– Вы? – с явной неприязнью в голосе произнесла девушка. – Мне следовало бы догадаться.
Достопочтенный Фредерик Станден был слегка озадачен. Видно было, что мисс Чаринг неприятно удивлена тем, что застала его в этом месте. Он, решив объясниться, заметил:
– Но меня ведь пригласили вы, Китти.
– Я была о вас лучшего мнения, – трагическим тоном заявила мисс Чаринг.
– Неужели? – удивился мистер Станден, ежась от порыва ворвавшегося в комнату холодного ветра. Его взгляд, подобно настороженному зайцу, скользнул по столу, словно джентльмен надеялся найти там хоть какое-то объяснение. – Вы же знаете моего двоюродного деда. Он ужинает в пять вечера, по крайней мере ужинал, когда я здесь был в прошлый раз. Я решил зайти сюда перекусить.
– Вот, значит, как, – состроив презрительную гримаску, произнесла мисс Чаринг. – Мне нет никакого дела, где вы ужинаете, Фредди, но то обстоятельство, что вы приняли приглашение приехать в Арнсайд-хаус, не делает вам чести. Не то чтобы я когда-либо питала иллюзии на ваш счет. Вы, пожалуй, не лучше, а даже хуже нашего Долфи.
Пытаясь разобраться в происходящем, мистер Станден еще раз попробовал внести хоть какую-то ясность.
– Вы слишком ко мне строги, Китти, – сказал он. – У бедолаги явно не все дома.
Тут до него дошло, что присутствие при их разговоре излишне любознательного мистера Плакли представляется нежелательным, поэтому джентльмен без обиняков попросил хозяина покинуть комнату, что тот и сделал скрепя сердце.
Мисс Чаринг, разделявшая страсть своей гувернантки к романтической литературе, хотела было застыть на пороге, приняв позу уязвленной добродетели, но, соблазненная исходящими от очага волнами тепла, уселась подле камина на деревянную скамью с высокой спинкой, развязала шнурки плаща, откинула капюшон со спутанных волос и протянула озябшие руки к языкам пламени.
– Я понял, – сказал мистер Станден. – Вы просто замерзли. Бросьте на меня дуться и выпейте немного бренди.
Мисс Чаринг с презрением отвергла его предложение.
– Не стоило утруждать себя и ехать сюда из самого Лондона. Это пустая трата времени, уверяю вас, – заявила она.
– Мне тоже так кажется, – сказал Фредди. – Очередная причуда старика. Надеюсь, он здоров?
– Нет. Доктор Фенвик говорил, что его желудок можно вылечить с помощью магнетизма и теплого эля, но пока что опекуну становится хуже с каждым днем. По крайней мере он ежедневно нам это твердит и считает, что мы все сговорились его уморить.
– А как подагра? Хуже? – озабоченно спросил мистер Станден.
– Хуже.
– Пожалуй, вы правы. Я допустил ошибку. Мне не следовало приезжать. Думаю, одну ночку я как-нибудь перетерплю, а затем уж, рано утром, отправлюсь в Лондон. Как ни прискорбно, старый джентльмен недолюбливает меня. Если у него разыграется подагра, боюсь, мое присутствие рядом с ним лишь усилит его ипохондрию. К тому же он не позволил мне взять с собой слугу. Это весьма неудобно. И дело не только в моих шейных платках и галстуках, уверяю вас. Иклсхем мне их просто подает. Я больше беспокоюсь о моих сапогах. В прошлый мой визит слуга, который чистил их, был нерадив и оставил на отвороте одного из них здоровенный отпечаток большого пальца. Право слово, Китти, это произвело на меня ужаснейшее впечатление.
– Вы можете хоть сейчас возвращаться обратно в Лондон, – сказала девушка. – Вы и впрямь допустили оплошность, приехав сюда. Зная все сопутствующие обстоятельства, я весьма удивлена вашим приездом.
– Полноте, – отмахнулся мистер Станден. – Я не люблю отправляться в путь ночью. К тому же это не почтовая станция. Здесь никто не согласится поменять мне лошадей… Я должен подумать… Что вы имели в виду, говоря о сопутствующих обстоятельствах?
– Вы ведь богаты, будто… Никак не могу запомнить имя, – сердито сказала Китти.
– Будто золотой раджа, – подсказал молодой человек. – Вот только до его богатств мне далеко.
