По моим расчетам, вельбот находится на полпути, в ста километрах от Поворотного мыса.
Не опуская парусов, садимся на весла и гребем, пошевеливая затихшую воду. Нежные блики расплываются на бархатистой, маслянистой ее поверхности. Спокойное море отливает перламутровым сиянием жемчуга.
- Ветер крепкий будет, нога болит... - вдруг говорит Пинэтаун.
Три года назад на охоте юноша получил случайную рану в бедро. Рана давно зажила, но боль в ноге часто предвещала перемену погоды.
Но почему стрелка судового барометра спокойна?
Не спим, поджидая ветра. В два часа ночи густой туман закрывает море. Вельбот словно опускается на дно. Бледный изумрудный свет льется на паруса и снасти, на выпуклые борта и на тревожные наши лица.
Так мы и не заснули всю ночь.
Утром слабый ветерок наполняет повисшие паруса. Вельбот оживает. За кормой с журчанием бежит вода. Рассеивается туман, открывая ясное небо и зеленоватую ширь океана. Земли не видно.
Может быть, ночью, в тумане, "Витязь" сбился с пути? Хочется повернуть руль и направить вельбот к покинутому берегу. Проверяю компас он указывает правильный курс.
Пинэтаун внимательно оглядывает пустынное море. Из воды то и дело показываются блестящие головы нерп. Ветер свежеет, океанские волны баюкают вельбот. Накренившись, он мчится на раздутых парусах. Нерпы исчезают, появляются чайки. Они кружат у грот-паруса с тоскливыми криками.
К полудню крепкий ветер чернит поверхность океана и покрывает ее бурунами пены. Скорость "Витязя" внезапно повышается, крутым носом он сбивает кипящие гребни больших пологих волн.
Парусов не сбавляем, надеясь на тяжесть балласта. Наблюдая за порывами ветра, наваливаюсь на руль, выдерживая правильный курс. В небе появляются перистые облачка, качка усиливается. В любую минуту можно ожидать шторм.
- Уменьшай паруса!
Пинэтаун проворно подвязывает шкоты, уменьшая площадь грот-паруса. Однако скорость движения остается прежней. Вероятно, ветер усиливается. Долго идет вельбот среди неспокойного, потемневшего океана. Охватывает гнетущее беспокойство.
Вдруг молодой чукча поднимается во весь рост, уцепившись за тугие ванты:
- Тундра!
Черные волосы его развеваются по ветру, он указывает на северо-запад. На горизонте чуть темнеет узкая полоска желанной земли. Земля выступает из моря, словно остров в океане. Правильно мы идем или, уклонившись в сторону, промчались мимо Поворотного мыса в открытый океан, достигнув Медвежьих островов?
Эти пять островов лежат против дельты Колымы, и западный, Крестовский остров, находится близко от Поворотного мыса. Небольшая ошибка в курсе или случайное течение могли привести нас к ближнему острову архипелага.
С Медвежьими островами связаны интереснейшие страницы истории русских полярных путешествий.
Впервые эти далекие острова исследовал простой русский промышленник, охотник за песцами, Иван Вилегин. Зимой 1720 года он переехал на Крестовский остров от Поворотного мыса по льду на собаках. На таинственный остров он стремился не только ради песцового и медвежьего промысла - его манила неведомая земля, рассказы о которой передавались из уст в уста в Нижне-Колымской крепости со времени ее основания Михаилом Стадухиным.
С Крестовского острова промышленник проник на второй, третий, четвертый и пятый Медвежьи острова, еще никем не виданные.
За несколько дней Иван Вилегин открыл и осмотрел целый архипелаг далеких полярных островов, совершив географический подвиг.
Острова были необитаемы. Но странные находки поразили промышленника. На северных берегах первого, третьего и пятого островов он нашел полуразвалившиеся первобытные деревянные постройки, сложенные из плавника, тесанного каменными или костяными орудиями.
На третьем острове, на одинокой скале-отпрядыше, в одиннадцати саженях от берега, было выстроено из плавника и дерна удивительное сооружение наподобие небольшой крепости на сваях.
Кем были построены на полярных островах первобытные жилища из плавника и крепость на сваях? Ведь чукчи никогда не строили свайных построек и жилищ из плавника и дерна.
Странное происшествие, случившееся с Иваном Вилегиным, также не проливало света на происхождение удивительных построек. Объезжая на собаках по льду замерзшего моря скалистые берега пятого острова, он увидел бегущего медведя, подстреленного длинной белой стрелой. Нагнав раненого зверя, промышленник убил его и вынул стрелу. Она была с костяным четырехгранным наконечником.
Неожиданная находка смутила Вилегина - он вернулся на материк к Поворотному мысу, не решаясь в одиночку искать "незнаемых людей".
Пинэтаун с любопытством слушает рассказ о Медвежьих островах. Оказывается, он бывал на старинной заимке Вилегина, расположенной неподалеку от поселка оленеводческого совхоза, в низовьях Колымы.
Сорок лет спустя после похода Вилегина на Медвежьи острова был послан сержант Андреев. Осмотрев острова, он совершил длинный санный поход по льду океана и обнаружил неизвестный остров. Приблизившись к земле, Андреев и колымские звероловы, сопровождавшие его, увидели следы нескольких оленьих нарт. Опасаясь столкновения с жителями неизвестного острова, Андреев повернул назад и благополучно вернулся в Нижне-Колымск.
С тех пор больше никому не довелось видеть Земли Андреева.
В 1919 году Амундсен, плывя Северным морским путем на шхуне "Мод", высадился на Медвежьи острова и сделал раскопки у развалин жилищ, обнаруженных Вилегиным. В земле он нашел четырехгранные костяные наконечники стрел и копий, каменные ножи и гарпуны, черепки глиняной посуды.
Кому принадлежали эти вещи?
Невольно вспоминаю свои странные находки на берегу пустынного озера. Не связаны ли они с загадкой Медвежьих островов?
Жадно вглядываемся в очертания незнакомой земли. Но вот словно из-под воды выступает пустынный и дикий песчаный берег, опоясанный широкой полосой грязно-белых бурунов. Кажется, что волны разбиваются о барьер рифов и подводных скал.
Из туманной дымки выплывает низкий берег континентальной тундры. Длинной фиолетовой чертой он уходит далеко на юг. Поворотный мыс издали показался нам островом. Океанские волны, с ревом сталкиваясь на мелководье, ударяются о песчаное дно. Брызги высокими столбами взлетают к небу, переливаясь разноцветным сиянием радуги.
- Смотри! Наше место.
Пинэтаун счастливо улыбается, разглядывая знакомый берег. Он узнает Поворотный мыс, где часто бывал с оленьими стадами. Река Белых Гусей цель нашего плавания - впадает за мысом в океан. Опасности беспокойного плавания в открытом море остаются позади.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
