По какой причине рушатся финансовые рынки, экономисты пытаются понять многие десятилетия. Приходят к выводу, что паника на бирже – всегда следствие определенной цепи событий. Сначала в экономике происходит мини-революция. Хорошо развивающиеся отрасли или новые технологии привлекают инвестиции. Поверив в их коммерческий потенциал, биржевые игроки вкладывают в них деньги. Акции стремительно растут в цене. Инвесторы очень много зарабатывают. Многие спешат приобщиться к этому счастью. Берут кредиты и приобретают перспективные бумаги. Они покупают акции задорого в надежде, что те еще вырастут. Видно, как надувается мыльный пузырь. Люди теряют здравый смысл. Они боятся упустить возможность заработать. Так вздулся мыльный пузырь на рынке недвижимости Соединенных Штатов. Чем дороже становилась собственность, тем больше было покупателей.
И тут все рушится.
Как это происходит?
Сравнительно малозначимое событие подрывает доверие к ценным бумагам. Тонко реагирующие на малейшие колебания настроений биржевики начинают их сбрасывать. Возникает паника. Цена бумаг стремительно падает. Инвесторам нужны деньги, чтобы вернуть кредиты. И они распродают по дешевке свой запас акций, или, как говорят умные люди, инвестиционный портфель. Кто не успел продать по приличной цене – разорился.
В кризис 2008 года люди не смогли выплачивать ипотечные кредиты и лишились жилья. Растаяли деньги, отложенные на образование детей. Многие потеряли пенсионные накопления. Обида и горечь проигравших и разорившихся трансформировались в ненависть к банкирам, банкам, биржам и биржевикам. Эти настроения выразил режиссер Оливер Стоун в фильме «Уолл-стрит». Главного героя блистательно сыграл талантливый Майкл Дуглас и получил «Оскара» за лучшую мужскую роль.
Герой фильма, миллионер, посвятил жизнь зарабатыванию денег и ни перед чем не остановится, движимый своими амбициями. Дело не в деньгах. Они уже не так интересны – после того, как заработана достаточная сумма. Он без ума от самого процесса. Предвкушение большой игры рождает в нем вдохновение, подпитывает его энергией. Он беспощаден. Своим фильмом Оливер Стоун целил даже не в финансистов, нарушающих закон, а в саму систему, которая их порождает и дает им возможность процветать.
Девятиминутный монолог героя Майкла Дугласа о том, что «жадность – это хорошо», напоминает реальную речь одного миллиардера, которого арестовали за незаконные сделки. Он говорил:
– Алчность – это хорошо… Алчность работает… Алчность – это правильно.
Такие настроения сыграли важную роль в президентской кампании 2016 года, когда избиратели выступили против истеблишмента, политиков и богачей. Но поразительным образом выразителем этих чувств стал миллиардер Дональд Трамп. В 2008 году он тоже понес серьезные убытки. Но сумел вернуть потерянное. А вот те, кто не сумел подняться, утратили уверенность в себе и в 2016 году проголосовали за Трампа.
Избежать биржевых кризисов невозможно, потому что на бирже очень многое зависит не только от логики, но и от интуиции, настроений и эмоций. Один из ученых установил, что в погожий солнечный день биржевые индексы будут расти, а в плохую, когда небо затянуто тучами, скорее всего, начнут падать. И в самом деле, многое зависит от настроения брокеров. В хорошую погоду они верят в лучшее.
Биржевые игроки – волки-одиночки, но они следуют стадному чувству: покупают то, что покупают другие, и продают то, что другие пытаются спустить. Они охвачены страхом остаться в одиночестве и промахнуться. В решающие минуты руководствуются не своим опытом и знаниями, а бегут за толпой. Поэтому акции так стремительно поднимаются в цене. И так же резко падают. И хоронят под собой многих игроков. Верх берут самые обычные человеческие эмоции, хотя в их распоряжении профессиональные финансовые аналитики, знатоки рынка…
Вот отчего государство нуждается в институтах, регулирующих рыночную экономику. Создать фондовую биржу можно одним росчерком пера, а вот создать комиссию, которая следит за работой биржи, – это требует времени, и немалого. Постоянно идет устрожение правил – контроль над продажей ценных бумаг. Вводятся правила, требующие раскрывать детали сделок, регулирующие деятельность финансовых институтов и рискованные операции. Потому что биржа, что бы ни говорили о биржевиках, – необходимая часть мировой экономики. Без биржи экономическое развитие остановится.
