Читаем без скачивания Ради большой любви - Лариса Соболева

Четвертая ветвь. Губернаторская стая чаек. Князев никогда не любил чаек, «летающих над синим простором в свободном полете», как пишут хреновые поэты. Летают-то они над простором, и полет у них свободный, а дерутся из-за каждого куска, как последние рвачи, не брезгуют и мусорными свалками. Вожак стаи пассивно отнесся к тому, что завод переходит в чужие руки, значит, у него есть свой расчет.

И выходит, предстоит война с целым миром. Что же, Князев готов: умирать – так под фанфары, пощекочет он им всем нервишки.

Вошел Клим – первый заместитель и близкий друг. Без друзей нельзя строить дело, но и с ними надо держать ушки на макушке в такой нелегкой ситуации. Климу тридцать два, как менеджер он показал себя с лучшей стороны, а за пределами завода он бабник. Ну, это еще не грех, тем более что Клим не женат, женщинам он нравится из-за черных глаз, спортивной фигуры и купюр в кармане. Он положил на стол внушительную стопку бумаг, которую Князев придвинул к себе.

– Знаешь, что тут без тебя творилось? – не сдержался Клим, перейдя на рык. – У меня три новости.

– Начни с хорошей.

– Все плохие. Мы неделю оборонялись, приезжали нас захватывать, спасибо рабочим – не допустили, из огнетушителей поливали захватчиков.

– Ну, это неплохая новость, – сказал Князев.

– Вторая – счета, это ты уже знаешь…

– На каком основании арестованы счета? – спросил Князев спокойно.

– Обеспечительная мера по делу! – возбужденно потряс руками Клим. – Для того чтобы впоследствии возможное решение суда было исполнено, арбитраж может до начала судебного процесса наложить обеспечительные меры. Например: арест имущества, арест денежных средств на счетах, запрещение совершать какие-либо действия. Для чего это все: если у тебя к моменту вынесения решения не окажется своих денег или имущества, которое можно реализовать и за счет которого произвести взыскание, последнее будет производиться за счет арестованных денежных средств или арестованного имущества. Кроме того, производятся проверки, ищут повод, чтобы завести на тебя уголовное дело.

«Что за народ? И убить меня хотят, и в тюрьму посадить. Выбрали бы что-нибудь одно», – подумал Князев, а вслух сказал:

– Ну-ну, пусть ищут. Третья?

– В Москве напали на Захарчука. Избили якобы хулиганы, забрали мобилу, деньги, паспорт. Ты же понимаешь, что это не случайное нападение?

Захарчук был представителем Князева в московской штаб-квартире. Какие уж тут случайности, когда речь идет о промышленном предприятии?

– Ты что-то говорил насчет моего автомобиля? – вспомнил Князев.

– Говорил. Вечером в «Абсолюте» предложено обсудить условия.

– Кто покупатель?

– Ляпа. Ты еще думаешь о продаже машины, когда вокруг такое творится?

Ляпа – первый зам мэра по фамилии Ляпунов. М-да, права Малика: клички, как у паханов.

– Я на мели, – небрежно оправдался Князев. – Мой счет тоже перекрыт, а кушать хочется каждый день, поэтому расстаюсь с автомобилем.

– Слушай, Паша, мне звонила Галка… Что ты там устроил? Галина плакала, говорила, ты привел шлюху с панели…

– Она не шлюха, я полюбил ее с первого взгляда.

– Мне хоть не заливай про первый взгляд, – состроил кислую мину Клим. – Полюбил он! Твоя любовь распространяется только на продукцию, которую мы выпускаем, и на прибыли. Зачем Галчонка обижаешь? Кстати, основной продукции нет уже неделю, мы терпим убытки… вернее, мы по уши в дерьме.

– И бюджет потерпит убытки, – мстительно усмехнулся Князев.

– Пал Палыч, – послышался голос референта. – Адвокаты пришли.

– Зови.

В кабинет внесли свои целомудренные фигуры, окутанные достатком и достоинством, Гнедина и Явкин. Ей да-авно за сорок, но она думает, что сохранила прелесть детородного возраста, посему кокетничает с Князевым вовсю. Явкину за полтинник, он под два метра ростом и столь же в обхвате, свойский мужик, но не со всеми. Князев всего этого раньше почему-то не замечал. Он оперся спиной о спинку кресла, обхватил лоб пальцами, поставив локоть на подлокотник, и, дождавшись, когда вошедшие усядутся, напрямую спросил:

– Скажите откровенно, у нас есть шанс выиграть арбитраж?

– Не буду, Пал Палыч, вас обнадеживать… – начал Явкин.

– В таком случае, господа, благодарю за работу. Мы вас наняли, потому что наш юротдел не справился с поставленными задачами. К сожалению, вам тоже это дело оказалось не по зубам. Договор расторгаем, вы свободны.

