Как же она соскучилась по обычной еде! Оказывается, как мало надо человеку для счастья! Снова почувствовать знакомый с детства вкус. За бананом Зоя выудила из холодильника землянику, сыр и вакуумный пакет, в котором было нечто, похожее на мясо. Вскрыв упаковку найденным на столешнице ножом, девушка понюхала содержимое и застонала.
Мясо!
Для полноты картины не хватало вина. А что? У нее стресс, и алкоголь точно не помешает.
Вино тоже легко обнаружилось, причем открытое. И Зоя, наплевав на правила приличия, сделала несколько жадных глотков прямо из горлышка. Вот теперь совсем лепота! Налив в бокал янтарной жидкости, девушка вернулась к столу.
– Ой, а что вы тут делаете? – Мягкий голос заставил Зою вздрогнуть, и она едва не подавилась.
Девушка резко обернулась и увидела в дверях высокую полную женщину с добродушным лицом. В устремленных на нее глазах не было осуждения или презрения. А это уже дорогого стоило!
– Ем, – смутившись, ответила Зоя.
– Так вам же еду понесли в комнату. – Женщина прошла внутрь и встала напротив нее.
– Я только что из комнаты и, как видите, голодная.
– Наверное, вы разминулись… Ой, а что это вы пьете? – женщина нахмурилась и суетливо схватила бокал Зои. Принюхалась и взмахнула рукой. – Да вы с ума сошли! Вам ни в коем случае нельзя спиртное!
– Почему? – насторожилась Зоя.
Женщина ей понравилась, и хотелось надеяться, что она окажется человечнее остальных.
– Как почему? Вы собираетесь забеременеть от господина мрасса, употребляя спиртное?! Как так можно, девочка? Пить вино нельзя!
Зоя вскочила на ноги, опрокинув стул, на котором сидела, и уставилась на женщину, словно на сумасшедшую.
– Что… Что вы говорите?.. – в растерянности забормотала Зоя.
– Вы ведь ширас? – уточнила кухарка.
– Я Зоя. Но в этом доме меня предпочитают называть ширас, – и столько отчаяния прозвучало в ее голосе, что женщина поморщилась.
– Тогда вы должны были знать, что…
Зоя вскинула руки, призывая ее остановиться.
– Не надо! Ничего не говорите! Пожалуйста… Иначе я… Иначе он…
Она не договорила и сорвалась с места.
Где ОН? Где этот мерзавец?
Часто дыша, Зоя заметалась по огромному особняку. Сердце едва не выпрыгивало из груди, в висках стучало, тело сотрясала мелкая дрожь. Не обращая внимания на то, что оставалась босой, Зоя побежала вверх по лестнице. Если она хоть что-то понимает в расположении комнат, то апартаменты господина мрасса должны располагаться на втором этаже.
– Варшавский! – закричала она.
Девушка поочередно распахивала двери, не задумываясь о последствиях. Дыхание участилось, ноги налились свинцом, но она гнала себя дальше и дальше. В глазах помутилось, замелькали черные мушки.
Неизвестно, чем бы закончился забег, если бы, распахнув четвертую дверь, она не увидела обнаженного мрасса, методично растирающего широкую спину махровым полотенцем.
– Что ЭТО значит?! – воскликнула Зоя, упираясь рукой в дверной проем.
Со стороны они выглядели двусмысленно. Он, полностью обнаженный, лениво обматывающий полотенце вокруг бедер. И она, в одном нижнем белье, нервно поправляющая покрывало, которое чудом умудрилась не потерять, метаясь по дому.
– Тебя не приглашали, – его равнодушный голос произвел эффект холодного душа.
– Да, меня не приглашали, – Зоя не собиралась сдаваться и останавливаться на полпути. Хватит! С нее достаточно! Она намерена получить ответы на свои вопросы! – Я сама пришла! Или к вам надо записываться, чтобы соизволили принять?
Завязав полотенце на узких бедрах и развернувшись к ней полностью, Юлиан скрестил руки на груди, демонстрируя недовольство.
– Ты можешь посещать мою комнату лишь по приглашению, – расставил он акценты.
Но не тут-то было!
– Да неужели? – ехидно заметила Зоя. – Уж не для того ли, чтобы понести от вас?
Она сознательно использовала грубое, больше применимое к животным, слово «понести».
– Вижу, что тебя просветили. Хоть кто-то справляется со своими обязанностями, – казалось, ничто не в состоянии вывести его из кокона высокомерия.
Ни один мускул не дрогнул на лице мрасса, глаза оставались холодными. Лишь развитая грудная клетка ритмично опускалась и поднималась.
– Вы… вы… – начала Зоя, но осеклась. Пришлось перевести дыхание, настолько сдавило горло. В груди появилась знакомая боль, отдающая в сердце. – Вы чудовище! И ваш мир чудовищен! Неужели вы пробуждаете девушек, чтобы они рожали вам детей? Обычные женщины не подходят? Или вы настолько противны вам подобным, что никто не соглашается стать матерью вашего ребенка?!
– Замолчи, – последовал короткий приказ.
– Хрен вам! – Зою понесло. – Я не собираюсь молчать! И не затыкайте мне рот! Вы промахнулись, выбрав меня! Вернее, нет, не так! Вы же заплатили за меня? Много?! Судя по вашему статусу, очень много! Только зря, господин мрасс, – его статус она произнесла с отвращением, не скрывая эмоций. – Я не собираюсь от вас рожать! Я не собираюсь вас к себе подпускать! Я не позволю вам к себе прикоснуться!
Зоя даже не поняла, когда он оказался рядом.
Рывок – и ее впечатали в стену, ощутимо ударив головой.
А к полуобнаженному телу прижалось стальное обнаженное мужское.
– Только я решаю, что ты позволишь, а что нет! – Горячее дыхание обожгло щеку, ввергнув Зою в шоковое состояние. Если раньше девушку сотрясала мелкая дрожь, то теперь она стала задыхаться.
Сам факт, что мрасс прикоснулся к ней, почему-то поразил. Ноги перестали держать, и если бы она не была прижата к стене и к мужскому телу, то кулем упала бы на пол.
Что-то пошло не так…
Эта мысль промелькнула в голове, но, не задержавшись, исчезла.
У Зои сейчас были проблемы поважнее.
– Да что вы говорите! – бушевала она и, не придумав ничего лучшего, подняла колено, желая ударить мрасса в пах. Так сильно, чтобы его скрючило от боли.
И этому порыву не позволили осуществиться. Мрасс умело ушел от удара, прижав девушку сильнее, едва ли не расплющивая о стену и лишая возможности дышать.
– А будешь драться, приглашу медбрата, чтобы угомонил! – яростно прорычал Юлиан. Впервые за время их недолгого знакомства на его лице, кроме скуки, отразилась хоть какая-то эмоция, пусть и негативная.
При упоминании о медбрате и психотропных препаратах Зоя притихла. Но ненадолго. Ее хватило ровно на десять секунд, после чего она снова взорвалась:
– Да что вы творите?! Думаете, я вещь, которой можно распоряжаться? Ширас – женщина-инкубатор? Так? Почему вы молчите?
К гневу примешивалось бессилие. Зоя смотрела в темные глаза мужчины, и в глубине души зарождался страх. А он не шутит, когда говорит, что она в его власти. Он ее купил.
