– Да, похоже на штуку у экстрасенсов. Нет, будущее не узнаешь. Это не бомба, но, взрывчатка есть…
– Эй, дай ты мне хоть слово вставить! Чертов телепат! Как ей пользоваться вообще?
– Не ей, а им. Даблдроп. Бросаешь в источник опасности, произносишь его имя. И он уничтожает противников, не задевая тебя. Чем сильнее воздействие, тем меньше сам шарик. Когда его силы иссякнут, он просто исчезнет.
Виктор нахмурился, не зная, куда подцепить неудобную штуку. Но сама идея понравилась.
– Да, чего только не встретишь. И насколько раз его хватит?
– Три, пять раз. Вряд ли больше.
Коврин нашел на доспехах небольшой мешочек, созданный для ношения гранат или ещё чего-то. Растянув специальную тесьму, Виктор просунул туда стекло. Теперь сбоку причудливо болталась выпуклость. Но о красоте сейчас не шло речи.
– Не бойся. Ты его скоро используешь. Это временные неудобства.
– О, спасибо утешил. Хотя знаешь, Николай, ты единственный кто в этом мире дал мне что-то полезное. Кроме Дмитрия Ивановича, разве что. Я бы тоже тебе что подарил. Но у меня максимум мел лишний только.
– Мел, не понадобится. Я сейчас его не использую.
– С твоими способностями, верю. Куда теперь направляешься? Может, нам по пути?
– Нет, не думаю. На тот свет. Мозги вот себе вышибу.
– О, нет! Ты опять!? Молодой пацан! Погоди, дай мне минуту! Я хотел сказать нечто важное!
– Не важное. Очередной бред про пользу жизни. Хотя, смерть это тоже нормальное состояние. Кто вообще сказал, что жить – правильно, а умирать – нет? Но достаточно. Я все раздарил. Я бы тебе еще баллы отдал. Но уже не осталось.
Николай медленно достал пистолет с барабаном, и взвел курок.
– Эй! Чувак, мать твою! Не делай блин этого! – Виктор заорал так, что сорвал голос.
– Смотри, тут не нужно бояться ранений. Тело в этом мире устойчивое. Точнее это не тело, а физическая копия.
– Копия, копия, друг. А теперь аккуратно кладём пушку на пол.
Коврин попытался подойти. Но Николай отступил назад, загадочно улыбаясь.
– Так вот, если выстрелить в грудь и не задеть сердце, то ничего страшного не случится.
С этими словами парень спокойно прострелил себе лёгкое. Виктор вскрикнул, хлынула кровь. Облачко дыма поднялось над полом.
– Не надо так беспокоиться. Со мной все в порядке. Я концентрируюсь, блокирую боль. Дыхание почти не нарушено. Если взять мел, то даже такую рану можно легко залечить.
– Так залечи ее! Вот мел! Господи, быстрее!
Николай убрался вглубь коридора, чтоб Виктор его не достал. И тут же произнес:
– Поэтому чтобы убить себя, надо стрелять точно в голову!
– Боже, да чтоб тебя!!! Меня убей лучше!
Воздух разорвался дымным зарядом. Пистолет упал на пол. Человек с простреленной головой последний раз улыбнулся. Его тело грохнулось навзничь.
– Да твою же ты мать!
Коврин в долю секунды подскочил к интеллигенту. Разломил кусок мела над его окровавленной головой. Но ничего не вышло. Живительные гранулы не посыпались. Над мертвым минерал был не властен.
– Ублюдство! Да как же так-то!?
Виктор взвыл, забросив остатки мела куда подальше. Парень закрыл лицо руками, от приступа отчаяния. Когда он пришел в себя, то тонкое тело Николая начало рассыпаться. Пальцы рук превратились в труху, щеки впали.
Виктор подошёл к пистолету и тронул его мечом. Это оружие оказалось нормальным.
– Прости, друг, не уберег. Но хоть что-то. Думаю, ты был бы не против.
Мужчина прикрепил пистолет на пояс. Какое-то время наблюдал, как труп недавнего собеседника превращается в прах. Но долго скорбеть было глупо. Пришлось продолжить движение.
И вскоре парня встретил центральный проход, где совсем недавно стоял гардеробщик, находился класс с сумасшедшим троллем.