У господ адвокатов вытянулись лица, а Клим покраснел и взмок.

– Но мы обязаны провести дело в арбитраже… – вымолвила Гнедина растерянно, что было нехарактерно для юристов ее ранга.

– Дело проиграно, зачем же зря утруждаться? – беспечно сказал Князев. – Гонорар вы получили, у нас претензий к вам нет, вы можете заняться другими делами. Прошу прощения, больше уделить вам времени не могу.

Пара ушла весьма озадаченная. Клим подпер щеку ладонью, пристально смотрел некоторое время на Князева, потом дал совет:

– Сходи к врачу.

– Зачем? У меня даже насморка нет. Надеюсь, ты придешь на встречу с Ляпой?

– Приду. – Клим поплелся к выходу, будто прибитый дубиной, но, открыв дверь, обернулся. – У меня есть знакомый хирург, он вырежет тебе все, что мешает думать.

Едва Клим закрыл дверь, Князев взял мобильник:

– Марта Ивановна? Это я, Павел. Мне нужна ваша помощь, и срочно… Не по телефону. Сейчас приеду.

Садясь в служебный автомобиль и заметив нового водителя, он поинтересовался у охранника, который тоже сел в машину:

– А где Фомич?

– Заболел.

– Ой, я совсем забыл… – Князев стукнул кулаком себя по лбу. – Мне же надо… Поездка отменяется, вы свободны.

Глава 6

До адвокатской конторы он добрался на такси, сделав обманный маневр и выйдя из другой проходной. По пути поменял доллары на рубли. Марта Ивановна, давний друг семьи, пожилая адвокатесса с седыми, красиво уложенными волосами и прокуренным до печенок голосом, выслушала его внимательно, от нее он ничего не скрыл, лишь попросил матери не говорить.

– А ты подумал, как она отреагирует, когда ей все станет известно из тех же газет?

– Я позабочусь об этом, а от вас жду помощи. Хуже будет, если меня убьют.

– Это верно. Что ж, Паша, я, может, старая дура, но ты мне не чужой. Так, – перешла она на деловой тон. – Милицию беру на себя, без нее не обойтись. Есть у меня один приятель – любитель авантюр. И следователя я найду, в конце концов, это прямая обязанность прокуратуры. Но с заводом… Паша, у тебя были лучшие хищники адвокатуры, – покачала она головой.

– Мне нужен не хищник, а человек. Есть такой, со здоровыми амбициями, толковый, дотошный и не продажный, которому главное – сделать себе имя?

– Ну, есть у меня подобный… так ты же откажешься.

– Не откажусь, потому что терять уже нечего.

– Раз борешься, значит, есть что терять. Сейчас позову, – со странной интонацией сказала она, тяжело поднимаясь.

И привела… девчонку! Смазливую, с серьезной мордашкой, высокую девчонку. Тут уж у Князева вытянулось лицо, как у пары адвокатов, он с недоумением покосился на Марту Ивановну, которая предложила вошедшей:

– Садись, Наташа. Нужно помочь Пал Палычу… – Кратко обрисовав положение, она объяснила Князеву: – Наталья специализируется по делам подобного рода три года. Конечно, такого крупного дела у нее еще не было, со своей стороны и я могу предложить помощь, хотя я никогда не защищаю друзей, ты знаешь. Но ситуация нехорошая, поэтому я соглашаюсь. Устраивает?

– Устраивает, – кивнул он, подумав: была не была.

– Паша, я не обещаю, что…

– Понял. Нужно, чтоб о вашем участии никто не знал.

– Это невозможно, – сказала Марта Ивановна. – Нам придется ознакомиться с делом, которое находится в суде, значит, до тех граждан, кому надо, обязательно дойдет, что ты не сдался, а нанял других адвокатов. Это насторожит их.

– Мне нужно выиграть время, успокоить захватчиков, расслабить их, пусть заранее празднуют победу.

– Марта Ивановна, – заговорила Наташа, – если я одна пойду знакомиться с делом, мое участие всерьез не воспримут. А вы открыто подключитесь на последнем этапе, так сказать, явитесь сюрпризом из табакерки.

– Ой, – передернула плечами та, – ну и заговор мы затеваем. Времени маловато, конечно. Давай твои документы, Павел, будем сидеть ночами.

– Дамы, это вопрос моей жизни и смерти, – шутливо сказал Князев, бросая стопку бумаг на стол. – Между прочим, если удастся выиграть, вы станете звездами первой величины и главными хищниками, ну и получите очень большой гонорар. За дело?

Он просидел над бумагами с новыми адвокатами до вечера, предварительно позвонив Малике и сказав, когда и где ей нужно быть, причем в нарядной одежде. Из адвокатской конторы он вышел в полшестого, направился к своему автомобилю. Малика уступила ему место за рулем, вскользь оглядев ее, Князев осведомился:

– Это твоя нарядная одежда?