тумана времен.
В этот час престол также не пустовал. Сидевший на нем человек зримо напоминал Яниэра, только, если Элиар не ошибался, был старше на четырнадцать лет. По сравнению с Совершенными не слишком высокий, как и младший брат, однако телосложением крепкий, с первого взгляда он производил благоприятное впечатление. Разве что излишне строгое выражение глаз подспудно настораживало.
Перед ними был Яргал, владетель Ангу и отдаленный потомок Призрачного жреца.
Яниэр низко поклонился и произнес подобающие случаю слова приветствия на северном наречии, прибавив к имени брата почтительный суффикс. Из доклада Шандора Элиар уже познакомился с некоторыми обычаями северян и знал, что после восшествия на престол к имени новопровозглашенного владетеля Севера традиционно добавляется статусный суффикс — фар’и.
Яргал молча выслушал приветственную речь и кивнул. Установилась тревожная тишина — должно быть, присутствующие в полной мере прониклись важностью исторического момента. В целом, мысленно успокоил себя Элиар, пока все шло по протоколу, без инцидентов.
По случайному и несчастливому совпадению начало их похода выпало на день рождения Яниэра. Когда, еще до восхода солнца, они покинули Ром-Белиат, Первому ученику сравнялось двадцать шесть лет, двадцать из которых он не бывал в Ангу и не видел родных. За эти годы, посвященные ученичеству в храме Закатного Солнца, отец его успел состариться и недавно скончался, старший брат взошел на престол, а сестра из маленькой девочки превратилась в настоящую красавицу.
Присутствующая на приеме Янара, сестра-близнец Яниэра, чуть зарделась от мимоходом брошенного на нее проницательного взгляда Видящего. Она была как две капли воды похожа на Первого ученика, а потому, несмотря на утонченную красоту, сразу не понравилась Элиару.
Тем временем Яниэр принялся представлять своему царствующему брату прибывших вместе с ним иноземцев. Яргал, как и подобает правителю, оставался величествен и бесстрастен, холодно взирая на них с недосягаемой тронной высоты.
Одним из первых Яниэр произнес его собственное имя и титул Стратилата. Элиар флегматично склонился в поклоне и сухо пожелал Яргалу долгого и мирного правления, разумеется, ни на мгновение не веря в то, что говорит. О мире им всем очень скоро останется только мечтать.
— Это то, чего я желаю больше всего, — неожиданно подал голос Яргал, пристально глядя на Элиара. Таковы были первые слова владетеля Ангу. — Однако, сдается мне, вы явились отнюдь не для мира. Напротив, вы явились принудить нас вступить в войну и ввергнуть мир в разрушение и беспорядок, какого он давно не знал. Это тяготит мое сердце и мой разум.
Элиар замешкался от подобных откровенно враждебных речей. Свободомыслие и самонадеянность Яргала неприятно поразили его. Раб не имеет права рассуждать о действиях хозяина — это Элиар уяснил и хорошенько прочувствовал на себе, долгие годы притворяясь тем, кем ему не стать никогда… даже внутренне не решаясь признать свою чужеродность.
Неприсоединившийся город, пусть больше и формально, но принимал протекторат Ром-Белиата. Так почему же владетель Ангу сейчас, в присутствии своих приближенных и высокого посольства Ром-Белиата, позволяет себе открыто усомниться в намерениях Запретного города и истинных целях их визита?
Не измыслил ли Яргал пойти на попятную, не вздумал ли открыто отказаться от союза?
Какая опасная бессмыслица…
— Длительным и драгоценным годам мира всегда предшествует большая война, — аккуратно вмешался Яниэр, который тоже казался встревоженным неоднозначной репликой старшего брата. — Война помогает установить новый порядок. Разрушая исчерпавшую себя порочную систему, война создает на ее месте новый мир.
— Такой, каким его захотят видеть победители, — веско вымолвил Яргал, по-прежнему не отводя от Элиара льдисто-голубого взгляда.
— Именно так, достопочтенный Яргал-фар’и, — с готовностью подтвердил Яниэр, не сразу уловив, как двусмысленны его слова.
По тронному залу разнесся приглушенный ропот.
И это уже выходило за рамки протокола.
Элиар не на шутку обеспокоился. Все это до крайности похоже на нарушение союзнических обязательств. На предательство. Не начал ли владетель Ангу свою собственную игру? Не ведет ли за их спиной тайные переговоры с Бенну? Если так, почему ему, главе Тайной Страты, об этом ничего не известно? Возможно ли, что посланцы Игнация успели побывать здесь совсем недавно, незадолго до них?
— Не мне говорить вам о том, — с нажимом продолжил свою мысль Яргал, — что старая, построенная Совершенными система мироустройства, основанная на процветании Лианора за счет ресурсов Материка, изжила себя и не может более существовать. Совершенные не смеют и дальше паразитировать на порабощенных ими народах! И без того они много веков живут лучше, чем заслуживают. Этот опостылевший порядок давно заслуживает гибели.
— Человек не может управлять человеком, — не желая утрачивать контроль над ситуацией, терпеливо заметил Яниэр в ответ на эту гневную тираду. — Совершенные неустанно заботятся о низкорожденных, делятся мудростью и направляют на правильный путь.
— Так ты оправдываешь тиранию своих господ, Янис Лльен? — Яргал бросил на брата полный нескрываемого презрения взгляд.
Элиар застыл на месте, впервые услышав диковинное северное имя, полученное Яниэром при рождении. Он знал, что, как и его самого когда-то, Красный Феникс лишил Первого ученика личного имени и, утверждая власть Учителя, даровал новое на языке ли-ан. Яниэр был тогда совсем мал. Возможно, Учитель не хотел слишком травмировать ребенка, и без того навеки оторванного от дома, а возможно, имелись иные причины, но он выбрал новое имя, весьма созвучное со старым. На древнем языке ли-ан оно означало «Белая магнолия белее облаков». Красивое и изысканное значение и, действительно, как нельзя лучше подходящее Первому ученику.
Но сейчас Яргал прилюдно назвал Яниэра старым именем, и это прозвучало как вызов, как игнорирование законной власти Учителя над своим учеником. Назови кто-то Красного Волка Райаром после семи лет, проведенных в Ром-Белиате, пожалуй, он и сам был бы ошарашен. Прежнее имя осталось в прежней жизни, к которой нет возврата. Наверное, сейчас даже отец или брат не осмелились бы обратиться к нему так при встрече. А вот Яргал осмелился.
Яниэр также замер и ощутимо напрягся, не зная, как следует реагировать, но все же сумел взять себя в руки.
— Это не тирания, — спокойно пояснил он. — Преклонение перед более совершенной цивилизацией естественно и разумно для выживания народов. Люди нуждаются в руководстве Совершенных, чьи знания глубоки, а воля является выражением священной воли небожителей…
— Нуждаются? — с недоброй гримасой переспросил Яргал. — Веками Лианор насаждал свою власть огнем, сталью и кровью, не заботясь о нуждах тех, кого среди Совершенных презрительно именуют низшими.
При этих горьких словах последние сомнения Элиара в намерениях владетеля
