Секретарша быстро наметанным глазом оглядела Джини с головы до ног.
— Пожалуйста, назовите себя.
— Вирджиния Мендес. — Она не узнавала собственного голоса. Мало того что он был непривычно высок, так вдобавок в нем вдруг появились заискивающие нотки. — Кхе-кхе… Нет, лучше Джини Мендес — так Сиду… э-э… мистеру Дженнингсу будет привычнее.
Секретарша поднялась с вращающегося кресла.
— Хорошо, сейчас доложу. А вы пока присядьте. — Она кивнула на мягкий шоколадного оттенка диван.
Когда секретарша скрылась за массивной дверью кабинета, Джини опустилась на диван. Машинально отметив про себя тот факт, что он обит натуральной кожей, Джини огляделась. Обстановка приемной свидетельствовала о достатке владельца компании «Дженнингс моторс». С тех пор как Джини была в офисе последний раз, все очень изменилось — в лучшую сторону. Несомненно, с каждым годом состояние Дженнингсов возрастает, Сид становится все богаче.
Неудивительно, что в свое время Брюс Дженнингс воспринял идею наших с Сидом отношений в штыки, подумала Джини. Разве могу я сравниться с ними! А тем более претендовать на тот же уровень общения; как говорится, стать с Дженнингсами на одну доску…
Она невольно усмехнулась, вспомнив свою тогдашнюю наивность. В восемнадцать лет ей казалось, что в современной Америке разница в общественном статусе не имеет особого значения. Иной взгляд на вещи представлялся Джини устаревшим. Она так и заявила Поле, проживавшей по соседству бывшей однокласснице, которая пыталась доказать, что такие, как Сид Дженнингс, хотят от девушек лишь одного. Джини казалось, что Пола просто завидует ей.
— Я бы посмотрела, отказалась бы ты или нет, если бы Сид пригласил на свидание тебя, а не меня! — со смешком сказала она Поле.
Ей было приятно осознавать то обстоятельство, что Пола не нашлась с ответом. Чтобы доконать подружку, Джини добавила, что Сида абсолютно не волнует, что она не может продолжать образование и вынуждена работать в офисе компании «Дженнингс моторс» на самой низкой должности…
Воспоминания Джини были прерваны вернувшейся секретаршей.
— Мисс Мендес, прошу вас.
Джини не сразу поняла.
— Что?
— Прошу в кабинет, мистер Дженнингс согласился вас принять.
Крепко сжав сумочку, Джини поднялась.
— Благодарю вас.
Секретарша едва заметно пожала плечами, не без любопытства скользнув по Джини взглядом.
— Не за что. Поторопитесь, шеф ждет вас. Он выделил вам пять минут.
— Всего-то! — хмыкнула Джини. — А прежде, бывало, времени для меня не жалел…
В ту же минуту она заметила, что сказанное произвело на секретаршу определенное впечатление: Та обескураженно заморгала, потом внимательнее пригляделась к Джини.
Ох, кажется, не стоило это говорить! — пронеслось в голове Джини. И когда только я научусь держать мысли при себе? Треклятый язык мелет, будто сам собой…
Джини почувствовала, что краснеет. Не раз случалось, что в какой-нибудь напряженный момент язык опережал ее саму, из-за чего она чувствовала себя неловко. Однако сейчас, возможно, и не стоило смущаться, ведь ситуация явно складывалась в ее пользу. Секретарша даже подумать не могла, что стоящая пред ней посетительница находится с Сидом Дженнингсом в давних и близких отношениях. Возможно, в будущем благосклонность секретарши окажется Джини на руку — кто знает, сколько раз еще придется обивать здешние пороги…
Пока же предстояло войти в кабинет Сида впервые. До массивной двери было всего несколько шагов, но Джини это расстояние казалось бесконечным. Она двинулась вперед, и с каждым мгновением в ней нарастало нервное напряжение, а шаги становились короче.
В этом присутствовало некое противоречие, ведь за дверью находился Сид. Мало того, он согласился принять Джини. Разве не обнадеживающее обстоятельство? По большому счету, это большая удача: таким образом Джини получала возможность попытаться защитить Кончиту. Иными словами, ей очень повезло, потому что Сид, будучи хозяином положения, запросто мог отказать в свидании.
Но дело в том, что Джини до сих пор не придумала, как вести беседу. Что можно сказать в подобной ситуации? Пожалуйста, смени гнев на милость, прими другое решение, не увольняй мою мать? Не ставь ей в вину ее злополучное добросердечие?
Именно злополучное… Сама-то Кончита почти ни в чем не виновата, просто пожалела своего молодого сменщика.
В настоящее время Кончита Мендес работала в компании «Дженнингс моторс». Из дорожной полиции ей пришлось уволиться по причине открытия в отношении ее служебного расследования. Существовала большая вероятность возбуждения уголовного дела, поэтому начальство, понимая невиновность Кончиты, предложило ей выйти из положения с минимальной потерей — написать заявление об увольнении по собственному желанию.
Дело было в том, что во время одного из дежурств Кончита составила акт на молодого человека, управлявшего автомобилем в нетрезвом состоянии, что автоматически влекло за собой лишение прав. Парень оказался сыном очень состоятельного человека, и тот не пожалел денег на хорошего адвоката, который повернул дело так, что якобы в момент задержания нарушителя Кончита не придерживалась установленных правил. Все это являлось ложью от начала и до конца, но нашлись свидетели, подтвердившие обратное. В итоге виноватой оказалась Кончита. Ее слово ничего не значило против показаний троих «очевидцев».
Так и вышло, что в конце концов она оказалась без работы. И без перспектив, потому что в сорок с небольшим лет женщине не так-то просто устроиться на хорошее место. Тем более не имея никакого иного опыта, кроме патрулирования улиц. Учиться же чему-то в таком возрасте поздновато.
И тут, по словам Кончиты, ей повезло: она случайно повстречала Брюса Дженнингса. Тот ехал в автомобиле и притормозил возле тротуара, заметив Кончиту.
— Мы перекинулись словечком, — позже рассказывала мать Джини по телефону, — вспомнили старые времена, а потом как-то так само собой получилось, что я упомянула о своей проблеме. И Брюс пообещал найти для меня местечко в своей компании…
В то время Брюс Дженнингс еще занимался делами сам — история с Кончитой произошла примерно через год после вынужденного отъезда Джини. Та еще попыталась осторожно выведать, не возникло ли разговора о ней, но Кончита ответила, что, мол, нет, ничего такого не было. Сама она до сих пор оставалась в неведении относительно истинных причин увольнения Джини из компании «Дженнингс моторс».
Завершилось все тем, что Брюс устроил Кончиту к себе в компанию охранником. Работала она в огромном, похожем на ангар помещении, где готовые автомобили содержались до отправки в магазины.