– Нет. Это историческая личность. Кажется, был такой правитель. Когда люди хотят дать понять, что кто-то безмерно богат, они говорят: богат, как… Не помню…
– И я не помню, – сказал Фредди, – вернее, никогда не слышал. Великолепно бы я выглядел, решись болтать всякую ерунду о каких-то исторических личностях. Китти, глядя на вас, можно заподозрить, что вы перегрелись на солнце.
– На солнце? На дворе снег идет! – воскликнула мисс Чаринг.
– Я тоже не перегрелся, поэтому сегодня в Лондон не поеду. Не то чтобы я не хотел… впрочем, неважно. Все же должен заметить, я не столь богат, как думают некоторые.
– Хотите сказать, вы недостаточно состоятельны и не прочь сделать предложение богатой невесте? – бросив на Фредди слегка пренебрежительный взгляд, поинтересовалась мисс Чаринг.
– Я не собираюсь делать предложение в меркантильных целях, – сохраняя хладнокровие, ответил молодой человек. А потом ему в голову пришла одна мысль и он резко сменил тему разговора: – Китти! А вы, случайно, не подцепили ту хворь? Знаете, о чем я говорю? Сейчас это какая-то напасть. Моя сестра Мэгги целую неделю пролежала в постели, не вставая…
– Фредди! – воскликнула мисс Чаринг, пристально глядя на мистера Стандена. – Разве вы не знаете, зачем вас сюда пригласили?
– По-моему, сообщить нечто важное, но я уверен, что это очередная его блажь.
– Тогда почему вы не приехали вчера, как было оговорено? – наседала на джентльмена Китти.
– Меня в нужный момент не оказалось в городе, – объяснил он.
– Ох, Фредди! Я была к вам несправедлива! – воскликнула Китти, искренне раскаиваясь в своей несдержанности. – Но Джордж, Хью, даже Долфи знали, вот я и решила, будто и вы знаете тоже.
– Что? Неужели все они приехали в Арнсайд-хаус? – изумленно воскликнул мистер Станден.
– Да, они там со вчерашнего дня. Это мерзко, Фредди!
– Господи! Мне следовало об этом догадаться раньше, – впадая в еще большее замешательство, произнес джентльмен. – Если бы мы не встретились, я бы, ни о чем не подозревая, нарвался прямо на них. Знаете, Китти, либо старик валяет дурака, либо у него очередная блажь. С какой стати, спрашивается, собирать всех нас в Арнсайд-хаус? Я не спорю, Хью – умный малый, но от его педантизма и занудства всем становится тоскливо на душе.
– Так оно и есть, – с жаром поддержала его Китти. – К тому же он ханжа, Фредди.
– Ужасный ханжа! Знаете, о чем он сказал мне, когда встретил в прошлый раз в деревне? Он, видите ли, увидел, как я выхожу из «Грейт-Гоу», и начал читать мне нравоучительные проповеди о греховности азартных игр. Можно подумать, я оттуда не вылезаю. Во-первых, это не так, а во-вторых, только исключительный пройдоха или везунчик может себе такое позволить… С какой целью он приехал в Арнсайд-хаус?
– Опекун составляет завещание, – сказала Китти.
– Дедушка и впрямь при смерти?
– Да нет же, но сам-то он вбил себе в голову эту мысль.
– Зачем превращать себя в шута? Не понимаю… – без тени злости в голосе произнес Фредди. – За последние десять лет дедушка только тем и занимается, что умирает. Кому он собрался завещать свои кошельки?
– Мне… но при одном условии.
– А Джеку ничего? – повысив голос, удивился молодой человек. – Это просто неслыханно! Уму непостижимо! Впрочем, я очень рад за вас, Китти! Поздравляю!
– Да, – ответила мисс Чаринг, – но при условии, что я выйду замуж за кого-то из его внучатых племянников. Вот почему, Фредди, вас пригласили в Арнсайд-хаус! Вы должны сделать мне предложение.
Его потрясение превзошло все ее ожидания. Мистер Станден, дотоле изящно восседавший на стуле по другую сторону камина, мигом вскочил на ноги. Дружелюбие сменилось на его лице неподдельным ужасом. Молодой человек застыл, выпучив на собеседницу глаза.
– Что?! – голос его сорвался на крик.
Мисс Чаринг захихикала… совсем неромантично.
Во взгляде мистера Стандена мелькнуло подозрение.
– Послушайте, Китти, – сердито начал он, – если вы собрались меня разыграть… Боже! Мне следовало об этом подумать. Коль он считает, что сможет со мной позабавиться…
