– Многое. Но больше всего меня интересует, откуда в роде Марлоу появился сын.
– Из утробы матери, вестимо, – поморщилась я.
– Нет, ты не поняла. Всех сыновей считают непригодными и не дают родовые имена. У Марлоу жесткий матриархат уже много поколений. Так они считают себя ближе к трону.
– Но каждого женишка проверяли и службы, и отец, и Кирион.
– Вот поэтому он мне и не нравится больше прочих.
– Предлагаю подумать об этом завтра.
– Хорошо, – легко согласился Даян. – А сегодня тебе надо отсеять наиболее безнадежные случаи.
Я с громким стоном сползла по трону.
Глава 6
Абигейл точно знала, какое количество мужчин и выпивки на квадратный метр приведет к драке. Так вот сейчас оба этих показателя были превышены многократно. Однако, к большому сожалению любимой фрейлины Ее Высочества Демиры оре-Титалл, зубы никому не вышибли.
А жаль, посмотреть, как богатые и сильные мира сего выщипывают друг другу перышки было бы прелюбопытно.
После аудиенции с принцессой, кандидаты в мужья проходили в просторную комнату с балконом и… ждали. Демира тратила примерно по 15 минут на гостя, но 32 человека складывались в почти 8 часовой прием. Мужчинам была предложена изысканная еда, дорогие напитки и, естественно, сигары. Шесть девушек в вызывающе коротких, по колено, платьях обслуживали женихов, сверкали своими глубокими декольте и стреляли глазами из-под масок. Изящные ажурные маски из благородной меди скрывали верхнюю половину лиц служанок, а потому никто так и не узнал, что бокалы им наполняет одна из приближенных принцессы.
А заодно подсматривает и подслушивает.
Довольно быстро гости разбились на группы по интересам. Точнее, стратифицировались по социальным слоям. Аристократы, понятно дело, прибились к аристократам, ремесленники – к ремесленникам, торгаши – к торгашам, а неопределившиеся либо грустили в одиночестве, изображая мрачных типов, либо сидели за барной стойкой, допекая разливающую алкоголь девушку сальными комплиментами или идиотскими вопросами про королевскую семью вообще и про принцессу в частности.
А еще некоторые гости оказались знакомы между собой. Время от времени входящего в зал встречали удивленным приветственным восклицанием. Дружелюбным. Пока еще.
Всем мужчинам на грудь прикалывали латунную карточку с выгравированными именами. Они думали, что это для удобства их общения, но на самом деле для Абигейл.
По итогам восьми часов, фрейлина принцессы точно знала, кто любит заложить за воротник, кто изображает брезгливую надменность, а кто не прочь ущипнуть прехорошенькую служанку за филей.
И все было бы прекрасно, если бы Абигейл не поймала себя на том, что раз за разом среди трех десятков мужчин ищет глазами одного.
Того, от которого сердце предательски билось чаще.
Того, от которого дыхание сбивалось.
Того, от которого все легенды о магии любви в момент стали реальностью.
Того самого.
Глава 7
После аудиенций с потенциальными женихами, мы с моей первой фрейлиной отправились обедать в наш девичий штаб. А Даян поспешил к Кириону выяснять, что это за Марлоу нетипичного для Марлоу пола нарисовался во дворце.
– А почему отбор кандидатов не проводят среди сыновей правящих родов? – внезапно спросила Николь.
В нашем мире была федеративная монархия. Это значит, что когда-то давно мой род ослабил поводок наместникам некоторых провинций, и со временем они превратили провинции в собственные королевства, разделив тем самым империю Форефронт на несколько созависимых государств. Тем не менее, портал в миры Воздуха, Земли и Дерева стоят именно в нашей столицы. А еще моя семья единственная обладала не просто сильнейшим даром магии, а даром правителей по крови. Поэтому мы председательствуем в совете монархов, что, кстати, также позволяет нам публиковать законы федерального уровня, обязательные для прочих субъектов федерации.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Нельзя, – ответила я, нетерпеливо барабаня по подлокотнику кресла в ожидании, пока прислуга закончит накрывать на стол. – Тогда это приведет к иллюзии усиления одного из королевств, чему остальные не обрадуются.