На Уолл-стрит деньги – это власть. На Уолл-стрит прошлые достижения никто не помнит. Вы хороши, если добились успеха. И чужая удача никого не радует. Однажды, выступая по телевидению, Дональд Трамп произнес монолог в дарвинистском духе – насчет того, что выживает сильнейший:
– Нью-Йорк – мой город. Здесь колеса мировой экономики никогда не останавливаются. Этот город не дает бизнесу замереть. Манхэттен – крутое место. Настоящие джунгли. Если вы неосторожны, вас разжуют и выплюнут. Но если вы вкалываете по-настоящему, можете выбить свое!
Это монолог не о деньгах. Деньги – инструмент. Главное – пробиться, прорваться на самый верх. Дональд Трамп воспринимает себя как воина. Определяющие успех качества – мужество, дисциплина и владение боевыми искусствами. В широком смысле этого слова. За все, что имеет значение в жизни, надо сражаться. Если возникает проблема – ее надо решить любым образом. Самая большая опасность – показать свой страх. Все это и понравилось американцам: наконец-то у нас в президентах настоящий мужик, у которого хватает характера делать то, что надо!
Дональд Трамп – крупный и амбициозный игрок. Он уверен в себе, жесток, холоден и хладнокровен. На язык острый как бритва он дает ответ раньше, чем прозвучал вопрос. И под рукой всегда нож, которым он готов вырезать свои инициалы на теле поверженного врага.
И все-таки: что помогло ему выиграть? Слабость соперника? Или его собственные достоинства?
Ошеломляющая неудача Хиллари Клинтон
В Белом доме в двери, которая из приемной ведет в Овальный кабинет, есть потайное окошко. В него заглядывают, когда к президенту приходят посетители, чтобы знать, как идет беседа, и не пропустить момент, когда она заканчивается.
В 1984 году в Овальный кабинет к Рональду Рейгану пришел советский министр иностранных дел Андрей Андреевич Громыко. Помощники попросили Рейгана обсудить с Громыко один важный вопрос, когда они на короткий момент останутся вдвоем перед обедом. И действительно, два джентльмена что-то коротко обсудили, причем оба согласно кивнули. После обеда американцы спросили советских дипломатов, каким же будет их ответ на заданный вопрос. Но гости даже не понимали, о чем их спрашивают.
Тогда заместитель госсекретаря поинтересовался у охранника, который через потайное окошко наблюдал за происходящим в Овальном кабинете, что же там происходило. Выяснилось, что Рейган, которому было семьдесят три, спросил Громыко, которому было семьдесят пять, не желает ли министр воспользоваться президентским туалетом перед обедом. Громыко с удовольствием принял предложение. Он зашел первым, его примеру последовал Рейган. Они вымыли руки и в неплохом настроении отправились обедать.
Но полностью Овальный кабинет не просматривается. Поэтому сотрудники секретной службы могли только догадываться, что там происходило, когда президент Билл Клинтон и стажер аппарата Белого дома Моника Левински оставались наедине.
– Это были настоящие любовные отношения, по крайней мере с моей точки зрения, – рассказала недавно Моника Левински. – Нас связывала эмоциональная интимность. Мы часто встречались, болтали по телефону, обменивались подарками, строили планы.
Рядом с рабочим кабинетом – комната отдыха. Ее оборудовали еще для президента Дуайта Эйзенхауэра после того, как у него начались проблемы с сердцем, чтобы он мог прикорнуть среди дня. Там же расслаблялся и Билл Клинтон. Дремал. Слушал музыку. И раз десять вступал в интимные отношения с Моникой Левински.
– Я глубоко сожалею о том, что произошло между мной и президентом Клинтоном, – говорит Моника Левински. – Действительно сожалею. Я была слишком молода, чтобы осознать реальные последствия наших отношений и чтобы предвидеть: меня принесут в жертву во имя политической необходимости. Я оглядываюсь назад и не могу поверить: о чем я тогда думала? Я бы отдала все, чтобы вернуться в прошлое. Я бы поступила иначе.
Эта история не ушла в прошлое. Она возродилась во время выборной кампании 2016 года. Хиллари Клинтон, жена бывшего президента Соединенных Штатов, считалась очевидным победителем. Она возвышалась над остальными кандидатами, как статуя Свободы над Нью-Йоркским заливом. На ее стороне: стопроцентная узнаваемость, способность мобилизовать на избирательную кампанию 100 миллионов долларов, внимание прессы. На мероприятия с ее участием меньше ста журналистов не собиралось. Плюс эмоциональная поддержка женского населения страны.
