— Ты это серьёзно? — левая бровь магистра полезла на лоб. — Из-за какого-то сопляка? И ты думаешь, я поверю в эту сказку? Я же вижу, как тщательно ты подбираешь слова. Брось, Ро, чтобы научить тебя, как держать стихии в узде, я должен знать, на что они так отреагировали. Я так понимаю были сильные эмоции. Девять магов Совета двадцать два года бились с этой проблемой, а ты юлишь, пытаясь скрыть. И от кого? От меня, от, считай самого близкого после родни человека.
Роан невесело усмехнулся, приоткрыл рот, словно желая ответить, но тут же закрыл его снова.
— Ищите женщину, — задумчиво протянул магистр, и Роан вздрогнул. А магистр, не обращая внимание на его реакцию, продолжил. — Судя по тому, что мне навстречу попалась всего лишь одна маленькая хозяйка большого замка, это дочь графа.
Клубок стихий снова зашевелился в области солнечного сплетения. Вдох, выдох. В горле зажгло огнём, заклокотало. Нельзя допустить нового всплеска. Он должен доказать, что способен контролировать стихии, иначе добрый дядя Берси превратится в грозного магистра Берна. Вдох, выдох. «Помолчи, друг, я тебя чувствую». Промелькнула эмоция удивления, принадлежащая не Роану, но пойманная им как своя собственная. И всё стихло.
— А может и справишься, — пробормотал магистр, пристально наблюдавший за внутренней борьбой подопечного. На этот раз в его голосе звучало одобрение.
Некоторое время они сидели молча.
— А оно и к лучшему, — неожиданно повеселел магистр.
Роан бросил на него недоумевающий взгляд.
— Я об этом всплеске. Незамеченным он не останется. И это нам на руку. С предгорными аристократами вечные проблемы. Чем дальше они от границы, тем меньше горят желанием участвовать в защите империи. До чего дошло, сейчас по титулованным высокомерным владетелям вроде баронов ездят генералы, а к таким как граф д’Арле, — Берси небрежно мотнул головой в сторону замка, — отправились маги из Совета.
— Так ты здесь…
— Смешно сказать. Граф уже второй день ищет повод не отправить на границу два десятка воинов. И этот твой всплеск силы очень даже кстати.
— И что ты ему скажешь?
— Разведчики чампов. И буду недалёк от истины. Из-за прорех на границе земляные всё чаще прорываются в глубь наших территорий. Им нужен тот кусок, где проходит наш единственный торговый тракт на Север. И захватить они постараются не только замок Шагрен на въезде в ущелье, но и все близлежащие земли вдоль стены. Ни один владетель Предгорья не сможет чувствовать себя в безопасности.
— Но как ты объяснишь, что они использовали стихию воды? Разве не проще земляным использовать собственную?
— Э, Ро, ты всё-таки ничего ещё не смыслишь в политике. Пока они не наберутся сил для основного удара, так и будут покусывать в разных местах. Пока война не объявлена официально, их караваны так же спокойно ходят через наши земли, как и все прочие. Досматривают их, конечно, чуть тщательнее, но и только. А с началом войны будут перекрыты все тропы. Поэтому сейчас они стараются нигде не проявить свою стихию. А для этого существуют артефакты. Вот этот, к примеру, — магистр подбросил на ладони лиловый аквамарин, — я нашел здесь. Это разряженный артефакт воды. Кто скажет, что это не так?
— Понятно. Ты хочешь убедить графа, что чампы подкинули заряженный артефакт другой стихии?
— Верно, — усмехнулся Берси. — И даже не сомневайся, он мне поверит.
— А зачем именно здесь? Рыбу глушить?
— А вот об этом не беспокойся. Завтра большая охота. Расчёт был на самого графа д’Арле. Случайность, что его кровная родственница оказалась на берегу на сутки раньше, — в голосе магистра звучала такая убеждённость, что Роан готов и сам был начать верить.
Даже представил на одно мгновение, что это правда, и Тэффи могла оказаться в опасности вместо своего отца.
— Но ведь это ложь?
— Хитрость, — поправил магистр. — Сохраним твоё инкогнито — это раз. Граф поймёт, что отправить отряд на границу необходимо — это два. Ну и станут осторожнее, что тоже не лишнее — это три. Им же на пользу.
— А если не поверят?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— В замке нет магов, кроме меня.
