– Не уходи!
– Я на улице, в машине посижу! Он уйдет, я вернусь, – пошла на компромисс Аня.
– Ты можешь на балконе спрятаться!
– Вот спасибо! А если вы тут активно мириться начнете, про меня забудете? Будут потом пышные похороны вместо свадьбы. Не ерунди, девушка. Все. Чао! Вернусь, когда мужчина скроется за горизонтом, спасаясь бегством! Поплачем вместе.
– Ты думаешь…
– Нет, я так шучу. Глупость ты придумала немыслимую. Если уж и пугать мужика, то сразу, а не растягивать удовольствие. А то сначала свадьбу наметили, а теперь грязным бельем трясти будете.
– У него от меня секретов нет. Это я…
– Да неужели? – Анька многозначительно закатила глаза. – Еще неизвестно, что тебе твой идеальный мужчина поведает. Может, у него тоже трое по лавкам скачут. Причем по разным!
– Он не такой.
– А если бы оказалось, что у него есть где-то ребенок, про которого ты не знаешь, как бы ты отреагировала? – Аня торопливо натягивала сапожки.
– Не знаю, – задумчиво протянула Юлька. – А какая разница? Ну, познакомлюсь с этим ребенком, будем по выходным вместе гулять, или что там с детьми делают?
– Во, золотые слова. Спроецируй эту умную мысль на него!
– Не поняла, как это? Не вижу связи.
– Пока его нет, сиди и ищи эту самую связь. Все. Аудиенция окончена. Я ушла в засаду!
– Уходят в подполье, – машинально пробормотала Юлька, глядя в спину весело цокающей вниз по лестнице подруге.
Сергей появился минут через двадцать. Юля прилипла к окну, пытаясь разглядеть въезд во двор и одновременно наблюдая за пронзительно-красной Анькиной машиной. Наличие в непосредственной близости от места грядущей трагедии ближайшей подруги делало Юльку немного смелее в ее непоколебимой решительности быть честной до конца.
Сергей влетел в квартиру с криком, что у него слишком мало времени, поэтому никаких предисловий он не потерпит.
– Давай выкладывай все и сразу. – Он быстро чмокнул Юльку в щеку и с ожесточением затряс ногой, пытаясь снять ботинок, который он поленился расшнуровать.
– Подожди, я помогу. – Юлька присела и дернула за шнурок. У нормального человека в результате этой примитивной манипуляции бантик должен был бы развязаться, у Юльки, разумеется, получился тугой мокрый узел. – Не тряси ногой, ты мне мешаешь.
– Дай, я сам!
– Не надо. Тут узел.
– Да? А только что никакого узла не было!
– Ты сам виноват. Не надо было дрыгать ногами.
– Ладно. Пусть я буду виноват, – покладисто согласился жених и уселся на тумбу: – Оставь в покое мои грязные ботинки и говори, что случилось.
– Я взялась за шнурок, а ты резко дернул. Просто это, видимо, был не тот…
– Юля!
– Ой, ботинки все в песке. Дворники совсем обалдели: то горсточку бросят, а то целыми самосвалами…
– Юля!
– Я сейчас почищу, ты не волнуйся…
– Юля! Ты издеваешься? Я что, бросил итальянцев и остался без обеда для того, чтобы любимая девушка получила шанс почистить мои ботинки? Ты хотела что-то сказать!
– Это очень важно. Я не могу в коридоре. Мы должны спокойно сесть и поговорить.
– Ты передумала выходить за меня замуж? – округлил глаза Сергей и изогнулся в немыслимой позе, пытаясь поймать бегающий взгляд косноязычной невесты.
– Нет! – выкрикнула Юлька. – То есть, да… То есть, это ты сейчас передумаешь. Наверное…
– Я? Сейчас передумаю? Что у тебя еще случилось?
– Я в коридоре не могу.
– А я не могу снять ботинки. По твоей милости. И что будем делать?
– Давай отложим разговор до вечера, – выдохнула Юля.
– Ты… ты что? Наверное, со временем я привыкну к твоим странностям, но сейчас сделай одолжение, постарайся четко и быстро сформулировать, зачем ты сдернула меня с работы. Сейчас, а не вечером! И не завтра!
– Проходи в комнату. – Юлька гостеприимно взмахнула руками, продолжая возиться где-то под ногами у взмыленного жениха. Сергей вспомнил вдруг, что в детском саду было такое смешное упражнение: уточки в пруду. Воспитательница стояла посередине, а они на корточках, смешно переваливаясь и размахивая ручонками шли к ней. Юлька сейчас делала что-то подобное. Она отступила в сторону, давая Сергею дорогу, но при этом так и не поднялась. Он нагнулся и резко поднял ее. Тихо ойкнув, невеста разогнула ноги и уверенно встала на длинный шнурок, усталым червячком лежавший на полу. Следующий шаг Сергея едва не стоил ему переломанных конечностей. Он успел схватиться за стену и оглянулся на Юлю, тупо смотревшую себе под ноги.
– Ой, это я наступила…
– Ногу убери, – тихо сказал Сергей.
– Наверное, сегодня день неблагоприятный, – промямлила Юлька, передвинувшись в глубь коридора.
– Наверное. – Сергей потянул ее за собой в сторону кухни.
– На кухне едят, это не очень подходящее место…
– А в комнатах ковры. Я туда в ботинках не пойду, так что давай придем к консенсусу: кухня не коридор, там вполне можно поговорить. – Сергей решительно пошел вперед, подволакивая за собой слабо сопротивлявшуюся Юльку.
Он сел спиной к окну и усадил напротив красную, как помидор, невесту. Она тут же вскочила:
– Сейчас я кофейку…
– Юля! Хватит! Ты откровенно тянешь время, а у меня именно сегодня его абсолютно нет!
– Ладно. Только ты не перебивай. Мне очень сложно это говорить… – Она вопросительно подняла на Сергея глаза, но он послушно молчал, выжидательно глядя ей прямо в рот. – Помнишь, я говорила тебе, что беременна?
Сергей молча кивнул, нетерпеливо пошевелив под столом ногами.
– Про Костю рассказывала, помнишь?
Сергей снова кивнул. Тема была крайне неприятна, поэтому ему хотелось поскорее получить всю информацию, которую Юлька цедила по капле, как морковный сок через забитое ситечко.
– Помнишь, я тебе еще сказала, что решила оставить эту беременность, несмотря ни на что.
Сергею хотелось прикрикнуть на эту кулему, явно собиравшуюся сообщить что-то ужасное. Зуб можно рвать резко и сразу, а можно тянуть медленно. Наверное, садисты именно так измываются над своими жертвами. Сергей не имел склонностей к мазохизму, а потому терпение его было на исходе. Если ее сейчас как следует встряхнуть, то, возможно, информация польется быстрее. Но существовал риск, что она вообще замолчит, поэтому приходилось терпеть. Он поерзал, ободряюще улыбнувшись приунывшей рассказчице.
– Так вот. Я не сказала тебе самого главного: я забеременела случайно. У меня вообще не может быть детей.
Сергей продолжал смотреть на нее, но Юлька опять замолчала, уставившись куда-то на свои коленки.
Пауза затягивалась. Сергей с трудом подавил желание пнуть ее под столом. Возможно, удалось бы попасть на кнопку «вкл», и Юлька продолжила бы свой тягостный монолог.
