солдаты. Во всяком случае, не закаленные в боях ормхеймцы. Потому и выехали на поляну, толком не таясь. Видны теперь — как на ладони.
Грегори осторожно тронул каурого, подав Белле знак держаться позади. Послушалась бы еще!
Вит — свой, но вот незнакомый парень с ним… Еще пальнет с перепугу!
Хорошо, что Витольд вырвался из эвитанской западни. Но, во имя Творца, где Александра⁈ Неужели осталась там⁈ В плену или…
Подъехать незамеченным удалось почти вплотную к поляне. Осталось только морду конскую из кустов высунуть. Пусть поприветствует физиономии других коней. С расстояния в три корпуса. Ближе не получится.
Повезло вам, ребята, что в кустах — ни одного вражеского стрелка.
— Вит.
Обернулись оба, Витольд — быстрее. И за оружие схватился на пару мгновений раньше. Значит, его спутник — и вовсе необстрелянный. На вид — совсем мальчишка, но Конрад Эверрат в эти годы уже был мастером клинка. Выигрывал у Грегори три раза из пяти. А иногда и четыре из шести.
— Леон, это — свои.
Леон? То-то парень смутно кого-то напомнил. Вот кого!
Что здесь делает сын Эдварда? И где сам лорд? Его же простили, позволили вернуться домой…
— Грегори, что ты здесь?.. — переключился Вит на Ильдани. — Белла⁈
— Некогда, уезжаем! Все разговоры — по дороге. — Грегори привычно потянулся к поводу… но Арабелла и сама пришпорила коня. Первой.
Спорить и скандалить при Вите и незнакомце не собирается — уже хорошо.
— Мое почтение прекрасной Арабелле! — прямо в седле отвесил галантный полупоклон Витольд.
Глава 5
Глава пятая.
Аравинт.
1
Леон предпочел бы сейчас оказаться как можно дальше. От всего! Уж точно — от смертельно опасной скачки через лес. И от армии мародеров позади — до боли напомнившей такую же в Лиаре!
А еще — от странно неправильной ситуации. Леон слишком устал. Он больше не хочет и не может убегать, прятаться, дрожать за свою жизнь! С него хватит!
В Аравинте их с Витом должны были ждать друзья, покой и отдых. А вместо этого юный лорд Таррент угодил во второй Лиар! Только здесь — не приходится ждать помощи отца, который пусть с опозданием, но придет за сыном. Спасет!
Угрюмый темноволосый парень оказался принцем Грегори Ильдани. Это из-за него отец погубил всю семью? Его собирался садить на трон? Да даже из Леона король получился бы лучше.
А девчонка с упрямо сжатыми губами — принцесса Арабелла. И это тоже — совсем неправильно. Потому что принцессы не убегают из дому. И не ведут себя так, что Ирия обзавидуется.
Лиар и Аравинт — что изменилось? Безжалостное прошлое нагнало и дружески хлопнуло по плечу. Опять — армия, опять — мародеры. Теперь Леона схватят и снова повезут в Лютену! Плаха, топор, смерть…
Нет! Не может быть, чтобы всё закончилось вот так! Живут же мерзавцы, подлецы, негодяи, шлюхи, бесчеловечные матери, взбалмошные эгоистичные девицы! Живут даже дряхлые, больные старики. Так почему именно Леон должен умереть так рано⁈
А может, он уже сошел с ума? И этих последних лет кошмара просто не было? И все они — отец, мать, Эйда, Иден, даже Ирия — по-прежнему живут в Лиаре? Одной пусть не самой лучшей, но семьей. И это — тот самый год, только восстание не захлебнулось в крови. Сейчас — лето. Летом и в Лиаре не бывает снега. Разве что в самые холодные годы.
И дождь там льет чуть не каждый день. А порой — и сутками напролет.
Где-то жив отец, и он не пришел сдаваться. Потому что проклятый Тенмар все-таки вывез их из Лиара. И сын Эдварда Таррента теперь скитается по лесам с самой зимы. Его не захотел укрыть у себя дядя. Ив Кридель ведь не присоединился к восстанию. Дядя предал семью сестры. Собственное спокойствие ему дороже…
— Что с тобой. Леон? — бледное-бледное лицо Витольда.
Конечно, с чего ему быть румяным? Их же ищут каратели Бертольда Ревинтера!
Да что происходит⁈ Юноша отчаянно затряс головой. Деревья кривляются в издевательском танце. Насмешливо выгибают черные стволы в зеленом мареве листвы.
— Леон? С тобой всё…
Нет, он не сошел с ума. И это — не Лиар! С чего бы там оказаться принцу Ильдани? Да еще и с принцессой (или все-таки герцогиней?) Арабеллой? Этой странной взбалмошной девицей? Не приволок же их Тенмар с собой…
А если они только мерещатся? Такое ведь тоже бывает. С рехнувшимися…
Дорога не собиралась заканчиваться. Ни после полудня, ни вечером. Уходили на рысях, привалов не делали. И под конец Леон уже мало что соображал.
Кажется, его коня порой брали в повод. Кажется, Витольд. И, кажется, сначала он еще твердил свое: «Что с тобой, Леон?» Потом — перестал.
Потому что с ним — всё плохо. Просто паршиво. Невыносимо!
А проклятая зелень всё плыла и плыла перед больными глазами. Пока не размахнулась и не врезала Леону в лицо…
2
Мокрое. Холодное. Течет. Со лба к вискам. И от ледяной воды бьет озноб!
Леон потянулся к проклятой, набухшей сыростью тряпке. Не открывая глаз — потому что это очень больно! Очень.
Что-то жесткое колет снизу. Будто еловый лапник накрыли плащом. Но хоть сухим!
А сверху — плащ. До самой шеи. Такой тонкий — совсем не спасает от холода. Зато — тоже высушенный.
— Очнулся! — голос Витольда. Кажется, обрадованный.
Это — Аравинт. Опять он. Мокрый, промозглый, опостылевший до вечной боли в висках.
И сейчас Леона заставят вновь куда-то ехать — сквозь режуще-зеленый туман.
Нет!
Какое серое небо… В красных крапчатых пятнах. Густых, тяжелых.
— Леон, извини, ладно? — Вит склонился над ним, виноватое лицо заслонило мрачную серость. А пятна остались. — Я не подумал, что ты совсем недавно был ранен…
Вот именно! А его — по лесам таскают… По сырым!
— Прости. Ты как?
— Плохо! — простонал Леон.
— Нам нужно передохнуть подольше. Леону совсем худо. Он не может ехать.
— Вит! — Это принц Грегори. — Мы и так застряли почти на сутки. Еще немного — и нас обойдут даже гуговцы. Угодим в кольцо. Ты хочешь в плен? Я — нет, а Арабелла — тем более.
— Грегори, прости, но ранен — не ты!.. — осекся.
Почему?
— Вит, ты забыл⁈ — А эти злые нотки — принцессы. Которая Арабелла. И еще хуже Ирии. — Когда Грегори был ранен — его везли, привязав к седлу! Со свежими ранами. Истекающего кровью!
— Белла… — Опять принц. Заскромничал? Небось, на самом деле девчонка преувеличила втрое. Если не вчетверо. С
