— Да что тут подробнее, помирают детки, едва фиолетовой крапкой покрываются. Оно и понятно, что не видели, темно в Покое как у Тараниса в задн…кхм, прошу прощения.
— Детей, отмеченных печатью богов, оставляют в Смиренном Покое, он предназначен для многих случаев, там работают пришлые целители или свои, если есть, разумеется, — плавно вступил в разговор дор Харт.
— В вашей ситуации простительно подобное отношение, но все же миледи, будьте мягче в своих суждениях. Иногда слова могут ранить слишком сильно, — здесь дор Харт мотнул головой в сторону своего сюзерена. Милорд Амлаут тут же показывает другу кулак:
— Не слушайте его, миледи. В той ситуации в которой вы оказались, подобные выводы были закономерны.
«Прощу прощения». И чтобы разбавить сухость слов, прижимаю к сердцу руки. Атолгар целует мои ладони и улыбается.
— Конфликт исчерпан, — с умным видом произносит Квинт и добавляет в свой бокал вина. Я улыбаюсь и, отняв ладонь, глажу страдальца по виску. Для честного вояки мое обвинение, незаслуженное ничем, было хуже соли по свежей ране. Кожа на руке горит от его поцелуев и мне стыдно, а отчего, я и сама не пойму.
— Что вы сделали, миледи? Это важно.
Пожимаю плечами и кратко набрасываю на дощечке события прошедшей ночи. Мужчины выглядят озадаченными, мне остается только улыбнуться.
— Что ж, у нас нет повода подозревать вас в чем-то, миледи, — дор Харт глубокомысленно хмуриться.
— Но скажу честно, за эти годы, что мы только не перепробовали, и матери раньше просиживали в Покоях до конца. Только недавно это было запрещено. Что вы чувствовали? Ответственность?
Проворно объясняю свою позицию по отношению к детям, и милорд Терцис громко хохочет. Уточню, что хочу провести остаток весь день в комнате — слишком устала и перенервничала ночью.
— Но как же быть, если кто-то из бойцов добудет вашу ленту? Я знаю нескольких рисковых парней, они собирались побороться за приз, — многозначительно произнес Квинт и поперхнулся, прочитав ответ.
— Радикально, леди, — маркиз Амлаут вновь приложился губами к моим пальцам.
— Я прикажу доставить вам сладости и книги. Отдыхайте, леди.
Покои милорды покидали почти военным строем, что вызвало невольную улыбку. Немного подумав, я велела вернувшейся Сабии заняться чем-нибудь бесшумным и перебралась в постель. Поспать немножко в качестве компенсации за сложную ночь, и перерасход сил. Сомневаться в том, что маркиз действительно пришлет сладости, повода не было. Главное, чтобы счастливая мать с изъявлениями благодарности не явилась — все равно противно. Никакие запреты не позволили бы мне оставить своего умирающего сына.
Выспалась я славно — до рассвета следующего дня. Довольная Сабия сообщила, что милорды Амлаут и Терцис заглядывали в покои трижды, что присланные строители ожидают распоряжений и что она, Сабия, связала для госпожи новую чудесную шаль. Шаль была одобрена, строители вызваны на доклад, милорды заочно поблагодарены за беспокойство. Восковая дощечка несказанно облегчила мне жизнь.
— Вот госпожа, милорд Амлаут повелел соединить ваши покои с соседними, чтобы получилась малая гостиная, — прогудел старший над мастеровыми и я замерла. Стило забегало по дощечке.
— Не знаю, милостивая госпожа. Как по мне, так переехать действительно проще, чем стену рубить. Но то приказ милорда.
Я пожала плечами и быстро набросала ответ. Мол, в таком случае целиком и полностью доверяюсь мнению мастера и над душой стоять не собираюсь. Махнула рукой Сабии, велела собрать корзинку со снедью, плед и пару томиков любовных баллад. Не то чтобы они так сильно поразили меня своей художественной ценностью, нет. Просто по какой-то неизвестной причине милорд Амлаут присылал лишь их. А свободный вход в замковую библиотеку был только у членов Ковена. Грамотных членов Ковена, что уменьшало количество посетителей обители знаний на порядок. На самом деле с образованием была беда, половина бойцов слабо читала, вторая половина писала с такими чудовищными ошибками, что маркиз завел «общественного» писаря. Симпатичный мальчишка был завален работой весь день. Мысленно поставила себе галочку на далекую перспективу — заинтересовать молодняк грамотой и счетом. Учиться маркиз Амлаут уже всех обязал, а что толку? С прилежанием и усердием мальчишки учатся только смертоубийству, покорно выслушивают нотации матерей, клятвенно заверяют, что вот теперь-то возьмутся за учебу и вновь пропадают с отцами на тренировочных площадках. Видела я, что творится на тех площадках, мне, взрослой женщине, ни за что справится с этими «детишками». Но я и не собиралась с кем-то справляться, просто дико. Гарнизон крепости готов к тому, что на них могут напасть. Нет какой-то единой караульной службы, как в королевском дворце. Однако на стенах крепости всегда есть кто-то из старших бойцов, еще один крутится на портальной площадке и так, по мелочам. Бойцы хаотично меняются, но закономерность мне уловить удалось. Жаль обсудить никак и не с кем. Догадливая Сабия прихватила не только плед с провиантом, но еще и миниатюрный складной зонт. Чтобы солнечные лучи не испортили кожу прекрасной леди. Не назвала бы себя прекрасной, но загар мне действительно ни к чему.
Сладости были подъедены, книжка прочитана, ветер стал холоднее, и меня охватила скука. Служанка, устроившись на самом краешке пледа, спала, трогательно прижимая к себе моток пряжи.
— Прекрасная погода, неправда ли? — есть у бойцов Атолгара дурная привычка появляться неожиданно и сходу начинать разговор. Хоть бы дали собеседнику себя увидеть, прежде чем рот раскрывать, честное слово, так и умереть можно. Волнообразно повожу ладонью и принимаю более пристойную позу, как-никак, а посиделки на траве приемлемы исключительно в кругу дам. Но дор Харт явно об этом не знает, поскольку уселся рядом и даже яблоко из корзинки подхватил.
— С тренировки, голодный как волк, — тут же оправдался мужчина, — о, благодарю, леди, ваша доброта и щедрость не ведают границ!
Такого восторженного комментария удостоились чуть заветренные пирожки, извлеченные мною из-под тканевой салфетки, что, впрочем, не сильно им помогло.
— Новости, миледи, не самые радостные.
— Ее Величество желает беседовать с вами. Прямо сейчас. Будь проклят тот день, когда мы были вынуждены обнародовать наличие в Ковене телепортистов.
Дальше началась настоящая суматоха, Сабия заполошно подхватилась с пледа — хитрая девчонка не спала, а подслушивала, за что еще получит свое. Тут же принялась охать и ахать, что у госпожи нет платья, и подталкивать нас с дором Хартом к замку. И все это под едкие комментарии бойца трепетно прижимавшего к груди плетенку со стремительно убывающими пирожками. Конечно, границ приличий воин ни разу не перешел, но улыбку с лица я сгоняла с трудом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
