- Понимаешь, Вазген Липаритович, социопсихическая задача геноцида русских заключается в том, чтобы навязать русским стыд и ответственность за им же причиняемую боль. Получается двойной гнет – экономический и психический. Отнимают средства к существованию, достойной жизни – это экономическая атака. При этом ведут пропаганду, что ты лох, лузер, что ты лентяй, у тебя низкая производительность труда, тебе и выплаченного-то, бездельнику, много! Ты сам виноват в своей бедности! И это уже психическая атака…
Миф о низкой производительности труда тут незаменимое звено. Задача стоит – превратить русских в рабов, но при этом – рабов, раздавленных внутренним комплексом вины за якобы содеянное. Мифологема геноцидеров такова: вы, русские, жили всегда преступно и работаете всегда плохо. Вот и производительность труда это доказывает!
Неслучайно в условиях неуклонно снижающегося жизненного уровня (и, соответственно, покупательной способности) русских премьер-министр России Владимир Путин в последнее время акцентирует внимание на необходимости повышения производительности труда как факторе экономического роста.
В частности, на недавнем заседании правительства он заявил, что в основе положительной динамики ВВП “должно лежать не просто “накачивание объемов”, а качественные характеристики “активизации инвестиционных процессов и рост производительности труда”. Примерно о том же он говорил и днем ранее на встрече с профсоюзами. Дескать, хотите прав – сперва работайте лучше.
Возникает естественный вопрос: а нельзя ли наоборот? Вначале права, а после – работать лучше? Странно, согласитесь, начинать вдруг «упираться» на работе, когда труд твой, по сути, рабский! И когда никаких стимулов (кроме профзаболеваний) повышение интенсивности труда не имеет?!
Нет, наоборот нельзя – уверенно ответил известный бизнесмен и функционер Российс-кого союза промышленников и предпринимателей (РСПП) Михаил Прохоров: “Низкая производительность труда становится основным сдерживающим фактором и риском российской экономики”.
Он увязал этот фактор с необходимостью либерализовать трудовое законодательство, и в частности, процедуру увольнения работников, уверяя, что нынешние законы сдерживают инновационное развитие. То есть схема проста и понятна: «Плохо работают, надо больше бить; чтобы бить сильнее, нужны более либеральные к надсмотрщикам законы». Разве не это сказал, только более мягкими словами, Прохоров? Он предложил кнут без пряника, стимулы к труду – исключительно террористические.
День в день с выступлением Михаила Прохорова был опубликован «Новый экономический прогноз: рецессия и перегрев в “одном флаконе”» института “Центр развития” ГУ-Высшая школа экономики (ГУ-ВШЭ). Авторы исследования полагают, что России грозит в текущем году снижение ВВП, а в течение ближайших трех лет - стагнация или неустойчивый небольшой рост. Одним из факторов, который ведет к этому, является рост зарплат и социальных выплат, опережающий рост производительности труда.
С точки зрения реальной экономики производительность труда не может расти с опережением роста зарплат и социальных выплат. Дело просто: люди получили прибавку, принесли её на рынок, купили больше – дали стимул больше производить производителю. С учетом инерции производственно-технологических процессов рост производительности произойдет не сразу. Получается схема: покупок больше – инерция преодолевается – через некоторое время производительность труда растет. Поэ-тому «рост зарплат и социальных выплат, опережающий рост производительности труда», не только совершенно нормальное, естественное явление, но и единственно возможное для повышения производительности труда.
ВНАЧАЛЕ ДАЙ – ПОТОМ ВОЗЬМЕШЬ. Почему-то любой инвестор хорошо это понимает. Вложения всегда предшествуют прибыли. Всякое дело на старте убыточно. Но если это понимает любой экономист-практик, почему же этого не понимают «врачи-убийцы» ГУ-ВШЭ?
Ответ прост. Никакие это не специалисты, а матерые диверсанты. Они пробрались к русским, пользуясь русским радушием и беспечностью, и калечат русскую экономику. Но не только. Профессор Леонидов-Филиппов объяснил мне на пальцах, что есть ещё одна цель: пропаганда национального унижения, воспитания в русских (параллельно падающей экономике) комплекса вины и самобичевания.
И об этом нужно говорить во весь голос. НАДУМАННОЙ ПРОБЛЕМОЙ ПРОИЗВОДИТЕЛЬНОСТИ ТРУДА ВЛАСТЬ ПРИКРЫВАЕТ РЕАЛЬНУЮ ПРОБЛЕМУ СВОЕГО ИЗДЕВАТЕЛЬСКОГО ОТНОШЕНИЯ К ТРУДУ.
