9
Не стану описывать всю эту исцеляющую партию, хотя... хотя я и лишаю многих читателей удовольствия. Ведь, проигрывая заново на доске чью-нибудь шахматную партию, мы испытываем не меньшее удовольствие, чем те, кто ее играл. Не думаю, что после того как чемпион-тяжеловес бросил свою штангу на помост, кто-нибудь из болельщиков сам захочет ее выжать. А вот в шахматах другое дело - тут повторение всегда приятно. Здесь, по существу, у игроков равные возможности. У них одинаковые "армии", и только у белых есть преимущество первого хода. Каждая фигура имеет свой характер и внешность. Правда, пешки с виду на один лад, безликие солдаты. Но это лишь по неопытности так кажется. Если же присмотреться - они тоже разные. Правда, все пешки бьют противника или угрожают ему всего на одно поле вперед по диагонали, но, к примеру, самые крайние, фланговые, - более слабые, потому что имеют лишь одно диагональное поле: с другой стороны - пропасть, край шахматной доски. Слабоватые и не столь надежные пешки на f2 и f7, потому что стоят они возле своих королей. А какая сила у короля, если он ходит всего на одно поле и постоянно сам нуждается в охране?! Король - это даже не фигура в боевом смысле, а как бы символ всей игры: его потеря ведет к проигрышу партии. А вот пешка е2 мне нравится больше остальных; например, ее можно продвинуть на е5, и там, если ее укрепить как следует, она всему флангу покоя не даст! Как видите, это у нас с вами не место красит человека, а человек - место. У шахматных же пешек кое-что зависит и от того положения, которое занимают они "в обществе" перед сражением... Итак, мы окружили шахматную доску в кабинете Каиссы и метнули жребий. Аиньке достались белые, Венивидивицину - черные. Остановлю ваше внимание лишь на том положении, что создалось у них после восьмого хода... У Аиньки фигуры расположились так: Кр аЗ, Л а4, С а7, К а2, Л а1, С b4 и Ф сЗ, а пешки на b1, b2, bЗ, b6, b7, и b8. Черные же заняли такую позицию: К е4, Ф е5, Л а8, К b8, С с8, Кр е8, С f8, Л h8 и пешки на а7, b7, с6, f7, g7, h7. И вот тут Аинька сделал свой девятый ход - ферзем на поле d8, объявляя шах черному королю, но... и принося в жертву собственного ферзя! Разумеется, Венивидивицин немедленно схватил его своим королем, но Аинька, оказывается, только и ждал этого: он пошел черным слоном на g5, объявляя королю Венивидивицина двойной шах. Мастер обомлел, долго размышлял, подперев отяжелевшую от переживаний голову обеими руками, и в конце концов сдался, потому что сами понимаете, выпутаться из создавшегося положения было невозможно. - Такая же точно ситуация, - вспомнила Каисса, - сложилась в партии Рети Тартаковер в тысяча девятьсот девятом году. Мы все поздравили Аиньку с победой, зорко присматриваясь к Мастеру. И вдруг на матовом лице Венивидивицина заиграл румянец, он заулыбался и тоже поздравил своего счастливого соперника. - Я выиграл потому, - признался Аинька, - что очень-очень хотел сделать Мастера здоровым!.. - Так я болел? - удивился Венивидивицин и, будто только сейчас увидев Каиссу, встал и обратился к ней: - Не гневайтесь на меня, ваше величество, за столь долгое отсутствие... Позвольте вернуться к своим обязанностям вашего Главного Инженера? - Да-да, обязательно, - облегченно вздохнула Каисса. - Без вас наша техника совсем заплошала, но вы теперь, я уверена, приведете ее в хорошее состояние! - Если б вы знали, ваше величество, как я счастлив... - промолвил Цирлих-Манирлих. - Пусть эта партия, - добавила Каисса, - будет первой в той сотне, что необходима мне для создания волшебного эликсира!
10
И вот все участники этой истории вновь на своих местах, кому где положено; я, например, за своим письменным столом. Передо мной лист бумаги с заголовком заказанной мне недавно статьи "В каком возрасте следует прекращать чтение сказок и фантастической литературы?" Теперь моя голова опять свежа после стольких приключений, и я с полным знанием дела пишу: "Ни в каком!" Так получилась моя самая короткая и самая содержательная статья... - Это и вся история? - спросил Аинька, прочитав сказку. - Да, - ответил я. И действительно, история наша подошла к концу. Пора закруглять все размышления, а кое-что и "разложить по полочкам", чтобы всегда было под рукой, когда понадобится. Вот, скажем, люди давно спорят: что важнее для человечества - наука или искусство? Даже разделились на "физиков" и "лириков". Что же касается игры - любой, - то многие ее вообще ни во что не ставят. В действительности же человеку необходимо всё. Да если быть откровенным, то и математика для меня не просто наука, а... Поэзия Количества. Что же касается игры - особенно шахматной, - то она, если продолжить наше сравнение, не что иное, как Поэзия Качества. И я не понимаю, как можно надеяться создать "разумную" машину, неразличимо равную человеку, если она не будет испытывать потребности читать сказки или играть в шахматы (что по существу почти одно и то же), если бесполезно даже пытаться навязать ей хоть какое-нибудь желание, если наши понятия добра и зла так и останутся для нее алгебраическими символами? Не верю! Человек, друзья мои, не-по-вто-рим!..
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
