не волновало. В душе Максима вдруг родилось нетерпение, какого он давно не испытывал.
А еще он опасался, что старый приятель вновь начнет доставать его разговорами «за жизнь», то жалуясь, то хвастаясь, но Бард помалкивал, барабаня пальцами по не до конца укрытому в чехол корпусу гитары. Звука цокающих копыт, правда, за шумом двигателя слышно не было.
Однако он явно хотел что-то сказать, просто по неведомой причине не желал, чтобы при разговоре присутствовал посторонний свидетель. И когда добрались до места, тут же расплатился и попрощался с таксистом.
Гараж у Барда оказался вполне приличный, крытый металлочерепицей, кирпичный, с массивной стальной дверью о трех замках.
И неудивительно – когда хозяин открыл ворота, Максим в восхищении присвистнул: его взгляду открылась новая, ослепительно алая, можно даже сказать – огненная «альфа ромео». Этакий факел на четырех колесах!
Видно, Бард на своем «Вальсе-бостоне» не так уж и плохо зарабатывал.
Однако проявлять восторг показалось унизительным, и потому Максим глянул на хозяина гаража с нескрываемой иронией:
– Твоя?
Бард немедленно помрачнел. Аж скулы закаменели.
– А ты все-таки сволочь, Француз! Это ж женская машина, я ж тебе не Филиппок. Своей купил. Но ты смотри с ней поаккуратней, а то моя меня, если что, убьет! Кстати, куда ты намылился-то?
Правду говорить было ни в коем случае нельзя. Ответь: «Домой, в Южноморск», – и на этом разговор мгновенно закончится. Надо быть голимым идиотом, чтобы, пусть и старому приятелю, дать машину для поездки в другой город.
Так что правду мы выложим потом, по телефону. Бард, конечно, выскажет все, что о Французе думает, но изменить уже будет ничего нельзя. Разве что срывайся с места и приезжай, чтобы отобрать… Ладно, оставим этот факел возле гостиницы, а ключи и документы передадим через кого-нибудь.
– Да надо съездить кое-куда, тут, поблизости. Очень важная для меня поездка. Считай, дело всей жизни.
– Хоккей! Как съездишь, позвони. Ну и гони ее прямо сюда, к гаражу, я подгребу.
– Только боюсь, за сегодняшний день не обернусь.
– К бабе, что ли, собрался?
– В точку! Именно к бабе.
Бард на пару секунд задумался, а потом как будто даже обрадовался.
– Ладно, пользуйся. – Он протянул ключи на вычурном брелоке, выполненном в виде русалки. – Будешь должен.
– Ноу проблемс!
Максим закинул рюкзак на заднее сиденье, забрался в салон, включил зажигание и с удовольствием послушал негромкое шуршание двигателя. Через мгновение машина с ревом вылетела из гаража и остановилась.
Тормоза были в полном порядке.
Бард подошел к водительской дверце и протянул старому приятелю свидетельство о регистрации:
– В полис тебя надо вписать. А то до первого гаишника доедешь. Такую тачку обязательно остановят, сам понимаешь. Катим в страховую.
Но душу Максима вдруг охватило мучительное нетерпение. Как в детстве, когда было не дождаться мультиков по телевизору…
Оформление полиса – это еще час потерянного времени.
– А на хрена, Бард? Вряд ли наши гаишники за эти годы изменились. Прихватят – откуплюсь. Не впервой! Они ж, наверное, тоже на концерты ходят, должны меня узнать…
Бард покачал головой:
– Дорогонько обойдется! Получится, ты вроде автоугонщик. Заметут по полной программе! Ни одна баба того не стоит. Да и у меня проблемы могут появиться.
Он был прав.
Нетерпение нетерпением, а в серьезный конфликт с законом вступать… Платон, возможно, и отмажет, но потом семь шкур сдерет. И будешь должен за выигранный час времени сразу двоим. Так что засунем собственную торопливость туда, где ей самое место.
– Да, согласен. Поехали в страховую. Оформим все чин чинарем.
Им повезло.
Страховая оказалась неподалеку, и очереди в ней не наблюдалось. Уже через полчаса все было на мази. Номер водительского удостоверения Максима вписали в полис ОСАГО, и дорога к Нашему Месту стала совершенно свободной.
Когда вышли из страховой и Максим, переложив рюкзак в багажник, снова уселся за руль, Бард сказал:
– Ну, в добрый путь. – А затем хитро улыбнулся. – Кстати, Француз, чуть не забыл! Насчет долга… Мне же клип надо снять. В смысле, скоро потребуется. Ну, чтобы взяли «Эм-ти-ви», «Русское радио», вся эта ботва, как обычно. Сколько в Москве сейчас клип снять стоит? Знаешь, такой, со смыслом, идейный, с актером каким-нибудь из старых звезд… с этим, например… как его?.. Во! С Будулаем!
«Так вот о чем ты помалкивал в такси, – подумал Максим. – И вот почему так обрадовался моей просьбе. А впрочем, оно и к лучшему. В такой ситуации скорее тебе нужна моя помощь, чем мне твоя».
– Будулай в Молдавии и не слишком здоров, – сказал он. – Ладно, найдем кого-нибудь на замену. Короче, обещаю – помогу, чем смогу. Надо только в столицу вернуться. Такие вопросы по телефону не решаются, сам понимаешь.
– Лады! Буду иметь в виду.
Они пожали друг другу руки, и Максим тронул машину с места.
Набирая скорость, он глянул в зеркало заднего вида.
Бард смотрел ему вслед уже без улыбки.
Выражение лица у него было весьма странным. Будто он уверен, что видит старого приятеля в последний раз.
* * *
На сей раз судьба встала на сторону Максима – из краевого центра удалось выбраться практически без пробок. И четверти часа не прошло, а машина уже неслась среди желтой выгоревшей травы по пустой трассе.
Судя по всему, местные водители и вправду не рвались сейчас в Южноморск. Что ж, тем проще будет добираться. И скорость можно прибавить, чтобы сэкономить время в пути. Глядишь, пара-тройка свободных часиков и набежит. Тем более что в машине имеется радар-детектор, который непременно предупредит о возможной встрече с продавцами полосатых палочек.
Наверное, наблюдателю со стороны «альфа ромео» показалась бы сейчас героиней рекламного ролика, коими заполнены современные российские телеканалы. Да, клевая машинка – женщина Барда могла бы гордиться. Интересно, жена она ему или просто любовница? А впрочем, какая нам разница! Главное, определенно поддерживает в нем творческую энергию. Иначе бы Бард давно спился. Как многие…
А помочь мужику с его клипом не так уж и проблемно, нужные связи имеются, да и денег добудем. Все-таки Француз не зря лопает свой профессиональный хлеб.
Нетерпение в душе сменилось странной, давно забытой радостью. Как будто Максим вернулся в те годы, когда о личной машине еще и не мечталось, зато жизнь казалась прямой дорогой, без колдобин и ухабов. Он с улыбкой давил на педаль акселератора, совершенно не сдерживая себя, даже когда скорость слишком уж превышала разрешенную дорожными знаками на этом отрезке. И к радости приближающегося свидания с родным городом прибавлялась радость победы над скоростью. Да
