Сцена погружается в темноту. Звучит песня Beatles «All you need is Love, Love, Love».
Картина 2
На сцене темно. Луч света высвечивает, стоящую на сцене плетёную корзину. Постепенно сцена наполняется светом. Тренажёры, точнее их муляжи, смещены к кулисам. Над бывшей дверью в бани снята реклама пива «Карлсберг» и слоган «Mens sana in corpore sano». Теперь это дверь в спальню датского короля Гамлета. Она открыта. Сцена превратилась в комнату перед королевскими покоями, где один за другим будут появляться персонажи пьесы «Старый Гамлет» в средневековых костюмах. Из бокового выхода вбегает Офелия.
Офелия (её играет актриса, игравшая Хейли):
Он там лежит! О Боже всемогущий,Что делать мне? На платье кровь и рукиВ крови. Манжеты прочь! Успею, может,Я убежать? Куда? Да и зачем?
Гертруда (её играет актриса, игравшая Грейс. Выходит из спальни короля):
Лежит он там. Висок пробит, потокамиКровавыми залит ковер, и стены,И пол вокруг. Офелия, ты здесь?Уже? Тебе что делать тут, в преддверьиПокоев королевских? Снова хочешьУ спальни королевской покрутиться,Себя как будто ненароком предлагая.
Замечает кровь на платье Офелии.
А это что?
Офелия.
Не я, не я, не я!Боюсь я крови!
Гертруда.
Откуда ты узнала, что он мертв?
Офелия.
А разве мертв? Я ничего не знаю,Я только заглянула — он лежитИ, кажется, не дышит. Я причем здесь?Упал виском на стол он. Может быть,Был пьян. Он сам упал, я не была там.Его я кровь не проливала!
Гертруда.
Как же,Ты пролила там кровь свою девичьюУж месяц как. Теперь настали срокиОтмстить его величеству за это?
Офелия.
Еще немного и они настанут.Расплата? Может быть. Король, он кто мне?Любовник? Нет, он лишь отец ребенка,Что был зачат в насильи сладострастьяИ скоро явится на свет. Он будетМой королевский сын, притом — бастард,Фиц — Гамлет…а таких вокруг без счетаОн наплодил в своем распутстве, лишь быСупружеского долга избежать,Постылого супружеского ложа.
Гертруда.
Тебе ль судить? Что знаешь ты о браке?Ты думаешь, постель решает все?Ему я отдала свой первый трепет,Свои мечты, дыханье, смех и слезы,Я так его любила, нежила,Что ветрам неба не дала б коснутьсяЕго лица. О небо и земля!Мне ль вспоминать? Я так к нему тянулась,Как если б голод только возрасталОт насыщения. А через месяц…Нашел он первую, затем — вторую,И третию, а дальше — без числа.Так похоть, будь с ней ангел лучезарный,Пресытится и на небесном ложе…
Офелия.
Но ты же прочила меня за сына,Невесткою своей назвать хотела?Кому теперь нужна я? Даже нищийПобрезгует со мною в брак вступить,Не то, что принц. Но я дороже стою!Когда б не ты, принц Гамлет был бы мой,И я была б однажды королевой!
Гертруда.
Но нет, во мне ты не ищи вины!Вини во всем свое распутство, дерзость,И глупость, между прочим: думать надо,Коль престарелый фавн тебя прельщает,Сулит тебе богатство и почет.
Офелия.
Когда б не ты, то не был бы он фавном!Жена, что удержать не может мужа,Его любви не стоит.
Гертруда.
Замолчи!
Офелия.
И не подумаю! Кто в ЭльсинореНе знает, что, не справившись с супругом,Пошла ты ласки расточать другим?Как только появился у нас Клавдий,Брат короля, — о, гнусная поспешность —Так броситься на одр кровосмешенья! —И старый Гамлет уж мешал тебе!Теперь он мертв. Нетрудно отыскатьУбийцу — вот она стоит!
Гертруда.
УбилаНе я. Хотя убить его могла бы.И не твоим поганым языкомЗдесь рассуждать о верности и чести.Я Клавдия люблю, он мне — король,А я раба его. Красив, как бог,Умен, талантлив, он был долженВозглавить Данию, он, а не Гамлет —На троне был убийца и сатир,Кто мельче в двадцать раз одной десятойТого, кем явится отныне Клавдий!
Из королевской спальни выходит Клавдий. Его играет актёр, игравший Ричарда.
Клавдий.
Лежит он там. Мой брат, король, соперник,В крови, словно ничтожный жалкий пес,Не как убитый лев. Он мерзок в смерти,И даже здесь величия лишен.Он так боялся смерти! И теперьЕго убили. Ведь не мог он самУдачно так упасть на стол? И кто — тоНанес ему губительный удар,А тело позже подтащил к столу.Вы знаете уже, что сталось, дамы?Или вы лучше знаете, чем я?
Гертруда.
Но почему — убили? Может, этоНесчастный случай? Голова в крови,Упал, виском ударился, был пьян.
Входит Полоний. Его играет актёр, игравший Пола.
Полоний.
Смертей случайных не бывает. ЕслиОн умер — значит, сам хотел, иль кто — тоВек сократить помог ему чуть — чуть.
Клавдий.
Не ты ли это был, Полоний? РядомТы неспроста ведь оказался, правда?
Полоний.
Да, неспроста. За дочерью я шел,Я за нее боюсь. Немало горяДоставил нам всем замок Эльсинор,Да и еще доставит… Там лежит он,Но кто бы ни был тот убийца, делоОн доброе свершил.
Офелия.
Но кто ж убийца?
Полоний.
Нам не об этом думать нужно. Вряд лиНам стоит знать, как все произошло.А жизнь сама, без нас, напишет повестьБесчеловечных и кровавых дел,Случайных кар, негаданных убийств,Смертей, в нужде подстроенных лукавством,И, может быть, коварных козней, павшихНа головы зачинщиков.
Гертруда.
И все же?
Полоний.
В убийстве этом все переплелось —Позор, любовь, поруганная верность,Амбиции и власть, и государство.Прочь, женщины! Сейчас совет нам нуженНе женского короткого ума,Отравленного ревностью и страхом,А двух мужчин, хранящих хладнокровье.Идите страх свой заливать слезами.
Офелия и Гертруда уходят.
Ну, Клавдий, говори.
Клавдий.
Что говорить?
Полоний.
Ведь это ты решил родного братаУбрать с дороги? Смелое решенье.Сказать по чести, я не ожидал,Что хватит у тебя на то сноровки.Что ж, молодцом!
Клавдий.
Так это был не ты?Я думал, ты не хочешь их истерик,Слез горьких, причитаний, потомуИ не признался сразу.
Полоний.
С чего бы вдругМне признаваться в том, чего не делал?
Клавдий.
Не может быть! Уж не тебе лиТак насолил усопший наш король,Забрав жену, богатство, дочки честь…
Полоний.
То был не я.
Клавдий.
А кто? Ужель Гертруда?
Полоний.
Могла. Ведь влюблена в тебя, как кошка.
Клавдий.
Да, влюблена, и то давно не новость.Но ведь в приданом у неё престол!
Полоний.
Немалый куш… Гертруда?.. Но онаМерзавца Гамлета покойногоЛюбила, хоть было то давно.
Клавдий.
Считаешь ты, что тут любовь причиной?
Полоний.
