На остатках сознания, последним усилием воли я направил весь эфир, что у меня был, в руку, и кинжал, который я умудрился не выпустить, без замаха вошел в плоть твари.
Дикий визг резанул по ушам, а в меня хлынул нескончаемый поток энергии, грозя захлестнуть — порвать мои каналы и разорвать источник. То, что хотело съесть меня, теперь наоборот давало мне жизнь.
Спустя пару минут тварь осыпалась пеплом, а я стал кататься по полу, воя от боли во всем теле. Мышцы, кости, нервы — все восстанавливалось просто в бешеном темпе. Все же дух этот был очень сильным, и энергии в нем было много. И я, подобно песку в пустыне, впитал ее всю.
Но все хорошее рано или поздно заканчивается. Так вскорости и я, тяжело дыша, лежал на полу и смотрел в потолок, в первые за все время чувствуя себя более-менее сносно. Ну, то есть, я теперь, как мне казалось, мог спокойно сесть, встать и, наверное, даже ходить. Но надо проверить на деле.
Опираясь о стену, я поднялся — прежде костлявые, теперь мои руки обрели силу и слегка порозовели. Дотронулся до лица — все те же морщины, но кожа больше не казалась куском пергамента, став более мягкой и эластичной. Эфир — источник ощутимо подрос и активней стал формировать каналы. Да, до полного восстановления еще далеко, но прогресс виден. Магия, увы, не тело — ее так же легко не вернуть.
Образы — с ними все намного лучше. Нет, они не засияли цветом своих стихий, но уже не выглядели как сморщенные гнилушки. Теперь я могу их призвать, уже на пару секунд полностью взяв нужный облик, и после не рухнуть от истощения. Но пока лучше этого не делать.
Так, теперь защита. Мечи — увы, пока недоступны. Надо еще парочку сотен мертвяков уничтожить, чтобы душа достаточно окрепла в теле и вернула мне прежнюю привязку. Это тело пока не выдержит подобного. Поэтому пользуемся кинжалом, которой оказался не таким уж и бесполезным. Посмотрев на ранее тусклый, а теперь слабо светящийся красным камень на рукоятке, я хмыкнул и повесил его на пояс.
Огляделся и пошел искать среди прочего хлама что-нибудь полезное, не забыв взять так необходимую мне воду. Девчонки пока оставались в бесчувственном состоянии, и пусть так еще немного полежат. Лишние визги и вопросы мне ни к чему.
Ноги не дрожат, тело, пусть и слегка деревянное, но уже может двигаться без скрипа. Я полез в карман, не сомневаясь, что найду там то, что ищу — белую ленту для волос. Это была моя любимая, вышитая сестрой. Я скрутил волосы в хвост сзади, воспользовавшись ею. Воспоминания кольнули болью, но я спешно отогнал их. Не время грустить — все потом.
Живительная влага полилась в рот, и я пил и никак не мог остановиться. Думал, что лопну. Но осушив четыре бутылки, понял, что хочу еще. Но это терпит.
Так, вот длинный меч какого-то Артура. Прямой, длинный, но сталь вроде нормальная. Щелкнул пальцем о лезвие — приятный звук. Есть шанс, что сразу не сломается. Прикинул, как буду доставать его из-за спины, потому как не любил носить оружие на поясе. Хорошо. Длинный, руки хватило точь-в-точь. Закинул, пристроил, проверил — можно работать.
Так, а вот теперь можно и девчонок будить. А то привели смерть за собой, а теперь валяются тут, будто и не виноваты. Воды не осталось, поэтому пришлось шлепать их по лицам, стараясь не навредить. Пока я, увы, плохо силу контролирую — надо время, чтобы привыкнуть.
— Не сметь бить меня по лицу! — резко пришла в себя, будто бы никуда и не уходила, графская дочь, как ее там… Вероника вроде?
— Не бейте меня, я все исправлю, — Лишка напряглась и, кажется, даже не открывая глаза, собралась удирать.
— Замерли, малявки! — рявкнул я. — Не орать, не пищать, маму с папой не звать.
— Некого звать, всех убили… — заскрипела зубами Вероника. Потом, несмотря на все усилия сдержать слезы, все же заревела. А следом за ней и Лишка.
Признаюсь, я тоже чуть было не пустил слезу — эффект был заразителен. Но сдержался и горжусь собой. Не время раскисать, Родина в опасности. Тем более, я чувствовал, как к нам приближаются мертвые. Странно, что они не заявились еще раньше.
— Так, плакать будем потом. Сейчас надо выжить. Есть тут второй вход?
— Ты изменился, князь, — Лишка наконец посмотрела на меня и чуть приоткрыла рот.
— Так ты и правда тот труп, да? Как-то не похож. Хотя, одежды вроде бы его… — вытерев слезы, взяла себя в руки маленькая графиня.
— Все вопросы оставьте при себе. Кто хочет жить и мстить, показывает дорогу. Остальные могут остаться и молиться презренным богам.
— Князь, ты нас спасешь? — Лишка уже пришла в себя и прикидывала варианты.
— Зови меня Мстислав. И да, спасу. Если вы, наконец, включите мозг и начнете двигаться. Иначе я спасу только себя. Нам нужно тихое место, где можно собраться с мыслями и силами. И откуда спокойно делать вылазки.
— Склеп, — переглянувшись, хором выдали девчонки.
— Прозвучало в виду последних событий вообще не привлекательно.
— Ты не понимаешь. Там нас точно мертвяки не найдут, а мы зато их всех увидим. А если и найдут, там толстые стены — не прорвутся. Побежали! Там и еда, есть и вода.
— В склепе? — еще больше обалдел я. — Вы не смотрите, что я плохо выгляжу