Несмотря на то, что мы все входили в состав одного государства, некоторые королевства были, как бы это помягче, в весьма напряженных отношениях.
Едва обед был подан, как я выгнала прислугу, накинула пару нелишних защитных пологов, и со скоростью экспресса начала поглощать еду. Конечно, леди не пристало так есть, но, во-первых, я провела шесть лет среди студентов Железной академии, что само по себе дурно отразилось на моем характере, а во-вторых у меня был жуткий стресс.
Сегодня нужно было принять первое судьбоносное для моей личной жизни решение – изрядно проредить количество метящих на место принца-консорта. И для выполнения этой прямо скажем не простой задачи мне нужны были три вещи: поесть, понять, кого я запомнила из этого парада женихов, и поговорить с Абигейл.
Пока я, сидя на троне, имела удовольствие наблюдать фасад каждого кандидата, Абигейл была в комнате отдыха для побеседовавших со мной мужчин. Моя верная фрейлина из кроткой придворной дамы на один день по моему поручению снова превратилась в подавальщицу из трактира. Шутила, смеялась, флиртовала и, главное, слушала и запоминала. Чтобы потом, естественно, обо всем доложить мне.
– Ну что там, что там? – подпрыгнула от нетерпения Николь, едва Абигейл присоединилась к нашей трапезе.
Ну как присоединилась – ворвалась вихрем, срывая на ходу чем-то перепачканный фартук и полумаску из медного кружева. Девушка плюхнулась на свободный стул и опрокинула в себе стакан воды.
– Простите, Ваше Высочество… – не слишком виновато извинилась она и, плеснув себе вина в тот же стакан, хлопнула еще и его.
– Все так плохо? – сохраняя нейтральное выражение лица спросила я.
Если сейчас по итогам разговора окажется, что ни один из них даже отдаленно не подходит на роль жениха, у меня будут большие проблемы. Потому что нет ничего крепче королевского железного слова, а согласно ему по итогам отбора у меня должен появиться муж.
– Нет, – выдохнула Абигейл, прекратив гулькать. – Точнее, не совсем.
– Абигейл, не томи, – с нажимом попросила я.
– Ох, Ваше Высочество, вам бы самой переодеться да посмотреть на них! – девушка озорно посмотрела на меня.
– Был бы любопытный конфуз, учитывая, что трое из них меня слишком хорошо знают, – усмехнулась я.
– В общем… – Абигейл набрала в грудь побольше воздуха и начала рассказывать.
И чем больше она рассказывала, тем больше я понимала, что в моей голове каша из имен, внешностей и поступков. Чтобы навести порядок, пришлось расчертить доски для записей, выписать всех претендентов и коллективно собрать вокруг каждого пометки.
Первыми кандидатами на вылет стали те, кто распускал руки или активно принимал на грудь. Потом я вычеркнула тех, о ком не осталось никаких впечатлений при знакомстве. Немного поразмыслив, на вылет отправились и те, кто в моем присутствии двух слов связать не смог. Парочку парней девчонки отстояли – то ли им самим было интересно, как кандидаты проявят себя дальше, то ли просто хотелось разнообразить фауну.
Спустя час я, наконец, составила итоговый список из дюжины имен, продолжавших борьбу за комфортное место подле меня. О борьбе за мое сердце тут речи быть не могло, в чем, к сожалению, мне приходилось отдавать себе полный отчет.
Получив из моих рук лист бумаги с именами, Николь подскочила на ноги и уже даже побежала на выход, когда я рявкнула:
– Стоять!
Девушка затормозила, наступила на непривычно для себя длинный подол, и едва не прочертила хорошеньким носиком паркет.
– А ты куда так резво? – поинтересовалась я.
– К Ее Величеству… – растерянно пробормотала Николь.
Я вскинула бровь:
– И зачем?
– Согласовать…