Вазген АВАГЯН
*Выводы западной компании неутешительны. За прошедшие с 1998 года 10 лет производительность труда в стране увеличилась лишь в 1,5 раза, при этом ВВП практически удвоился. Это значит, что экономика развивается экстенсивно за счет людских ресурсов, на базе старых производственных мощностей. “Российская экономика в 2007 году вернулась на тот уровень загруженности мощностей, который был в начале 1990-х годов. Однако дальнейшего приращения загруженных мощностей быть не могло — это был потолок”, — считает старший партнер McKinsey Ирина Швакман.
Это – ещё одно подтверждение сделанного вывода о некрофагической, подобной грибу, природе экономики РФ, неспособной производить собственное, живущей за счет распада строя-предшественника. (Прим. авт.)
ПРЯМАЯ ДЕМОКРАТИЯ НАЧИНАЕТСЯ СЕЙЧАС
Эксперты и голосующие
Работа системы прямой демократии в сети наверняка встретит специфические проблемы, требующие более глубокой проработки: например, особенности международных соглашений или строительных проектов, требующих общественного инвестирования, да и не только их. В этом случае будет разумным, если перед голосованием эти проблемы будут проработаны экспертами в этой области и затем доложены соответствующему органу прямой демократии. В этих случаях рационально придерживаться следующих принципов:
- эксперты – это платные работники, получающие от общества вознаграждение за свою работу. Соответственно, они несут ответственность за качество ее исполнения, как и любой исполнитель по контракту;
- имеет смысл поручать экспертизу двум или более группам экспертов с заданием оспорить другие имеющиеся точки зрения. В этом случае орган прямой демократии, т.е. народ, сможет выбрать ту, что соответствует его интересам;
- потенциально возможный сговор групп экспертов с целью «протолкнуть» нужное решение, должен рассматриваться как политическое мошенничество и соответственно караться;
- голосовать за или против того или иного решения, то есть принимать законы, должны те, кому их потом исполнять, т.е. орган прямой демократии, олицетворяющий народ.
Рабочие органы прямой демократии
Прямая демократия – это законодательные органы, открытые для участия любого гражданина страны. По аналогии с парламентами в них могут создаваться рабочие комиссии для обсуждения каких-то специфических законодательных проблем, например бюджетных или здравоохранения. Как их формировать?
Думается, самый простой и эффективный способ – тот, который уже был отработан в практике Национальной Ассамблеи РФ. В соответствующий комитет или комиссию записываются все желающие. По мере ее работы образуется основной состав, который реально принимает участие в ее виртуальных заседаниях, голосует, выдвигает проекты. Остальные самостоятельно переходят в пассив и перестают участвовать в совместной работе. Возможно введение нескольких критериев отсева пассива: например, тот, кто не принимал участия в двух заседаниях подряд, на следующем имеет только совещательный голос, что разумно, поскольку ему заново нужно войти в курс дела. А депутат, не участвовавший в работе, скажем, квартал, – автоматически выбывает из рядов комиссии. Разумеется, это не препятствует ему войти в нее снова, если он пожелает. В конце концов, каждый найдет себе область интересов, сообразную своим возможностям. В любом случае законы может принимать только законодательный орган в целом, так что возможности лоббирования нужных решений финансовыми группами, как это делают сейчас, к примеру, страховщики, проталкивая выгодный для себя и грабительский для населения закон об ОСАГО, будут несопоставимы с нынешней Госдумой.
Тот же принцип применим и для рабочих органов типа комиссий по регламенту, этике и т.п. Очевидно, что сам порядок дискуссий, выдвижение вопросов на обсуждение и голосование, этика взаимоотношений между гласными органов прямой демократии может и должна регулироваться некими внутренними актами, принимаемыми на тех же основаниях, что и законы. Возможно также, что найдутся те, кто не захочет этот порядок соблюдать, что в итоге может вылиться в помеху работе законодателя в целом. Тогда он вправе будет принять решение об ограничении неких прав нарушителя, препятствующих нормальной работе органа, например, права выступать в дискуссиях на определенный срок. Однако то, что он не может сделать, – это лишить его права голоса, ибо это конституционное право каждого дееспособного и свободного гражданина при прямой демократии.
