вы делаете свою работу. Просто у предателей судьба такая — их никто не уважает, а по окончании использования выкидывают в мусор.
— А я сразу говорила, что ты умный! — улыбка Вожатой стала еще шире. — У предателей да, судьба незавидная. А у агентов — бывает по-всякому. Вы слишком ценный ресурс, Илья, чтобы вас так запросто слить. Нет, вы и в самом деле станете для нас дорогими гостями, я обещаю! А через две недели отправитесь к Мелькору и будете нам помогать по мере возможности. О записи будут знать только главы причастных к делу Движений и Главный Администратор. Но они будут молчать. И успокоят общественность, это уже их забота.
— А Мелькор? Он не узнает?
— Этот подвал надежно изолирован от ноосферной энергии. Да и Пузырь не всемогущ.
— А это что? Игрушка что-ли? — Илья показал руку с золотым кольцом. — Думаете, когда мы вернемся, кольцо не передаст своему настоящему хозяину о нашем разговоре? И о моем предательстве?
— Я пока не знаю, что это такое, — пожала плечами Вожатая. — Ученые занимаются этим вопросом. Принявшие дар Пузыря спецназовцы с остатком своей группы сидят в отдельном карантине, мы уже провели с ними ряд экспериментов. Кольцо чудесное, я согласна. Его нельзя снять. Разве что вместе с пальцем, но так далеко мы не заходили. Если сильно стараться его сдернуть, оно размягчается, сжимается и уходит в плоть как поплавок в воду, а потом появляется обратно. Некоторые детекторы его не видят, другие видят кусок металла из неизвестного сплава. Соскобы с материала сделать сложно, а если очень постараться отделить микрочастички, то они распадаются почти до атомов разных металлов за считанные секунды. А еще от него фонит ноосферной энергией как от гигантского ультатона. Но я не думаю, что там внутри спрятан диктофон, — уверенно сказала Васнецова. — И не верю в какую-то особую магию. Пузырь играет со своей способностью распоряжаться энергией, видоизменять материю в сложные квазистабильные состояния и материализовывать разных фантомов. Но он не инженер и не ученый, а повелитель призраков. В любом случае, нам придется рискнуть. Ладно, Илья, мы уже давно разговариваем. Давай заканчивать. Ты прочитаешь текст? Или вы отправитесь в клинику? Выбирай!
Илья прикрыл глаза, сидя на стуле и глубоко задумался. В принципе, можно согласиться зачитать текст. Подумаешь, прочитал что-то вслух…считай, легко отделался. Мелькор их и в самом деле почитай что сдал, зачем стараться хранить ему верность? В клинику на опыты отъезжать нет никакого резона. В крайнем случае, по возвращению можно во всем сразу признаться Пузырю и покаяться. Дескать, коммунары нас шантажировали и вынудили наговорить всякого. Может быть, Мелькор им даже ничего не сделает и простит. Казалось бы, ему предлагают легкий выход. Но… это только так кажется.
Не получится легко отделаться. Вожатая знает, что делает. Не бывает так с предательством. Тут один раз оттолкнулся и поехал вниз все быстрее и быстрее. Как на санках с горки, в конце которой обрыв. Вслед за текстом-отречением, от них потребуют одну маленькую услугу, затем другую и уже так просто от сотрудничества не откажешься. Будешь служить, вылезая из кожи вон, двум господам, пока один из них не прибьет. Да и самого себя уважать уже не сможешь. Не вариант. И в клинику тоже не вариант. Значит что? Значит, остался последний шанс. Или пан или пропал, карты на стол!
— Я выбрал, — открыл глаза бывший наемник. — Служить вам не буду, текст читать тоже.
— Ты меня сильно разочаровал Илюша, — выдохнула Вожатая.
— Погодите, это еще не все. Я говорил, что мы послы Мелькора, а вы просили предъявить наши верительные грамоты. Выходит, настала пора это сделать. Вот моя верительная грамота — Илья отогнул от кулака безымянный палец с кольцом и сунул под нос Васнецовой. — Я активирую кольцо и попрошу помощи Владыки.
— Насколько я знаю, никто не умеет этого делать, — скептически заметила Вожатая. — Ничего не произойдет.
— Я умею, — уверенно возразил Илья. — А произойти может вообще что угодно. Результат не гарантирован. Может быть, сюда в сиянии молний явится лично Мелькор и поговорит с вами. Может быть, в подвале окажутся его твейсы и убьют вас, а потом ваша охрана убьет меня и их. Может быть, весь этот особняк с подвалом взлетит на воздух. А может статься и так, что не случится ничего, и вы со спокойной душой сдадите меня в клинику. Давайте проверим! Считаю до десяти и активирую. Раз!
— Успокойся!
— Два, — тоном тише посчитал Илья и снова закрыл глаза, сосредоточившись. Злость бурлила в его крови, и кольцо явно начинало откликаться, он это чувствовал. В голове появился какой-то шепот, а кисть руки на глазах Вожатой начала светиться растекающимся от кольца синим светом, хотя парень этого и не видел. Он полностью ушел в себя, отсчитывая секунды.
Илья даже не почувствовал, что в кабинете вдруг стало холодно и запахло озоном. Световые панели на потолке вдруг мигнули и стали светить еле-еле, на двери кабинета появилась изморозь.
«Пора…» — промелькнула короткая мысль.
— Мелькор, взываю к тебе господин! — еле слышно произнес он, но в наступившей тишине вожатая его услышала. Сияние руки Ильи из синего вдруг стало ослепительно белым.
— Прошу помощи и…
Листок со стола Вожатой сдуло неизвестно откуда появившимся порывом ветра.
— Стой!!! — заорала во весь голос Вожатая. — Не надо!!!
Огромным усилием воли Илья сдержался в последний миг и не договорил фразу. Сила рвалась с его руки как взбешенная кавказская овчарка с поводка, унять ее было трудно, гораздо труднее, чем загнать обратно твейса у мусорных баков возле «Ласточки». Рука словно погрузилась в кипяток, закололо в висках, заболела голова, тело стало каким-то ватным, но потихоньку все возвращалось в норму. Открыв глаза, парень с удивлением увидел, как потихоньку угасает сияние на его руке.
— С вручением верительных грамот закончено? — слабым голосом произнес он. — Или довести дело до конца?
— Закончено, — выдохнула Вожатая. — Такого даже я не ожидала…
— Мы не враги вам, Дарья Ивановна, — сказал Илья. — Мы не враги ни коммунарам, ни пионерам, запомните это. И готовы сотрудничать на равных. Но больше не пытайтесь нас прогнуть, пожалуйста. Иначе последствия падут на ваши головы и они будут такие, что потом век не расхлебаете. А теперь откройте дверь. Я хочу пойти к себе в номер, немного отдохнуть.
Глава 4. Увольнительная
В тот день Илью больше никто из коммунаров не беспокоил. От обеда бывший наемник отказался, проспав несколько часов подряд, и к вечеру почти полностью пришел в себя. Зашел ненадолго
