Джош с сарказмом фыркнул.
Фламель бросил взгляд через плечо.
— Это правда. Ауру даже сфотографировали русские изобретатели, супруги Кирлиан.[11] Электрическое поле окружает любой живой организм.
— И на что она похожа, эта аура? — спросила Софи.
Фламель постучал пальцем по витрине.
— Так и выглядит: ореол вокруг тела. У каждого аура своя, она разного цвета, разной силы. У одних свечение устойчивое, у других пульсирует, у кого-то оно повторяет контуры тела, а кого-то обволакивает, как одеяло. По ауре многое можно сказать о человеке: например, болен он или несчастлив, сердится или напуган.
— А вы тоже видите ауру? — спросила Софи.
К их удивлению, Фламель отрицательно покачал головой.
— Нет, не вижу. Перри иногда видит, а я нет. Но я умею проводить и направлять энергию. Это вы и видели сегодня — чистую ауральную энергию.
— Да, не мешало бы такому научиться, — заметила Софи.
Фламель бросил на нее острый взгляд.
— Будь осторожна со своими желаниями. Возможности просто так не даются, за все приходится платить.
Он вытянул руку. Софи и Джош подошли к нему вплотную. Невооруженным глазом было заметно, как у него дрожит рука. А когда Софи заглянула ему в лицо, то заметила в глазах красные сеточки сосудов.
— На использование ауральной энергии тратится не меньше калорий, чем на марафонский забег. Представь, что ты работаешь на батарейках. Вряд ли меня хватило бы надолго, если бы Ди не ушел.
— А Ди сильнее вас?
Фламель мрачно улыбнулся:
— У него бесконечная сила.
Сунув руки обратно в карманы кожаной куртки, он зашагал дальше по улице. Теперь Софи и Джош шли по обе стороны от него. Где-то вдалеке над крышами домов показался мост Золотые Ворота.
— Последние пятьсот лет он укреплял свою силу. А я в это время учился скрывать мою и вместе с Перенель пытался выжить. Ди всегда обладал могуществом, и я даже боюсь представить, на что он способен сейчас.
У подножия холма Фламель остановился, посмотрел по сторонам и резко свернул влево, на Калифорния-стрит.
— Давайте отложим вопросы на потом. Нам надо спешить.
— И давно вы знаете Ди? — не унимался Джош, решительно настроенный получить свои ответы.
Николя Фламель угрюмо ухмыльнулся.
— Джон Ди был уже зрелым мужчиной, когда я взял его к себе в ученики. Тогда я еще брал учеников, и многие мои подопечные стали моей гордостью. Я мечтал создать новое поколение алхимиков, ученых, астрономов, астрологов и математиков. Эти люди должны были сотворить новый мир. И Ди был, пожалуй, лучшим моим учеником. Так что можно сказать, я знаю его вот уже пятьсот лет, хотя в последние десятилетия мы встречаемся редко и случайно.
— А почему он стал вашим врагом? — спросила Софи.
— Из-за жадности, из-за зависти… и из-за Кодекса, «Книги чародея Авраама», — мрачно ответил Фламель. — Он долго за ней гонялся и теперь заполучил.
— Но не всю, — напомнил Джош.
— Верно, не всю, — улыбнулся Фламель и пошел дальше бок о бок с близнецами. — Когда Ди еще был моим учеником в Париже, он узнал о Кодексе. Я поймал его с поличным при попытке украсть книгу и понял, что он заключил союз с темными старейшинами. Я не хотел рассказывать ему о книге, и мы серьезно поспорили. В ту ночь он подослал ко мне и Перри первых убийц. Это были люди, и нам не составило труда с ними справиться. Но в следующий раз убийцы были уже не совсем люди. Так что мы с Перри взяли книгу, собрали скудные пожитки и покинули Париж. С тех пор он за нами и охотится.
Они остановились на перекрестке под светофором. Рядом троица английских туристов ждала зеленого света, и Фламель замолчал, быстрым взглядом предупредив Софи и Джоша, чтобы не говорили лишнего. Загорелся зеленый свет, и они перешли улицу. Туристы свернули направо, а Николя Фламель с близнецами — налево.
— И куда вы отправились из Парижа? — спросил Джош.
— В Лондон, — коротко ответил Фламель. — Ди почти поймал нас там в тысяча шестьсот шестьдесят шестом году. Он пытался наслать на нас стихию огня, и это дикое неразумное существо чуть не сожрало весь город. История называет это событие Великим лондонским пожаром.
Софи покосилась на Джоша. Они оба слышали о пожаре в Лондоне: проходили по мировой истории. Ее удивило собственное спокойствие: вот она слушает человека, который утверждает, будто ему больше пятисот лет, и вспоминает исторические события так, словно являлся их непосредственным очевидцем. И она ему верит!
Ди подошел к нам опасно близко в Париже в тысяча семьсот шестьдесят третьем году, — рассказывал Фламель, — и еще раз в тысяча восемьсот тридцать пятом, когда мы были в Риме и торговали книгами. Так уж случилось, что это стало моим любимым занятием, — прибавил он и замолчал, потому что они приблизились к кучке японских туристов, которые внимательно слушали гида под ярко-желтым зонтом.
Как только они оказались вне пределов слышимости, Фламель продолжил, вспоминая события полуторавековой давности так, будто это было вчера:
— Мы бежали в Ирландию, думали, что он никогда не найдет нас на острове на краю Европы. Но он и там нас разыскал. Ему удалось подчинить себе Силы и привести с собой Силу мора и Силу голода. Без сомнения, они шли по нашу душу. В какой-то момент он потерял над ними контроль. Голод и мор разбушевались на этой бедной земле. В тысяча восемьсот сороковом году Великий голод унес жизни миллиона людей. — Лицо Николя Фламеля помрачнело. — Сомневаюсь, чтобы Ди хоть на секунду об этом задумался. К человечеству он никогда не испытывал ничего, кроме презрения.
Софи снова покосилась на брата. По выражению его лица она видела, что он крепко задумался, пытаясь переварить весь поток информации.
Наверняка опять полезет в Интернет уточнять детали.
— Но вас он так и не поймал, — заключила Софи.
— До сегодняшнего дня. — Фламель пожал плечами и грустно улыбнулся. — Наверное, это было неизбежно. Весь двадцатый век он подбирался все ближе, укреплял свое могущество, смешивая древнюю магию и современные технологии. Мы с Перри долго скрывались на Ньюфаундленде, пока он не натравил на нас диких волков.[12] Потом кочевали из города в город, начали с Нью-Йорка в тысяча девятьсот первом году и постепенно двигались на запад. Наверное, то, что он поймает нас, было лишь делом времени. Камеры, видео, телефоны и Интернет — сегодня оставаться в тени нелегко.
— А эта книга… Кодекс, который он искал… — начал Джош.
— «Книга чародея Авраама», — уточнил Фламель.
— Что в ней такого особенного?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
