Читаем без скачивания Убийца сейчас онлайн - Татьяна Ефремова

Не поворачиваясь, Димыч протянул назад руку и последовательно выставил передо мной кружку, банку «колумбийской пыли» и коробку кускового сахара. Потом, порывшись в ящике стола, вручил мне чайную ложку. Видимо, ложки в этом кабинете имели особую ценность, раз не лежали в свободном доступе. Или, может, их здесь выдают посетителям только в знак особого расположения? Хорошо бы, если так.

Я от души сыпанула себе кофе, бросила четыре куска сахара – вдруг больше не предложат.

– Толик, дай чайник, – велел Димыч моему конопатому недавнему спутнику.

Толик снял с подставки белый электрический чайник и, сделав пару шагов, оказался рядом с нами. Это, пожалуй, единственный плюс тесных помещений – все рядом. Вот только лишние три пары ушей (включая конопатого Толика) мешали мне сосредоточиться.

– Слушаю вас, – напомнил мне сонный Димыч, глотнув из своей кружки.

И я начала по порядку. Сначала, чтобы заинтересовать Димыча в своей персоне, я рассказала, что работала у Коненко в течение пяти лет. Пусть знает, что я в этом деле не совсем посторонний человек. А то ведь, если сразу выложить про пропавшую Лариску, может получиться как вчера. Выведут меня под локоток на воздух и слушать не станут. Поэтому я сначала красочно описала свое впечатление от новостийного сюжета, а потом, не давая слушателям опомниться, рассказала о Ларискином свидании как раз в день убийства.

– А почему пришли вы, а не эта ваша подруга? – вдруг спросил до сих пор мрачно молчавший Димыч.

– Да как же она могла прийти, если она пропала?

– Кто пропал? – мой собеседник вдруг насторожился.

– Лариска. Моя подруга.

– Когда?

– Вот как раз в день убийства. Ей Коненко вечером свидание назначил.

– В котором часу?

– В девять. Ой, в двадцать один ноль-ноль, – я решила быть предельно точной.

Димыч с Толиком как-то странно переглянулись.

– А где они встречались, вы, случайно, не знаете?

– В кафе «Акварель». Это на набережной…

– Я знаю, – перебил меня Димыч. – А можно ваш паспорт?

Спохватился! Сижу тут уже битый час. Показания даю. А он даже документы у меня не смотрел.

Я достала паспорт и протянула его Димычу.

– Колобова Наталья Александровна? – спросил он, переводя взгляд с меня на мою фотографию.

– Ну да, – я решила не опровергать очевидных вещей. Тем более сейчас, после бессонной ночи, я удивительно походила на свое фото в паспорте.

– А подругу вашу пропавшую как зовут? – спросил Димыч, отдавая мой паспорт почему-то не мне, а Толику.

Толик тем временем уселся за единственный в комнате компьютер и начал бодро стучать по клавишам, при этом заглядывая в мой паспорт. Может, они сверяют мои данные с какой-нибудь картотекой? Я, конечно, до сих пор не имела дела с милицией ни в каком качестве. Но, не смотря на мою твердую уверенность в собственной законопослушности, мне стало как-то не по себе. А вдруг в их компьютере какой-нибудь сбой произойдет, и меня обвинят в серийных убийствах? Или в ограблении банка?

Я поежилась.

– Наталья Александровна, подругу вашу как зовут?

– Веденева Лариса Владимировна. Простите, а зачем вам мой паспорт?

– Данные ваши нужны, – Димыч не стал со мной хитрить. – Показания нужно ведь документально оформить.

Как все, оказывается, просто объясняется! А я-то уже приготовилась отпираться до последнего.

– А про свидание вашей подруги с Коненко вам откуда известно?

Пришлось рассказывать, как мы влезли в Ларкину переписку. История про знакомства в интернете вызвала ожидаемое оживление. Очень скоро я обнаружила, что меня внимательно слушают все четверо присутствующих сотрудников правоохранительных органов. Вот ведь загадка: когда рассказываешь им, что человек пропал, они никакого интереса не проявляют. Наоборот, всячески отмахиваются и велят прийти через три дня. А как только обмолвишься, что этот самый человек в интернете знакомился – так сразу и блеск в сыщичьих глазах. Только вот блеск этот какой-то не профессиональный. Обычное человеческое любопытство. Так и ждешь, что кто-нибудь не выдержит и закричит: «Подробности давай!».

– А вы уверены, что она именно с Коненко переписывалась?

– Ну конечно! Там же его фотография была. Помню, я еще очень удивилась, когда увидела, что это Вовка.

Пока Толик отстукивал на клавиатуре эти мои «показания», я попыталась в подробностях вспомнить тот момент, когда увидела фотографию Коненко на сайте. Было там какое-то чувство помимо крайнего изумления. А вот какое?

Возмущение? Да нет. Пора юношеского максимализма у меня давно миновала, поэтому ничьи «походы налево» меня уже не шокируют, как бывало в семнадцать лет.