— Кэртису скажешь?
— Нет, ему тоже пока ни слова.
Воины, приехавшие с магистром, послушно уступили своих ящеров Роану и его ординарцу, поэтому в ворота Роан въехал вслед за Берси, без задержки и лишних расспросов.
Не успел он спешиться, как многоголосье толпы в замковом дворе прорезал зычный голос Кэртиса.
— Гарди, проводи его сиятельство в отведённые комнаты. Погоди-ка, — это он уже Роану: — Ну и вид… Что там случилось на озере? Сначала два парня с юной леди примерно в таком же состоянии, теперь ты.
Роан беспомощно оглянулся на магистра. Он не привык изворачиваться. Зато, похоже, для Берси, искушённого в дворцовых интригах, проблем не было.
— Привет, Кэрт. Всплеск боевой магии. Но вот что и как, надо выяснять, — выручил магистр, не солгав, но и ничего, в сущности, не объяснив. — Я разберусь.
— Не сомневаюсь, ваша светлость, — Кэртис поклонился.
Магистр повернулся к Роану:
— Переодевайся и быстро обратно. Я иду к графу, тебя представлю ну и свой вопрос решу. Думаю, на этот раз он будет сговорчивее.
Стихии дали о себе знать, едва Роан вслед за Берси вошёл в башню владетеля. Сначала словно змея из корзины бродячего дудочника подняла голову вода. За ней потянулись огонь и воздух. Роан замедлил шаг, прислушиваясь к тому, что происходит внутри.
— Интересно, — пробормотал магистр. — Пока он ведёт себя вполне прилично. Не вмешивайся, я хочу понаблюдать, на что он реагирует.
Роан уже начал догадываться, но ничего не ответил, только кивнул. И тут же на него накатило. Сразу, почти мгновенно. Обоняние, зрение, слух стали острее настолько, что Роана качнуло, и он, споткнувшись, опёрся рукой о стену.
Берси тоже остановился, оглядел длинный коридор и только убедившись, что он пуст, повернулся к Роану.
— Что чувствуешь?
От полноты ощущений Роан не смог сразу ответить. Да и как объяснить нахлынувшее понимание, что до сих пор ты был слеп и глух, а вот теперь перед тобой открылся многогранный мир.
— Там, — он показал вперёд, — за поворотом два человека. Я слышу, как стучат их сердца. И от одного из них несёт жареным луком. Здесь, — он ткнул пальцем в солнечный луч, — радуга: семь оттенков от фиолетового до красного.
Про то, что совсем недавно по этому же коридору прошёл кое-кто, оставивший после себя тонкий аромат малины и вереска, Роан умолчал.
— Завидую, — вздохнул Берси. — Такая чувствительность доступна только драконам. Он очень быстро просыпается.
— И что, я теперь всегда так буду слышать и видеть?
— Нет сейчас пройдёт. Пока дракон просыпается, чувствительность будет обостряться несколько раз в сутки от пары секунд до нескольких минут. Потом ты научишься справляться. А если послушаешься меня и отправишься в академию, то сможешь включать и выключать эти способности по щелчку.
И Берси щёлкнул пальцами перед носом Роана. Роан отчётливо услышал недовольное такой фамильярностью рычание внутри головы.
Магистр коротко хохотнул:
— Малыш ещё. Сердится. Ну всё, Ро, идём, я постараюсь проконтролировать твоего зверя по крайней мере пока мы будем у графа.
Яркость ощущений схлынула так же резко, как проявилась, и Роан испытал смесь облегчения и разочарования от возвращения в привычный и сразу же обедневший серый мир.
То, что ему не померещилась сверхчувствительность, подтвердили два стражника, стоящие в нишах сразу же за поворотом. Здесь уж и драконьего обоняния не понадобилось, чтобы понять, что один из них любитель жареного лука.
Секретарь в приёмной графа подскочил при виде магистра и низко поклонился. Не шутка ведь, Высший маг пожаловал.
Роан мысленно усмехнулся. Всё-таки удобно ездить инкогнито. Титул барона позволяет почти на равных общаться со всей аристократией. Но при этом избегать лишнего внимания, чего не получилось бы у наследника. А если бы Роану потребовалось от местных владетелей нечто большее, то на такой случай на шее у него был янтарный медальон с магической печатью императора. До сих пор пользоваться им не приходилось.
