Андр ощутил внезапное оживление двойника и, оглянувшись, встретился глазами с высокой статной женщиной, разглядывавшей его с надменным вызовом, за которым Второй угадал заинтересованность. Окружённая самым цветом служительской братии, она с комфортом расположилась в самом центре просторного балкона, нависавшего над залом напротив Андра. Серебристый комбинезон из плотной эластичной ткани целомудренно укрывал женщину от ступней до подбородка, облегая при этом все подробности её роскошного тела с откровенностью второй кожи. По изящной кобуре на крутом бедре Андр угадал в красавице настоятельницу женского монастыря, о которой до сих пор только слышал от знакомых монахов – в форме многозначительных кряканий да восторженных ругательств.
«Ну и что? – спросил Андр. – Пресыщенная похотливая стерва, как и остальные. Только пофигуристее».
«Заметил! – хмыкнул Второй. – Но это-то ладно. А вот когда она на тебя глянула, в её психофоне мелькнуло нечто… будто вы уже встречались».
«Действительно, любопытно», – согласился Андр. Он слабо верил в полезность ночных блужданий напарника, но за время их вынужденного сотрудничества не раз убеждался в безошибочности его интуиции.
«Подобраться бы к ней поближе, – сказал Андрей. – Хочу прощупать её подробней».
«Почему бы и нет?»
Не отрывая от настоятельницы взгляда, Андр не спеша воздвиг себя в полный рост и расправил плечи, предлагая ей оценить свои габариты и мускулатуру – здесь эти показатели были в большой цене. Затем он перешагнул через маленькую Служительницу, всё ещё неутомимо пытающуюся его достать, и двинулся через зал, раздвигая пирующих, будто ледокол льдины. Настоятельница краем глаза следила за ним, сохраняя на лице выражение неприступного высокомерия. Остановившись перед балконом, Андр приветствовал женщину недвусмысленной улыбкой, игнорируя угрюмые взгляды обоих настоятелей, усердно обхаживающих с двух сторон прекрасную хозяйку дома.
– Этот бычок слишком норовист для твоего стада, брат Уго, – заметила настоятельница. – Давно он у тебя?
– Кто бы помнил! – кисло отозвался Уго. – Вроде третий срок пошёл. Так я говорю, сестра Кима…
– Скрывать такого замечательного нахала? Братец, да ты несносен!
– Долго он здесь не задержится, я уж постараюсь! – обиженно посулил настоятель, но Кима его уже не слушала. Пересев на перила, она благосклонно улыбнулась Андру, и настоятели, дружно вздохнув, отвернулись к старшим Служительницам – дичи поскромней, но подоступней.
Остаток вечера Андр и Кима провели вместе в уютной тесноте общего кресла, по очереди прикладываясь к бокалу и поглядывая по сторонам – благо смотреть было на что. Люстры вскоре погасли, зато вспыхнули прожектора, залив слепящим светом длинный балкон, на котором, в благоразумной доступности от разгулявшихся монахов, принялись выплясывать всё те же послушницы, да ещё, кажется, энтузиастки из Служительниц – последних можно было выделить по смелости нарядов и раззадоренному вином темпераменту. Впрочем, оценить концерт могли уже немногие: половина публики разбрелась парами по кельям, большинству остальных тоже было не до танцев – полумрак включал в них вполне определённые рефлексы. И когда руку Андра нащупали и потянули за собой горячие пальцы Кимы, он удивился разве только тому, что она не сделала этого раньше.
x x x
В келье настоятельницы было душно, жарко. Погружённый в немыслимо мягкую постель, будто в исполинскую подушку, Андр давно сбросил с себя последнее одеяло – на сладко посапывающую рядом женщину. Своим пристрастием к теплу и уюту Кима напоминала большую кошку – красивую, здоровую, чистоплотную, вполне довольную собой и своей сытой жизнью. Вместе с комбинезоном, висевшим сейчас лягушачьей шкурой на спинке кресла, Кима сбросила с себя начальственную спесь и воинственную напористость первой амазонки округа, и в её гладком ухоженном теле обнаружились вдруг пылкий темперамент и – удивительное дело! – обширные запасы нерастраченной нежности.
Догорали ароматические свечи, распространяя по комнате дразнящий пряный запах. Из динамиков продолжала мурлыкать музыка, передаваемая неизвестно откуда. Сквозь витражные стены-аквариумы струился бледный лунный свет, позволяя разглядеть разнородную, но со вкусом подобранную мебель, несколько небольших и, по мнению Андрея, очень недурных картин. Из затенённого угла выступала великолепно сохранившаяся мраморная статуя, над которой поднималась к зеркальному потолку ажурная лестница. А на крыше, по слухам, размещался прекрасно оборудованный солярий, где настоятельница проводила долгие часы, нежась в жарких лучах солнца и поддерживая на теле ровный золотистый загар.
Самым же удивительным было то, что своё райское гнёздышко Кима свила на вершине мрачного сооружения, громоздившегося уродливым брусом во дворе великолепного здания и возведённого, судя по всему, сравнительно недавно. Каким целям служила эта махина, не знал, кажется, никто из рядовых Служителей – во всяком случае, те, кого Андр решился опросить, не смогли сообщить по этому поводу ничего вразумительного. Собственно, именно окружавшая башню таинственность и подтолкнула Андра на сближение с Кимой. А сейчас, похоже, наступало время действовать.
«Что слышно, Андрей? – беззвучно спросил Андр. – Она и в самом деле спит?»
«Она-то спит, – раздражённо отозвался Второй. – А вот ты когда угомонишься?»
«Ну объясни, для чего я здесь», – усмехнулся Андр.
«Да уж, ты времени не терял!..»
«Не одобряешь?»
«Нужно тебе моё одобрение, как же!.. Поразительно, с какой лёгкостью ты принял их условия игры. А ведь ты – не они, ты знаешь и помнишь!»
«Помню? – холодно удивился Андр. – Я? Что?»
«Ну и чёрт с тобой! – обозлился Андрей. – Сжигай себя ненавистью – твоё право. Но сейчас мой ход, а ты мне мешаешь. Из-за твоей идиотской активности я не могу прозондировать Киму!..»
«Сколько это займёт?»
«Времени? Откуда мне знать? Наверное, часы».
«Долго».
«Дурень, это что, мне надо? На кой леший ты тогда меня звал?»
«Ты – учёный и…»
«Но я же не провидец! – взорвался Андрей. – Впечатлений здесь масса, а фактов среди них – пшик!»
«Стало быть, говорить не о чем?»
«Отчего же, есть некоторые странности…»
«Так давай их обсудим».
«Ну, давай, – без энтузиазма согласился Андрей. – Странность номер один: трёхдневная память обитателей округа. Насколько я в курсе, ваши пещерные учёные в один голос твердят, будто кольцевая система Котлов создаёт по стране однородное Поле, а на деле напряжённость к центру падает. Может, в Столице она сходит на нет? И кстати, ты заметил, что наша с тобой связь сейчас несколько ослабла? Пожалуй, теперь я при желании смог бы выкинуть тебя из своего сознания».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
