Читаем без скачивания Галерея Академии Венеция - Н. Геташвили

Якопо да Понте, прозванный по имени города, в котором, за исключением молодых лет, когда учился в Венеции, провел всю жизнь, был тем не менее популярен и в Серениссиме. И настолько, что именно к нему Веронезе отправил своего сына учеником. Успехом пользовалась и данная драматическая композиция, появление которой совпало с эпохой контрреформации — духовными поисками новых смыслов религиозного опыта, стойкости в противостоянии соблазнам, «вольного познания», личной ответственности.

В изображении Иеронима, святого персонажа христианской истории, автора толкований и полемических сочинений, переводчика, было принято подчеркивать его удаленность от мирской суеты, от населенных мест. Иероним четыре года жил отшельником в Халкидской пустыне близ сирийского города Антиохии. По преданию, он истязал себя перед распятием ударами камнем в грудь во время искушающих видений. В пустыне он изучил древнееврейский язык. В Риме был секретарем и помощником папы Дамаса I. Именно по поручению понтифика он перевел с древнееврейского на латинский язык книги Ветхого Завета, а также Евангелия. В 1546 на Тридентском соборе этот перевод Библии был объявлен каноническим и получил название «вульгата». Святого как автора вульгаты традиционно изображают с книгой, иногда — работающим в кабинете.

Якопо Бассано показывает предающегося покаянию старца в пещере, с камнем в руке, перед раскрытой книгой. Еще один атрибут в иконографии Иеронима — череп. Однако здесь он не «по правилам» (под книгой, как череп первого человека) располагается рядом на первом плане, освещенный тем же мистическим светом из полутьмы, что и изможденное, но вовсе не аскетическое тело старца. Совершенно чудесным выглядит распятие. Пригвожденный к кресту Богочеловек написан словно вживе, словно зрителю, как ученому и праведнику Иерониму, издалека, но воочию предстает само событие.

Итальянское искусство нового времени

В первой половине XVII века Венецию посещали, любуясь ее художественными сокровищами, и охотно творили в ней художники из других городов и стран (Рубенс, Веласкес, Лисс, Ван Дейк, Пуссен). Римлянин Доменико Фетти прибыл туда из Мантуи, где служил живописцем у герцогов Гонзага и изучал в великолепном дворцовом собрании образцы венецианской живописи.

Фетти стал последователем бунтаря Караваджо; знакомство с немцем Адамом Эльсхеймером, еще одним своеобразным караваджистом, заставило его покориться эффектам контрастов света и тени, а восхищение экспрессией рубенсовских композиций утвердило в стремлении передавать трепетную текучесть живописной фактуры свободным мазком, сохраняющим след движения кисти.

Свою композицию «Меланхолия» («Размышление») Фетти наполнил многими символами, известными по шедевру Дюрера (1514). Атрибуты, окружающие женскую фигуру, напоминающую его крылатого гения, означают христианский постулат о бренности и суетности существования (популярный сюжет «vanitas»), а виноградная лоза — того, кто принял на себя грехи человеческие во имя вечной благой жизни.

«Благовещение» Себастьяно Маццони поражает необычной интерпретацией и композицией евангельского сюжета. Большую ее часть занимает фигура архангела Гавриила, приносящего Деве Марии весть о скором чуде, непорочном зачатии и рождении Ею божественного Младенца. И хотя в нежной руке архангела цветок лилии, символ чистоты, все же можно понять юную Марию, так резко отпрянувшую. Художник наделяет Ее почти идеальной красотой, одевает в традиционные для иконографии Мадонны красно-синие одежды, но порывистое движение Девы кажется следствием реакции не столько на весть, сколько на неожиданное и стремительное нисхождение архангела. Эта бурная динамика подчеркивается словно тормозящими скорость согнутыми коленями Гавриила, парящими руками, но прежде всего смерчеобразной взвихренностью его одежд.

Маццони родился и работал во Флоренции, затем переехал в Венецию, где прожил до своей кончины, творя еще и как архитектор. Живописные алтарные композиции обнаруживают его особое мастерство передавать деформации в ракурсе и мистические вспышки света, впрочем, смягченные цветовыми переливами.

