– Так мы…
– Дык… приходит в Погребок один…
– В плаще такой…
– Мы не видели его лица! – взмолился первый охотник, сложив ладони перед собой. – Ни имени не знаем, ни откуда родом он.
– Залётный, точно вам говорю! – рьяно заверил второй. – Скупает жемчуг от двадцати штук, на золото не скупится…
– Надо подстроить встречу и подкараулить таинственного заказчика, чтобы поймать его с поличным, – воскликнула азартно.
– Он сам является, – осторожно заметил первый.
– Мы просто ждём его каждый вечер в Погребке и всё, – понуро добавил второй.
– А мне опасно появляться в человеческом городе, – спокойно пояснил Хирро. – Это нарушит договорённость и может привести к разногласию между драконами-Лун и человеческими правителями.
– Накинешь на себя плащ, как этот скупщик краденого жемчуга, – отмахнулась беспечно. – Или я могу ходить сама в Погребок каждый вечер. А когда покупатель появится как-то сообщить тебе. Вообще есть возможность с тобой связаться? – видимо от шока и свежего воздуха, я не заметила, как перешла на «ты».
– Есть, – мрачно кивнул Хирро. – Если вы обманули… – прорычал угрожающе, нагоняя на охотников страху.
– Клянёмся всеми Богами! – выпали несчастные, смертельно бледнея.
– А теперь пусть вернут то, что украли и возместят ущерб, – произнесла деловым тоном.
– Возместят ущерб? – озадаченно поинтересовался змей, почему-то опять отходя от меня, едва уловимо морщась. Но я же помылась? Неужели человеческий запах тела настолько противный?
– Ну да, – произнесла уже спокойно. Адреналин наконец схлынул… – Вернут то, что взяли без спроса. Порядок там наведут… В общем, почему бы вам не воспользоваться ими и не дать им какую-то тяжёлую работу, пусть помогают.
Змей заинтересованно огладил подборок, а по сверкнувшим золотом глазам, я поняла: что-то придумал. Что-то, что охотникам возможно не понравится, но научит не воровать, не брать чужое.
К счастью, мы подоспели вовремя. Охотники за наживой ещё не успели вскрыть раковины и убить моллюсков, ради столь драгоценного нефритового жемчуга. Мешок с добычей был припрятал в зарослях травы около берега: у охотников были изъяты ножи и инструмент, похожий на плоскогубцы, которым ломали раковины...
Я никогда не относила себя к защитникам животных, не спасала бездомных, потому что даже не натыкалась на них, а может, просто не замечала. Я жила, не причиняя никому вреда, но и не вмешиваясь в мир флоры и фауны, не задумывалась о том, как много живых существ гибнет от рук человека. А тут… видя эти прекрасные ракушки моллюсков, волнистые, насыщенного изумрудного цвета… Видя, как они закапываются в золотистый песок, как сверкают на солнце сквозь прозрачную озёрную воду, и представляя, как их всех безжалостно бы уничтожили, сердце вот буквально кровью обливалось! Так невыносимо тяжко стало на душе, что у самой появилось почти непреодолимое желание оторвать охотникам руки. Ну или пальцы, их же кусачками…
Я сняла обувь, закатала штанины и полезла в воду. Охотники, вооружённые сочками, какими-то граблями и чем-то похожим на секатор, чистили дно от ила в зарослях травы и тростника: убирали излишки, чтобы вода не загрязнялась, насыщалась кислородом.
– Это и есть лазурное озеро? – спросила, прикладывая руку ко лбу козырьком и глядя на уходящую вдаль зеркальную гладь воды. Озеро казалось бескрайним, наверное, оно очень глубокое…
– Да, – отозвался Хирро, помогая моллюскам скорее вернуться домой, но в то же время, не спуская бдительного взгляда с охотников. Я была уверена, стоит им попытаться сбежать, змей молниеносно их настигнет и в этот раз пощады не будет. – Самый большой и глубоководный водоём в Джакарте. В озеро впадает река Кали, тоже одна из самых крупных рек на острове. В её заводях живут речные бегемоты.
– Правда?! – мои глаза изумлённо расширились. – Настоящие бегемоты? Я смогу их увидеть? А чем они питаются? На них тоже охотятся браконьеры?
На щеках Хирро появились забавные ямочки. Видимо, он улыбается, но всё ещё очень сдержанно.
– Нет, не охотятся. Бегемоты не имеют никакой ценности для браконьеров, но почему-то за последний период времени их численность сильно сократилась. Животные гибнут, и я не могу понять причину. То ли дело в воде, то ли в их питании…
– Надо понаблюдать тогда. Найти ветеринара в конце концов…
– Супруга моего брата уже осматривала животных, говорит, не видит ничего подозрительного, а для проведения… как его… анализов, нужна… лаборатория, – пояснил змей, поглядывая на борющихся с травой охотников.
– Но понаблюдать всё равно стоит, – произнесла я, садясь на бережок. – Вы отведёте меня туда?
– Отведу, – задумчиво кивнул Хирро. – Но давай сначала с покупателем жемчуга разберёмся. Сейчас здесь закончим и отведу тебя к границе человеческого города, чтобы дорогу запомнила. Скупщик может явится сегодня, а может через неделю…
– Нам нужно что-то похожее на жемчуг, может бусины. Положим их в тканевый мешочек и дадим браконьерам. Когда скупщик контрабанды появится, они покажут ему его, а когда тот решит проверить, схватим мерзавца. Ну, вы схватите…
– Я позабочусь об этом. На рынке Ларграда можно найти что угодно, даже фальшивый жемчуг, – змей закончил с моллюсками и сложил мешок.
Я склонила голову набок.
– А одежду для меня найти можно? Ну… не могу же я всё время в вашей ходить… – произнесла, ощущая, как кровь приливает к щекам. Неловко же. Я никогда ничего не просила, даже у родителей, сами давали. Может быть только в детстве, но сейчас я не в детстве.
– Выберешь себе, что нужно, – бесстрастно отозвался змей. – Ты не пленница, а моя помощница. Но я не сильно разбираюсь в том, что необходимо для комфортной жизни человека, поэтому позаботься о себе, пожалуйста, сама. О деньгах не волнуйся…
Моя челюсть медленно отвисла. Он точно дракон? Почему так легко расстаётся со своими сокровищами ради какой-то человечки? Похоже, мне придётся сильно постараться, чтобы отработать свой билет домой…
