– Пойдем! – он потянул ее за руку. – Сейчас мы схватим его на месте преступления!
Они, держась за руки, осторожно прошли по коридору и остановились на пороге кухни. Шибаев нашарил выключатель. На столе сидел Шпана и пытался откусить от большого куска темно-красного копченого мяса. Он наступил на мясо лапой, дергал головой, отрывая очередной кусок, и урчал от возбуждения. На них он не обратил ни малейшего внимания.
– Кот! – удивилась Инга. – Здоровенный какой! Твой?
– Знакомься, – ответил Шибаев. – Шпана.
Он подошел к столу, схватил кота за шиворот, причем тот так и не выпустил мясо, и оно тяжело висело у него из пасти, и сказал: – Я тебя предупреждал, что бывает, когда берут без спроса?
Он тряхнул кота, тот выронил мясо и тут же попытался цапнуть хозяина за руку. После чего издал утробный боевой клич и предпринял попытку освободиться – с силой извернулся, широко расставив лапы. Шибаев подошел к окну, дернул свободной рукой шпингалет и распахнул раму. Посадил Шпану на подоконник и сказал:
– Брысь!
Если бы не Инга, стоящая у него за спиной, он бы дал коту пинка, но при ней постеснялся.
– Он, наверное, голодный! – Инга схватила кусок мяса, который грыз кот, и бросила за окно ему вслед.
– Избалуешь мне животное, – проворчал Шибаев, закрывая окно. – Он теперь будет все время мясо требовать. Кстати, я тоже умираю с голоду!
Они сидели за столом и ели ветчину с хлебом и маринованными огурцами, пили красное вино, наливая в чашки – рюмки забрала Вера – из длинной, необычной формы бутылки, похожей на колбу, закусывали паштетом и маслинами и поминутно смеялись. Им все казалось невероятно смешным – и то, что Шибаев уронил маслину на пол, а она покатилась, как живая, под стол, и то, что свежий хлеб не хотел резаться, а сминался и хрустел корочкой, и то, что Шибаев закашлялся, подавившись. Инга хлопала его по спине ладонью и приговаривала:
– Ах ты, жадина! Совсем как Шпана! Сейчас я тебя тоже в окно!
Они сидели почти обнаженные, и это воспринималось ими как должное. Они не стеснялись друг друга, и казалось, были знакомы вечность.
Потом они долго пили чай, после чего вернулись в постель. И только под утро наконец уснули.
Утром Шибаев, стоя в дверях ванной, наблюдал с радостным чувством, как Инга красилась. Каждое ее движение было полно прекрасного смысла. Вот она повернула голову слегка вправо, рассматривая себя в зеркале, и что-то отозвалось в нем. Он шагнул вперед и…
– Остановись! – умоляюще воскликнула Инга, протягивая к нему руки ладонями вперед. – Мне действительно нужно домой. Там уже бог знает что думают. Я вернусь, честное слово, только захвачу свои вещи. И почищу зубы!
– Я поеду с тобой! – Он боялся, что она исчезнет, и отмечал это свое чувство, оказавшееся таким же новым для него, как и все, что между ними произошло, и с удивлением прислушивался к своим словам. Да что же это с ним такое творится?
– Хорошо, – смирилась она. – Посидишь в машине. Я недолго.
Глава 3
Оперативная информация и оперативные раздумья
Шибаев, прикидывая, с чего начать новую страницу в своей карьере, и испытывая удовлетворение от неоформившейся еще мысли, что, возможно, ему удастся избежать слежки за очередной неверной женой или загулявшим мужем, если он переквалифицируется, неторопливо набирал номер своего бывшего коллеги, тоже капитана, Олега Владимировича Трефилова, известного в отделении как Димыч, или Тротил, знатока всех цеховых слухов и сплетен.
– О, какие люди! – обрадовался Трефилов, сразу же узнав его. – А мы тут тебя недавно вспоминали. Где, думаем, Ши-Бон теперь обретается? Частным извозом занялся, слух прошел?
– Так точно! – рявкнул Шибаев. – А у вас что? – Говорить о себе ему решительно не хотелось. Кроме того, он был уверен, что Димыч и так все о нем знает.
– Николаев тебя видел в ресторане с шикарным бабцом. Ты что, снова подженился? – Тротил не позволил сбить себя с мысли.
– Нет, это просто клиентка, – ответил скромно Шибаев, прекрасно зная, что за этим последует.
– Клиентка? – преувеличенно поразился Димыч. – То есть рядовая обычная клиентка, каких много? Ну, полный абзац! Нам бы таких! Слушай, а помощник тебе не нужен? Я вполне мог бы помочь с клиентками в свободное от работы время, а то вкалываешь тут без продыху, а толку никакого. Или у тебя всего одна?
– У меня их много. Я подумаю, – пообещал Шибаев.
– Подумай! А вообще как житуха?
– Да как тебе сказать… По-разному.
– А у нас тут поговаривают, что Баскова забирают на повышение, а к нам переводят из города… Угадай кого?
– Теряюсь в догадках.
– Павлюка!
– Гришу Павлюка?
– Ну!
– Он неплохой мужик, – осторожно сказал Шибаев.
– Очень неплохой, – согласился Димыч. – Мы тут все прямо не нарадуемся.
Полковника Павлюка не любил никто за мелочность, придирчивость и злопамятность.
– Димыч, я хотел тебя кое о чем спросить…
– Я думал, ты соскучился по старому другу, а у тебя шкурный интерес. Очень ты все-таки изменился, господин Шибаев. Конечно, конь свинье не товарищ, и клиенты у тебя крутые, – Димыч любил потрепаться, – и начальства над тобой нет, ты сам себе хозяин, и тебе без разницы, что у нас кардинальные перестановки в бюрократическом аппарате…
– Почему все равно, очень даже… сочувствую, – сказал Шибаев.
– Я вас слушаю, – официальным тоном заявил Димыч. – Давайте свой вопрос.
– Тут одна моя знакомая попросила узнать насчет сестры – та уехала из дома и пропала. Зовут Елена Савенко, двадцать лет. Неудобно было отказывать, сам понимаешь… Поможешь по старой памяти?
– Твоя знакомая? Из ресторана?
– Нет, – Шибаев решил быть терпеливым и нежным с Димычем, – другая. Из Липовцев. Их у меня пруд пруди.
– А у нас она была? А то привыкли, понимаешь, все по блату! – строго спросил Тротил.
– Была. Ей предложили подать заявление по месту жительства. Вам лишь бы спихнуть потерпевшего.
– Ты же сам знаешь наши порядки. Правильно ей предложили. У вас все?
– Не все.
– Так я и думал. Давайте ваш следующий вопрос.
– Все тот же. Меня интересуют неопознанные трупы молодых женщин за последние два месяца.
– Ты что, думаешь, эту дивчину…
– Ничего я не думаю. Начинать все равно с чего-то надо. Сделаешь?
– Сделать все можно… – Димыч выразительно замолчал.
Шибаев тоже молчал, зная, что его не стоит понукать.
– А знаешь, что полагается за разглашение секретной оперативной информации постороннему лицу?
– Вышка! Если повезет – четвертак без права переписки, – сказал Шибаев и добавил: – За очень секретную. За несекретную – меньше.
– Ну и жук ты, Шибаев! Секретная – несекретная! У нас несекретной информации не бывает. А благодарность?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