Бернардо Строцци был известен современникам по прозвищу Каппуччино, а также — Прете Дженовезе («Священник из Генуи»). Он действительно был монахом ордена капуцинов в Генуе, но в 1610 покинул стены монастыря, чтобы ухаживать за больной матерью и более интенсивно заниматься любимой живописью. В 1630 после ее смерти Строцци не пожелал вернуться к затворнической жизни, за что был посажен в тюрьму. Выйдя на волю, он уехал жить в Венецию, и последний период его жизни является чрезвычайно плодотворным. Однако данное масштабное полотно исследователи склонны считать «генуэзским» произведением.

Евангелист Лука повествует, что, когда Христос был приглашен в дом Симона Фарисея (фарисеи — члены иудейской секты), некая женщина принесла алебастровый сосуд с миррой (он на картине — у ног Христа), стала омывать ноги Иисуса слезами «и отирать волосами головы своей, и целовала ноги Его, и мазала миром» (Лука 7:36–38). Присутствующие возмутились поведением грешницы, но Спаситель сказал им: «Прощаются грехи ее многие за то, что она возлюбила много; а кому мало прощается, тот мало любит». И молвил, обратившись к женщине: «Вера твоя спасла тебя; иди с миром» (Лука 7:47–50).

На этот сюжет Паоло Веронезе создал один из своих шедевров, и Строцци явно им восхищен: архитектурный мотив картины он «рифмует» с веронезевским. И все же «абсолютный», нейтральный фон центральной части полотна обнаруживает уже вкус времени к караваджистской оптической среде, позволяющей светотеневому контрасту рельефно выделять человеческие фигуры, подчеркивать психологические реакции и делать осязаемыми натюрморты.

В Галерею полотно попало из капеллы дворца Горлери в Генуе, а писалось для приемной монастыря Санта-Мария ин Пассьоне незадолго до прибытия в Венецию.

Неаполитанец Лука Джордано был чрезвычайно плодотворен. Сегодня его работы (несколько тысяч произведений), «перебравшись» из дворцов и храмов, находятся во многих музеях мира. Долгое время считалось, что он не более чем мастеровитый художник, способный на создание неглубоких, бравурных, однообразных декоративных композиций, которые подготовили почву последующему рококо. Однако исследователи, учитывая особенность практики той эпохи, когда многие заказы, сделанные живописцу, в большинстве своем исполнялись учениками и подмастерьями, выделили из его творчества подлинные произведения и обнаружили незаурядного, глубокого виртуоза. Джордано был учеником испанца Хусепе Риберы, но был открыт и для других влияний, в частности Пьетро да Кортона, венецианцев Ренессанса и особенно Веронезе.

По бытовавшему в художественной среде обычаю Джордано предпринял путешествие в Рим и Венецию. Живописная манера сцены из жизни святого Петра возникла под влиянием этой поездки. Композиционные диагонали резко прочерчивают поверхность большого полотна, мощный рельеф напряженных человеческих тел утверждается на первом плане, излучая энергетические волны, заставляя зрителя содрогаться от жестокой трагедии.

Рыбак из Галилеи Симон стал одним из призванных учеников Христа: «Иисус же, взглянув на него, сказал: ты — Симон, сын Ионин; ты наречешься Кифа, что значит „камень“». (Кифа — по-арамейски, по-гречески — Петр.) При императоре Нероне в 64 н. э. уже немолодого Петра распяли на кресте, исполнив просьбу казнимого: считая себя недостойным умереть, как Учитель, он просил распять его вниз головой.

Настоящее имя художника, перенявшего ремесло отца, — Джузеппе Гисланди. Из родного Бергамо двадцатитрехлетний живописец прибыл в Венецию. Серьезные уроки мастерства ему преподал Себастьяно Бомбелли, официальный портретист городской знати. Именно благодаря ему Галгарио получил не только круг заказчиков, запечатлевая патрициев, а в период пребывания в Ломбардии и миланскую аристократию, но и перенял искусство изображения эффектного жеста, замечательный парадный колоризм, особенно в трактовке костюмов. В Венеции он принял постриг в монастыре Святого Франциска («фра» — «брат»), а вернувшись на родину в 1702 поступил в монастырь в Галгарио. Аскетизм его жизни стал причиной выбора в основном мужских моделей, в которых он всегда находил остроиндивидуальные черты, создав, таким образом, галерею представителей эпохи Просвещения.