Недоумение? Скорее так. Не ожидала я от осторожного Вовки такой неосмотрительной прыти. Он ведь даже подписался настоящим именем и фамилией. Стоп! Фамилия! Зачем человеку, ищущему в сети разового секса, указывать фамилию, да еще и настоящую? Если только…

– А какие отношения были у вашей подруги с Коненко? Они не ссорились?

– Никаких отношений у них еще не было, – меня начинала раздражать Димычева бестолковость. – У них первое свидание было в среду. Не успели они еще поссориться.

– А подруга ваша – человек вспыльчивый?

– Нет. Даже наоборот.

– Как это – наоборот?

– Излишне терпимый она человек. Для нее все люди – братья.

– Все бабы – сестры, – пробурчал из-за компьютера Толик.

– А огнестрельного оружия вы у нее не видели, случайно?

– Нет, – удивленно протянула я, и вдруг до меня дошло. – Да вы что? Вы думаете, это Лариска его убила?

– Я не думаю, я просто интересуюсь, не было ли у вашей Лариски оружия, – фальшиво улыбнулся Димыч.

Вот ведь гад! Втерся в доверие, кофием суррогатным напоил, а теперь под мою несчастную пропавшую Ларку копает! Вместо того, чтобы искать человека, они из него быстренько преступника делают. Хорошие у них порядки! Это что же получается, наша милиция только убийц искать согласна? Хорошо устроились!

Я уже ненавидела этого Димыча. И глаза эти его сонные – небось, всю ночь не спал, придумывал, кого бы невиновного засадить за это убийство, и залысины его ранние. «Годам к сорока будешь лысый, как коленка!» – злорадно подумала я. И ручищи его огромные, которые он, несмотря на теплынь, грел об кружку с кофе.

А ведь сначала он мне даже понравился. Здоровый такой, спокойный – просто не человек, а монумент славы какой-то. Или эта… каменная стена. Хотя, «каменная стена» – это про мужей так говорят. Нет, про мужей сейчас думать нельзя, это опять получатся мрачные мысли.

Хотя, в этой ситуации о чем ни подумай, все получится мрачно. Муж – предатель и мерзавец, а старший оперуполномоченный Захаров – коварный тип, несмотря на мужественную внешность.

– Не могла она его убить, – медленно и внятно сказала я, глядя Димычу прямо в глаза. – Лариска таракана прихлопнуть не может. И пистолета у нее нет – ей без надобности. И повода нет Вовку убивать.

– Зачем же вы тогда к нам пришли?

Вот новости! Он что же, подумал, что я пришла ему родную подругу в убийцы сдать?

– Я пришла, чтобы вы Лариску нашли… Между делом.

По-моему, им не очень понравились мои слова. Толик даже печатать перестал и начал возмущенно хватать ртом воздух.

– «Между делом» – это как? – поинтересовался Димыч. – Мы тут, между прочим, от безделья не страдаем. И у нас, на минуточку, отдел по расследованию убийств. Мы убийствами занимаемся, – пояснил мне старший опер Захаров, разводя ручищами перед моим носом.

– Я знаю, – с достоинством сообщила я ему. – Но ведь Лариска с Вовкой встречались как раз в среду вечером. А не было там рядом с Вовкой какого-нибудь неопознанного трупа? Женского.

– Вон отсюда! – заорал вдруг Димыч Захаров, поднимаясь во весь свой почти двухметровый рост.

– Вон! – повторил он, схватил мой пропуск, черкнул в нем какую-то закорючку вместо подписи и для верности показал мне рукой направление отхода.

Нервный какой! А ведь почти спал. Нет, что ни говори, а женская глупость бодрит гораздо лучше растворимого кофе.

Я решила не испытывать его терпение и бросилась к двери.

Уже выскочив на улицу, в наливающийся жарой майский день, я обнаружила в собственном зажатом кулаке чайную ложку.

Батюшки! Это что же получается – я ограбила городское управление внутренних дел?

Глава 4

– Съездила я, в общем, в этот их буддистский центр. Ну, я тебе скажу, шалман! Центр этот (одно название что центр!) на самом деле – частный дом в Семеновке. Вроде центр города почти, а частный сектор этот – просто что-то нереальное, как в прошлый век попадаешь. Ну так вот! Контингент там, конечно, своеобразный. Но вот, глядя на них, я поняла, что мои соседи со второго этажа – тоже буддисты. У них тоже каждый день попойки, и непонятно, сколько народу в квартире живет. Вот что представляют из себя буддисты, как оказалось. Нет, ну те, что в Центре, они, правда, почище моих соседей. И не агрессивные. Даже обрадовались мне непонятно почему. У них, кстати, в соседнем доме наркотой торгуют. Может они поэтому такие радостные? Ну, короче, Лариски там не было уже дней десять. Это они мне так сказали. Может, конечно, врут, но я не понимаю, зачем им это. Такие они, знаешь, большие дети. Только пьяные. Даже жалко их, дураков, стало, – Мариша вздохнула и достала из пачки новую сигарету.