– Как много вопросов. Есть и ответы. Но они создали ещё больше проблем. Если Николай сказал, что его тело в реале ужасное. То может все наши тела такие? Например, мутация от вируса. И души переместили сюда? Бред редкостный. А что тогда – не бред? Не могу мыслить, не могу планировать! Будто мозги парализовало к черту. Но зато я стал настоящим мужчиной, по мнению стадной морали. Бегаю вот с оружием, Валю всех на свете, в одиночку решаю проблемы. Ещё бы погоны на плечи, и герой русского сериала готов. Так, где там мой уровень новый?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Глава 5. Это химия
Немного погуляв в коридоре, Виктор начал откровенно скучать. Не прошло и часа с момента жуткого случая, но скорби в душе почти не осталось.
Коврину стало стыдно, только вздремнуть хотелось больше, чем каяться. А что вы думаете? Когда тебе пытаются отбить голову на каждом шагу, для духовности места нету. Точнее есть, но после конца всех разборок, до которого ещё слишком много.
Забив на все, Виктор присел к стене. Снова решил подремать, раз уж его никто не желал уничтожить. Как только парень закрыл глаза, раздался неприятный скрип. Расположенная рядом дверь приоткрылась. На ней вспыхнула табличка с обозначением уровня.
– В рот вам ноги! Издеваетесь, гады! Сейчас хотя бы динамики не орут. Ладно, меня снова могут прикончить… Но на этот раз я обвешан стволами. Так что вместо моей головы они получат бифштекс из свинца.
Рассуждая так, парень медленно поднялся. Затем распахнул дверь, войдя в новый класс.
– Так, так, так… Никакого креатива. За убранство интерьера однозначная тройка, – подумал Виктор, рассматривая типовой кабинет.
Опять здоровенная комната. Снова все типично. Такое чувство, что это измерение, филиал дня сурка. Может, есть что-то новое, необычное? Вряд ли.
Доска на своем месте. Имеется небольшой мел. Во главе пустующих парт сидит учитель. Он похож на математика с первого этажа. Только немного полнее, и борода несколько больше. Так же заполняет какой-то журнал. Так же производит приятное впечатление.
– Стрелять! – Пронеслось в голове Виктора.
Но парень всё ещё не набрался жестокости. Потому не стал нападать первым, а глуповато спросил:
– Что у вас тут? Только давайте скорее. И знайте, что сложные задачи я решаю с помощью подсказок. Которые у меня за спиной…
– О, подсказок вам не понадобится, – учитель мило улыбнулся. Это заставило Коврина мысленно взять пистолет, продумав план атаки. – У нас очень просто. Уровень девятого класса. Надо всего лишь написать химические реакции, дополнив уравнения недостающими цифрами.
После этих слов на доске появилось несколько «примеров». Только вместо цифр присутствовали названия элементов, соединенные стрелками. Возле больших латинских букв стояли малые цифры. Необходимо было узнать, какие именно вещества получатся в процессе реакции.
Если алгебру Коврин хоть как-то знал, то химия всегда была темным лесом. Начать решать эти «иероглифы» – значит подписать себе приговор, дав фору противнику.
Нет, конечно, парень сотрудничал с научными предприятиями. Но его уделом была лишь теория. Вкладываешь в разработку нового микроскопа, получаешь очередной гранд. Организуешь поставки аппаратов искусственной вентиляции легких, берешь свою прибыль от сделки.
Соприкосновение с наукой, но не погружение в нее. Хотя даже если б он увлекался химией, то вряд ли бы это вертелось вокруг программы для школьников.
Так еще стресс и частичная потеря памяти от прежних уровней. Коврин действительно стал полевым пехотинцем, бойцом. Он не помнил, как разговаривать без мата, ни говоря уже о школьной программе.
– Приступайте к решению, пожалуйста. Как только вы решите все задания, уровень будет пройден. И вы получите хорошую оценку, – бархатно произнес учитель.
Конечно, ласковый тембр – это неплохо. Но даже от него частенько тошнит. Ничего не ответив, Виктор схватил пистолет и выстрелил бородачу в грудь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Старо предание, да верится с трудом! Вранье для психов! Ты все равно найдешь повод меня завалить. А после твой цепной пес захочет меня сожрать!
– Не совсем так, вы не правильно поняли!
